Бывший, в школу! Родительское собрание. - Олли Серж

–Не рано ли тебе компьютерный клуб?

–Ну маааам… Пап… – бросает на меня взгляд, который просит понимания.

–Тогда иди и подготовь форму. Возьмешь сумку утром с собой, – отвечаю ему.

Савелий расцветает.

–Спасибо! Спасибо, Па…

–Андрей… – разворачивается Кошкина с грозным видом. – Я, кажется, не разрешала!

–Ну мам… – тянет Савелий.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍–Или, – подмигиваю ему. – Будем считать, что завтра у тебя демо–версия самостоятельности. Если не провалишься, то поговорим ещё разок.

Счастливый убегает.

Кошкина прикрывает дверь кухни.

–Ты подрываешь мой авторитет.

–Я не подрываю. Я не мешаю пацану взрослеть. Ты хоть немного подумай, как для него это важно! Самому пойти из школы с пацанами! Ты же все время была с ним! И дома, и в школе, и на секции. Хватит.

–Там две дороги!

–Савелий будет не один!

–Знаешь, у меня нет запасного ребёнка! – Психует Катя и осекается. – Извини… я не это хотела сказать.

Отворачивается, нервно намывая чашку.

Я подхожу к Кошкиной и обнимаю ее сзади.

–Ну хочешь, мы с тобой завтра найдем плащи, шляпы, возьмем газеты и будем идти за ними от школы?

Представив эту картину, чуть не прыскаю от смеха.

–И у меня нет запасных детей. Я тоже переживаю. Но это не повод заниматься гиперопекой. Как Савелий завтра себя поставит, так и сложится его отношения в коллективе.

–Хорошо! – Взмахивает Катя руками. – Но на тему проследить – да я хочу!

–Окей. Заеду за тобой завтра около часа. Мне всё равно нужно документы от Федерации передать и забрать списки на билеты.

–Да, вздыхает Катя. Мать – училка и батя – чемпион при условии фанатеющей компании – это абсолютно разные дано. Даже обидно…

Смеюсь.

–Сто процентов. Савелий скажет нам спасибо. Главное – завтра не проспать.

–Нужно лечь пораньше.

–Обязательно, – киваю с хитрой улыбкой и наклоняюсь к ушку Кати.

Целую, чувствуя, как по ее плечам бегут мурашки.

–Я в душ. А ты жди меня в кровати.

–Девять вечера! – Уворачивается Катя. – И у нас ребёнок не спит.

Беру с комода бумажник и достаю несколько мелких купюр.

–По этому вопросу я сейчас быстро договорюсь.

Глава 45. И она сказала «да».

Катя Кошкина

Обхожу этаж гостиницы, желая детям спокойной и пересчитывая их на всякий случай. Хотя, последние точно лишнее.

Обычно шумные и подвижные мальчишки сегодня едва доползали до номеров. Я даже не уверена, что все помылись. Но за кем смогли, мы проследили. В основном за младшими. Старшие, надеюсь, справились самостоятельно.

Спускаюсь в лобби к нашей делегации взрослых. Здесь тренеры, сопровождающие от Федерации и несколько родителей.

На большом арендованном экране все отсматривают финальные бои, которые принесли нам первое место в командном зачете медалей. Пять золотых, десять серебряных и аж двадцать бронзы. Трое старших подтвердили мастеров спорта и для тренерского состава это большая гордость.

Сажусь рядом с Андреем на диванчик. Он вручает мне в руки неожиданно материализовавшийся бокал.

Бросаю взгляд под стол и тихо смеюсь. Вот где прячется стеклянная расслабляющая армия. На стол их не ставят. На случай случайных фотографий и если выйдут дети. Все знают, где нас искать. Официально, естественно, никто из нас не пьет. Да и сложно это назвать застольем с градусом, скорее, все просто немного позволяют себе отдохнуть. Город впервые вывез такую большую команду, двадцать пять человек. И все немного устали. Даже за самых маленьких мы болели всей душой.

Дети гордые и важные. У них было все, как у взрослых: личный врач, который по совместительству был и массажист, именные бутылки воды, футболки и даже полотенца. Самсонов напряг Федерацию. Расстарался.

–Я заказал тебе жаркое и салат, – подвигает ко мне ближе тарелки Андрей. – Кухня работает до одиннадцати. Сама бы ты не успела сделать заказ.

–Спасибо большое, – шепчу.

Его забота – это так согревающе приятно.

А ещё приятно, что нашу пару как–то все приняли очень естественно и как само собой разумеющееся.

Мы, не скрываясь, немного обнимаемся.

Я с удовольствием и особенным аппетитом, которого у меня не было уже тысячу лет, ем поздний ужин.

Легкие пузырьки щекочут нос, и я чувствую себя бессовестно счастливой. Будто в другой реальности!

Она теплая, дружная и ласковая. Как большая семья.

Только старый Василий Семенович поглядывает на нас немного строго. Я уже знаю, что он – старый друг отца Лизы. И, конечно, знает чуть больше остальных.

Мы сталкиваемся с ним случайно, когда я отхожу к бару, чтобы попросить сока.

–Простите… – ловлю стакан, чтобы не перевернуть его на мужчину.

–Катерина… – вздыхает он.

Смущенно краснею. Кажется, что сейчас он всё–тки скажет мне что–то не очень приятное, но Василий Семенович меня удивляет.

–Очень рад, что вы согласились написать для нас грант.

–Правда? – Переспрашиваю пытливо.

–Да, – кивает он. – И спасибо вам за Андрея. Душа у меня за него болела. Они с Елизаветой никогда друг другу не подходили. Вот уж вздорная девица. Будто подменили ее в роддоме Санычу. Ей Богу!

–Оуу… – теряюсь. – Спасибо за добрые слова.

–И Савелий у вас хорош. Я чуть не всплакнул. Вспомнилось старое. Как начинали. Надеюсь, часто с вами теперь будем встречаться.

–Да, я тоже, – лепечу.

Возвращаюсь к Андрею с пульсирующим лицом.

–Всё нормально? – Вглядывается он внимательно в мои глаза. – Василич не обижал?

–Что ты! Мы неожиданно очень мило поговорили.

Самсонов сжимает мою руку.

–Хочешь сбежать?

Очень хочу!

–Куда?

–К берегу. Будем отмечать «серебро» нашего сына.

–Всю ночь будем отмечать? – Облизываю губы.

–Оооо… – тянет он с улыбкой. – Это как пожелает моя королева.

И без палева под шумок, по одиночке, мы сбегаем из–за стола.

Встречаемся возле входа в отель. Самсонов набрасывает мне на плечи свою кофту. Я тону в ее размере, но ни за что не пойду за своей, потому что носить на себе запах Андрея – это так приятно. Как ненормальная, я украдкой постоянно нюхаю воротник.

Вот так выглядит мое счастье!

Перед началом берега, мы сбрасываем кроссовки и идём босыми ногами, утопая в ещё теплом и чуть влажном песке. И даже попадающиеся камни, обычно так раздражающие отдыхающих, не способны нас сейчас остановить и как–то испортить настроение.

Море шумит легкими волнами. На горизонте мелькают огнями пришвартованные яхты и корабли.

–Тысячу лет на была на