Феномен самости - Карл Густав Юнг

новый эон, всякому, кто был знаком с астрологией, было очевидно, что он родился как первая рыба эры Рыб и был обречен умереть как последний овен[194] ( , агнец) уходящей эры Овна[195]. Матфей (27:15 и далее) передает данную мифологему в форме древней жертвы бога времен года. Примечательно, что партнер Иисуса по обряду носит имя Варавва, «сын отца». Есть некоторые основания для проведения параллели между напряжением противоположностей в ранней христианской психологии и тем фактом, что на зодиакальном знаке Рыб часто изображаются две рыбы, движущиеся в противоположных направлениях; однако это возможно только в том случае, если их разнонаправленное движение датируется дохристианским периодом, или хотя бы современно Христу. К сожалению, мне неизвестны какие-либо изображения того времени, которые могли бы дать нам какую-либо информацию о расположении рыб. На прекрасном зодиакальном барельефе в Малой Митрополии в Афинах знаки Рыб и Водолея отсутствуют. Существует одно изображение рыб, датируемое приблизительно началом нашей эры, которое определенно не несет признаков христианского влияния. Это – небесная сфера из Фарнезианского атласа в Неаполе. Первая рыба, изображенная к северу от экватора, расположена вертикально и головой указывает на небесный Полюс; вторая, помещенная к югу от экватора, расположена горизонтально и указывает головой на запад. Изображение соответствует астрономической конфигурации, а потому натуралистично[196]. На зодиаке из храма Хатхор в Дендере (I век до н. э.) рыбы присутствуют, но обе смотрят в одну сторону. На планисфере Тимохариса[197], упомянутой Гиппархом, изображена лишь одна рыба. На монетах и геммах императорского периода, а также на митраистских памятниках[198] рыбы либо повернуты в одну сторону, либо движутся в противоположных направлениях[199]. Полярность, которую приобрели рыбы позже, вероятно, связана с тем, что в астрономической констелляции первая (северная) рыба располагается вертикально, а вторая (южная) – горизонтально. Они движутся почти под прямым углом друг к другу и тем самым образуют крест. Данное контрдвижение, неведомое большинству самых древних источников, активно подчеркивалось в христианские времена, что наводит на мысль об определенной тенденциозности[200].

¹⁴⁸ Хотя доказать какую-либо связь между фигурой Христа и началом астрологической эры Рыб невозможно, одновременность появления рыбной символики у Спасителя и астрологического символа нового Эона кажется мне достаточно важной, чтобы оправдать особое к ней внимание. Если мы пытаемся проследить сложные мифологические разветвления данной параллели, то делаем это с целью пролить свет на многообразные аспекты архетипа, который проявляет себя, с одной стороны, в личности, а с другой – синхронистично, в момент времени, предопределенный заранее, еще до рождения Христа. В самом деле, задолго до этого архетип был написан на небесах посредством проекции, дабы затем, «когда свершится время», совпасть с символами, порожденными новой эрой. Рыба принадлежит дождливому зимнему периоду, как Водолей и Козерог (

)[201]. Как знак зодиака она, таким образом, ничем не примечательна. Она вызывает изумление только тогда, когда в силу прецессии точка весеннего равноденствия перемещается в этот знак и тем самым открывает эру, в которой «рыба» становится именем для Бога, ставшего человеком, родившегося как рыба и принесенного в жертву как овен, имевшего учениками рыболовов и хотевшего сделать из них «ловцов человеков», накормившего толпу чудесно приумноженной рыбой; Бога, который сам поедался как рыба («пища, превосходящая по святости») и последователи которого именовались «рыбками», «pisciculi». Предположим, если угодно, что довольно распространенное знание астрологии объясняет по меньшей мере часть такой символики в определенных гностико-христианских кругах[202]. Однако это предположение неприменимо, когда речь заходит о свидетельствах, изложенных в синоптических евангелиях. Доказательства подобному там отсутствуют. Нет никаких оснований полагать, что эти истории суть замаскированные астрологические мифы. Напротив, создается впечатление, что эпизоды с рыбой представляют собой вполне естественные события и не наделены неким тайным смыслом. Это простые и естественные истории, в связи с чем возникает вопрос: а не появилась ли вся христианская символика рыб так же случайно и непреднамеренно. Точно так же можно говорить о случайном совпадении этой символики с наименованием нового эона, особенно если учесть, что эра Рыб, кажется, не оставила явных следов в культурах Востока. Я не могу с полной уверенностью утверждать, что это так, поскольку слишком мало знаю об индийской и китайской астрологии. С другой стороны, тот факт, что традиционная символика рыбы делает возможным верифицируемое предсказание, сделанное уже в Новом Завете, вызывает определенный дискомфорт.

¹⁴⁹ Северная, или восточная рыба, в область которой точка весеннего равноденствия вступила в начале нашей эры[203], соединена с южной (или западной) рыбой так называемой комиссурой. Последняя представляет собой полосу слабых звезд, образующую средний сектор созвездия, по южному краю которого медленно двигалась точка весеннего равноденствия. Точка пересечения эклиптики с меридианом между двумя рыбами приходится примерно на XVI век – эпоху Реформации, крайне важную для истории западных символов. С тех пор точка весеннего равноденствия прошла по южному краю второй рыбы; в ходе третьего тысячелетия она вступит в созвездие Водолея[204]. Астрологически обозначение Христа как одной из рыб предполагает его отождествление с первой, вертикально расположенной рыбой. В конце времен за Христом следует Антихрист. Вполне логично, что начало энантиодромии должно приходиться на середину пути между двумя рыбами. Мы видели, что так оно и есть. В непосредственной близости от второй рыбы начинается эпоха Возрождения, а вместе с ней приходит и дух, который достигает кульминации в наше время[205].

Краткие названия даны заглавными буквами.

ARS CHEMICA, quod sit licita recte exercentibus, probationes doctissimorum iurisconsultorum… Argentorati [Strasbourg], 1566.

Материалы, цитируемые в настоящем томе:

i Septem tractatus seu capitula Hermetis Trismegisti aurei [стр. 7–31; «Tractatus aureus»]

ii Tabula smaragdina [стр. 32–33]

ARTIS AURIFERAE quam chemiam vocant… Basileae [Basel], [1593]. 2 тт.

Материалы, цитируемые в настоящем томе:

Том I

i Turba philosophorum [стр. 1–65, 66–139]

i-a Allegoriae super librum Turbae [стр. 139–45]

ii Aenigmata ex Visione Arislei philosophi et allegoriis sapientum [стр. 146–54; «Visio Arislei»]

iii In Turbam philosophorum exercitationes [стр. 154–82]

iv Aurora consurgens, quae dicitur Aurea hora [стр. 185–246]