Без страха и упрёка 7 - Андрей Борисович Земляной
— Не просто красотка! — Он осторожно принял девочку на руки. — Леди Эшбернем — Штурмина, собственной персоной. — Алексей коснулся губами лобика девочки. — Как она?
— Ты знаешь, совсем не шумная и не скандальная. — Вера усмехнулась. — Тихоня. Я правда думаю, что это ненадолго, и как вырастет она даст нам всем прикурить, но это всё позже.
— Сиделку брать не стала? — Спросил Алексей, когда Вера докормила девочку и опустила её в большую кроватку, где та очень быстро заснула.
— Пока нет. — Вера качнула головой, огладив взглядом дочку, потащила Алексея в столовую. — Тоже, не позвонил, что летишь.
— Да там такие скачки, а когда уже всё решилось, подумал, что лучше уж самому сказать.
Алексей развернул Веру, и втащив оба чемодана в гардеробную стал разбирать их вешая костюмы на вешалки, и в шкаф.
— Ого, фрак. — Вера провела пальцами по ткани. — Какая приятная шерсть.
— Да ты знаешь, фактически ради двух раз пришлось пошить. — Алексей развесил костюмы и сорочки, и стал выкладывать в ящики всё остальное. — Кстати, тут тебе сувенирчики — Он достал из бокового кармана две коробки из плотного картона, и раскрыв одну подал Вере, а та уже открыла футляр, наткнувшись взглядом на творение Карла Фаберже, тихо охнула, и тут же метнулась к зеркалу, прислонив к коже замерла.
— Это же сумасшедших денег стоит?
— Да и мы не нищие. — Алексей усмехнулся и подал вторую коробку с золотой пудреницей, и Вера, открыв, чуть взвизгнула, сразу оценив качество аксессуара.
Достался подарок и Марии Петровне — женские позолоченные часы заслуженной американо-британской фирмы Ингерсол, от чего та впала в минутный ступор, и как-то по-особому глянув на Алексея, аккуратно застегнула их на широком запястье.
— Надо-же. Впору пришлись.
А с утра пришлось ехать в Совнарком, и попав прямо на заседание, докладывать о командировке.
Сначала говорил о перспективных контрактах, обговорённых с Черчиллем, и министром производства Оливером Литтлтоном.
— У них, одна из лучших, если не лучшая моторостроительная промышленность. Их двигатели отличает огромный ресурс, надёжность и экономичность. В общем всё что вы знаете о немецких двигателях, можете смело умножать на два.
Я бы нанял десятка два — три британских инженеров-двигателистов для работы в наших инженерных центрах, но это только предстоит пробить. А сейчас для нас важно то, что они поделятся с нами кое-какими сплавами и сталями для двигателей, и технологиями. Не бесплатно, но как раз за то, что у нас в достатке — им нужна нефть с дисконтом к мировой цене и строевой лес.
— «И по Балтическим волнам за лес и сало возит нам». — С усмешкой продекламировал Пушкина нарком тяжёлого машиностроения. — А что же вы, Алексей Иванович не рассказываете нам о контракте по судостроительным машинам?
— Я передал его ещё на стадии идеи, в аппарат товарища Микояна. — Твёрдо ответил Штурмин, и всё что с ним дальше случилось, я имею в виду согласование номенклатуры, проекты самих верфей, и собственно подписание договора и утверждение графика поставок, это всё заслуга товарищей Молотова и Микояна. Так что Штурмину — штурмино, а Микояну — микояново. — Произнёс он под дружный смех собравшихся. — А вообще, товарищи, мы сейчас для Англии, словно глоток воздуха, но не нужно давить и выкручивать руки. Это вот совсем плохая идея. Давайте будем получать своё, аккуратно, неторопливо и последовательно. Я бы ещё хотел у нас поставить британский двигательный завод, где-нибудь в Рыбинске и завод радиоэлектроники. Но это чуть позже. Пусть придут в себя от нашего с товарищем Молотовым десанта.
— А вас, товарищ Штурмин можно поздравить? — Спокойно произнёс Сталин председательствующий на Совете.
— Вы про титул, товарищ Сталин. — Алексей усмехнулся. — Если для страны нужно будет, я и в шкуры оденусь, и бусы на шею повешу. Мне от них, товарищ Сталин ещё очень много чего надо. У меня одна пятая часть суши, и её всю нужно обустроить. Так что работы непочатый край.
Москва. Ближняя дача Сталина в Волынском. февраль 1945 года.
Из секретариата Сталина позвонили около девяти вечера, когда Алексей, наконец закончив разбирать привезённые из Англии бумаги, собираясь провести остаток дня с женой и дочерью. Но вызов в Волынское не то что можно проигнорировать, и Вера проводила мужа до прихожей, помогла поправить воротник шинели, а заметив его задумчивость, поинтересовалась, не случилось ли чего-нибудь серьёзного.
— Пока не знаю, — признался Алексей, застёгивая шинель. — Но, судя по тому, что вызывают одного и вечером, разговор предстоит интересный. Ты не жди, ложись спать. И нашу барышню поцелуй за меня.
— Лучше сам поцелуй, — Вера улыбнулась, отступая от двери.
Алексей вернулся в детскую, несколько минут постоял возле кроватки, разглядывая крошечное лицо спящей дочери, осторожно коснулся губами её лба и только после этого отправился к ожидавшему автомобилю.
До Волынского добрались быстро. Привычная процедура проверки документов, короткая поездка по тёмной аллее, освещённые окна большого зелёного дома. Дежурный офицер проводил генерала внутрь и предложил оставить шинель.
Сталин ожидал его в малой столовой, за длинным столом, на котором лежали несколько папок, карта Советского Союза и большая пепельница. Он был в сером френче, курил трубку и внимательно рассматривал какой-то документ. Увидев Штурмина, отложил бумагу, поднялся и протянул руку.
— Здравствуйте, товарищ Алексей. Проходите, садитесь. Чай будете?
— Здравствуйте, Иосиф Виссарионович. Благодарю, с удовольствием.
Сталин распорядился подать чай и, дождавшись, пока генерал устроится напротив, некоторое время разглядывал его с выражением, которое Алексей уже научился распознавать. Так Верховный смотрел на человека, от которого ожидал не обычного служебного ответа, а чего-то значительно более содержательного.
— Сегодня вы хорошо доложили о результатах поездки, — начал Сталин. — Молотов тоже доволен. Особенно оборудованием для судостроения. Говорит, англичане сначала упирались, а потом согласились почти на все наши условия.
— Вячеслав Михайлович прекрасно провёл переговоры. И Анастас Иванович очень серьёзно подготовил всю экономическую часть, — ответил Алексей. — Там действительно большой проект, Иосиф Виссарионович. Если не станем экономить на подготовке специалистов, через несколько лет получим совсем другое качество судостроения.
— Вот о специалистах мы ещё поговорим, — Сталин постучал трубкой по краю пепельницы. — Но сначала я хотел бы задать вам другой вопрос. И прошу ответить совершенно откровенно.
— Постараюсь.
— Что вы, собственно, собираетесь делать дальше?
Алексей удивлённо посмотрел на собеседника.
— В каком смысле, товарищ Сталин?
— В самом прямом. Вы получили очень большую власть, хотя сами не особенно к ней стремились. Теперь у вас есть английский титул, личные знакомства с королём, крупнейшими банкирами Европы