Дворник 39-го уровня. Том 16 - Дмитрий Дорничев

— Да уж, куда нам до опытной женщины…

Обе лисички грустно вздохнули, а я открыл холодильник и нашёл тарелку с двумя кусками от двух тортов. Вот она, мамина забота. Подумала о сыне. Не то что эти прожорливые, промолчу кто…

Торт оказался очень даже вкусным. Но всё же лучший торт — это тот, который ты испёк сам! Но сейчас на это нет ни сил, ни времени… Поэтому я сел перед диваном и с ребятами просто смотрел сериал. Серию за серией, пока не наступила ночь.

Маме утром на работу, да и у меня дела на эту ночь… Так что, когда все разошлись, я достал телефон и позвонил кое-кому.

— Да, Михаил? Мне вас сегодня ждать? — спросил упырь.

— Да. Хочу поговорить об одном пациенте. Коневе Антоне Романовиче.

— Коневе? Это который из СИЗО… Но его забрали две недели назад. Куда — я не знаю.

— Как забрали?.. — обалдел я.

— Перезвони через пятнадцать минут. Я поищу документы и узнаю детали.

С недоумением на лице я присел за стол, на который тут же запрыгнула Лиси, а к нему подлетела Чикки.

— Конев сбежал? — спросила Лиси. — Вот же конь педальный! Как так вообще?

— Не представляю… Но того, кто отпустил его, я посажу, — решительно заявил я и, найдя ноутбук, поставил его на стол и принялся за то, что я умею на пять с плюсом. Писать заявления!

Размяв пальцы, принялся «сочинять». Пальцы порхали со скоростью швейной машинки. Заявления, запросы, жалобы, требования и прочее дополнялись указаниями на законы, нормы, статьи и судебную практику. А потом всё это рассылалось во всевозможные инстанции.

Но мало того. Также я напишу парочку заявлений на самого Конева. Скрылся? У него подписка о невыезде. И ещё он должен регулярно отмечаться в полиции. Так что если после моего заявления его не смогут вызвать на «разговор», то объявят в розыск, не дожидаясь даты «отметки».

Обвинения к Коневу у меня более чем веские. Найм киллеров, бандитов и прочих, которые пытались меня похитить. Тогда дело не завели, потому что завели дело на самого Конева по более серьёзным статьям. А он вроде в полицию стрелял… Но не уверен.

Ладно, неважно.

Поздравляю!

Ты повысил уровень навыка «Судебное дело (основы)» до 10/30.

О! Приятно. Давно не повышал навык. И я бы продолжил читать судебную практику, но позвонил Николай Дмитриевич.

— Слушаю.

— Я узнал и посмотрел записи с камер. За ним якобы пришла мать. Но это точно была не его мать. Документы поддельные. Хочешь, я подам заявление завтра?

— Буду очень благодарен и должен.

— Должен? Это многого стоит. В общем, сейчас я подготовлю документы и доказательства, а утром начну действовать.

— Спасибо, Николай Дмитриевич. Этот человек пытался меня похитить и убить. Кто знает, вдруг он снова попытается устроить гадость?

— Понимаю и постараюсь всё сделать в лучшем виде.

Поблагодарив Николая, завершил звонок и протяжно выдохнул. Да уж, дилемма… И вот чувствую, что добром это не закончится…

— Чикки, могу я тебя попросить охранять маму, пока я не разберусь с Коневым?

— А моя община… Я помогу, — кивнула она и поджала губы, думая, как лучше сделать.

— Пересели свою общину в трактир. Пусть помогают с урожаем. Заодно будут получать энергию от Позитивного Нода.

— Ну… — задумалась Чикки.

— А ещё пусть соберут информацию о жильцах. Мне нужно знать, где мох вырастить, где цветок.

— Хм…

— Платить буду.

— Тогда они точно согласятся. А если наш дом займут… Я попрошу тебя о помощи. — Она подлетела и протянула руку, я ей — палец. — И… По ночам мне придётся спать… И копить энергию…

— Как в старые времена?

— Угу… — смутилась фея.

— Вот же хитрюга, — прищурилась Лиси и спрыгнула со стола. — Ладно, пошла я спать. Завтра на уроки!

Лисица ушла, а мы пошли спать. Для Чикки, как обычно, была своя подушечка, на которую коротышка улеглась и, обняв мою руку, словно клещ, уснула.

Спала она в шортиках и футболке на голое тело. Причём так прижималась, словно боится, что я сбегу… Так и уснул…

* * *

Япония.

Некоторое время назад.

Это был обычный японский дом. Небольшой дворик, два этажа и гараж. Схожие дома едва ли не стена к стене стояли здесь, но были огорожены забором. Райончик тихий, спальный. А ещё снежный. На крышах после недавней метели, которая задела также и юг Сахалина, скопился снег. Во дворе же появились сугробы, которые сейчас чистил мужчина тридцати трёх лет. После тяжёлой работы хотелось выпить саке и сесть за котацу.

Это такой невысокий деревянный стол, накрытый футоном или толстым одеялом. На него кладётся столешница, а под столом расположен обогреватель. Такой стол находился в гостиной, и под ним прям было очень хорошо… Но снег сам себя не почистит. Тем более не сделает это жена, которая в отпуске по уходу за ребёнком. У неё были тяжёлые роды, да и уход за ребёнком — дело не из лёгких… Тем более с такой… Можно было бы сказать «непоседой», но это было бы оскорблением всех непосед. Ведь здесь «ужас в подгузнике», «Чак Норрис детского мира», «Хаос, подпитанный вечным двигателем»…

— Рёта, а где Юки? — раздался голос жены, которая, накинув курточку, вышла на улицу.

— Аяко, не выходи, здесь холодно! — заявил мужчина, и женщина скрылась в дверях, но тут же выглянула снова.

Аяко была нежной, хрупкой девушкой с добрым лицом, но не очень ловкими руками. Да и вообще не очень ловкая. Из-за чего, собственно, у них и родилась Юки, а ведь они планировали ещё годик-другой подождать, пока встанут на ноги… Но судьба распорядилась иначе. Череда случайностей, и вот у них очень миленькая и умная девочка. Осталось её найти…

— Последний раз она ползла в сторону котацу. Может, там?

— Точно! Спасибо, дорогой! А то я уже весь дом обыскала… В третий за сегодня раз…

Уставшая женщина закрыла дверь и, раздевшись, поспешила в гостиную. К слову, весьма современную.

И, добравшись до котацу, что стояло перед телевизором, Аяко подняла футон и схватила малявку!

— Аг-га! — что-то воскликнула девочка