Аристократ - Анна Кондакова
— Какие ритуалы? — выдавил я.
Голос у меня был жутким: хриплым и неестественным. А ещё тошнота… паршивая тошнота всё сильнее давила на глотку. Меня бросило в холод, губы пересохли, лоб стал влажным.
Чёрт. Ну как всегда, не вовремя, а Тадуеш мне тут про ритуалы какие-то твердит. Какие, нахрен, ещё ритуалы?..
— Разве ты не знаешь о ритуалах Рингов, Теодор? — вскинул брови император. Затем повернулся к молчаливому Горацию. — Ты дурно воспитал своего сына, Гораций. Возможно, в будущем это сыграет с ним злую шутку. Если Теодор — из Рингов, то он должен знать о ритуалах своего рода.
Император опять посмотрел на меня и улыбнулся (хищно так улыбнулся, намекая, что я ещё пожалею, что вообще посмел сюда сунуться).
И тут голос подала Софи:
— Вы говорите о Четырёх Искушениях, император? Не так ли? Но ведь это древние ритуалы, они давно устарели и считаются слишком жестокими. Им больше не следуют ни в одном знатном роде.
Тадеуш улыбнулся ещё шире.
— Вы отлично осведомлены, Софи. Да, я говорю о Четырёх Искушениях. В своё время им подвергались все наследники рода Рингов, с давних времён. И я, как ещё действующий патриций рода, имею право возрождать эти ритуалы… Имею право, мистер Такаси? — обратился он к одному из международных представителей.
Тот согласно кивнул.
— Имеете полное право, господин Ринг.
— Так имею ли я право возрождать давние традиции своего рода, мистер Диппо? — спросил Тадеуш у второго мужчины.
— Бесспорно, господин Ринг, — ответил Диппо. — У вас есть на это право.
Тадеуш поднялся с кресла. Драгоценные камни блеснули на его венце.
— Итак. Своим словом я возрождаю древнюю традицию рода Рингов. Теперь ритуалам Четырёх Искушений подвергнутся все совершеннолетние наследники в течение ближайших трёх недель. И только по итогам ритуалов я объявлю о новом патриции рода Рингов.
«Если доживёшь, хитрый говнюк», — мысленно добавил я.
Даже прижатый к стенке, император всё же смог выкрутиться и оттянуть время перед подписанием Соглашения.
Софи повернула голову в мою сторону.
Возможно, она услышала, что именно я подумал, хотя меня это не особо заботило. По пути сюда я уже понимал, что с Рингами не будет просто. Но сейчас всё больше проблем доставлял приступ тошноты. В горле нарастал ком, а слюна была готова ручьём потечь наружу.
Я заставил себя сглотнуть вязкую субстанцию и плотно прижал кулак к губам.
— Опасно, — шепнула Софи, чуть наклонившись ко мне. — Есть риск, что ты не выдержишь ритуалы Рингов. Тадеуш знает это.
Император внимательно за мной наблюдал.
— Ну так что, Теодор? Ты снимешь Печать прямо сейчас и поклянёшься, что пройдёшь ритуалы наравне со всеми остальными наследниками? Иначе уезжай восвояси. Туда, откуда ты приехал, беглый принц. Ринги откажут тебе в своём покровительстве, ты будешь изгнан из рода навсегда и уже не приблизишься к этому дворцу.
Софи передёрнула плечами и отвернулась.
Я глянул на Тадеуша (а тот уже порядком расплывался в моих глазах, превращаясь в красно-золотистое пятно).
— А кто остальные наследники? — спросил я.
Тадеуш ответил не сразу.
Он снова выдержал паузу, но уже не такую долгую.
— Никакого секрета нет. Кроме тебя, наследников ещё двое. И один из них находится здесь. Это Георг, сын Фердинанда. Сам Фердинанд отрёкся в пользу сына. А второй наследник приедет завтра утром. Я его сам вызвал. Всё это время он жил в имении на берегу Сабасского моря, около Юни-Порта. Его мать — моя старшая дочь Аннели. Она вдова и давно пострижена в монахини, но её сын — полноценный наследник. Ему девятнадцать, его имя Матиас. Этого тебе достаточно, чтобы принять решение?
Я опять сглотнул собравшуюся во рту слюну, насильно протолкнув ком в глотку, и выдавил:
— Мне нужно больше узнать о ритуалах Четырёх Искушений.
— Вот как? Ты такой осторожный, мой мальчик.
Тадеуш поднял руку, и боковая дверь в зал мгновенно открылась.
На пороге бесшумно возник агент Ховард.
— Первое. Пригласите сюда капитана Грандж, — сказал император. — И второе. Распорядитесь, чтобы подали чай.
Ховард кивнул и быстро вышел, но я успел заметить, как он побледнел, услышав о капитане.
Тадеуш опять обратился ко мне.
— Теодор, — терпеливо произнёс он, — подробности о ритуалах ты узнаешь лишь в одном случае: когда дашь клятву. Только тогда имперский инструктор, капитан Грандж, расскажет всё, что нужно знать.
Боковая дверь опять открылась, и в зал вошли три камердинера с подносами. Слуги неторопливо и даже торжественно поставили гостям чайные чашки на блюдцах и несколько чайников. Удалились они так же неторопливо и торжественно.
Как только камердинеры вышли, в зале появилась девушка.
Невысокая, с вымуштрованной солдатской выправкой. В синей военной форме, с пустыми ножнами на поясе и кобурой (оружие, как и я, она сдала перед тем, как войти). Её светлые волосы были собраны в тугую шишку, а козырёк фуражки натянут на самый лоб.
Надо же.
Теперь она «капитан Грандж», а раньше была всего лишь Ребеккой Грандж, которой не повезло попасть в столичный приют для безродных вместе со мной.
* * *
На меня Ребекка даже не взглянула.
Она вообще ни на кого не обратила внимания, только на своего начальника.
Предстала Ребекка такой же красивой, как когда-то, с нежным полудетским лицом и большими распахнутыми глазами. Совсем не похожая на то существо, с которым я дрался в больнице для душевнобольных.
А ведь именно Ребекка нещадно пытала и в конце концов убила Бена Баума, камердинера Бернарда и Гарпию Кай. Тогда я подумал, что Ребекка растеряла остатки человечности. Но нет. Сестра будто вернулась на полгода назад и стала такой же, какой была раньше.
По крайней мере, внешне.
Что творилось у неё в голове, оставалось лишь догадываться.
— Капитан Грандж, — обратился к девушке Тадеуш, — вы готовы проинструктировать наследников рода Рингов насчёт ритуалов Четырёх Искушений? Вы готовы подготовить и сопроводить их при прохождении ритуалов? Конечно же, когда наследники дадут клятву подвергнуться этим ритуалам.
Ребекка кивнула, с готовностью и по-солдатски.
— Да, мой император.
И даже голос у неё был прежним. Мягким, чуть с хрипотцой.
— Что ж, капитан Грандж. Представляю вам и остальным присутствующим полноправных наследников рода Рингов, которые здесь присутствуют. Встаньте те, кто клянётся!
После его слов незамедлительно поднялся Георг.
В парадной форме, бледнорожая и холёная выскочка.
— Клянусь, мой император! — отчеканил он.
Ребекка глянула на Георга. На