Медоед 13 - Макс Гудвин
«Не надо. И спасибо за встряску».
— Не за что, Медоед. Про рыжих девушек я так и не получил ответа?
«Я примерный семьянин, мне это не надо», — чуть слукавил я.
— Тогда доктор Вайнштейн, — согласился Тиммейт. — Но по ситуации. Ведь люди никогда не говорят всей правды.
Проезжая Красноярск, мы как раз угодили в начинающиеся пробки, потому что четверг — маленькая пятница, и уже в четыре часа всё начинается. И через часик неспешных пробок передо мной открылся магазин оружия и спецсредств. Сконцентрировавшись на мече, я сделал его невидимым снова — этот ритуал стал для меня привычным, потому как постоянно ловить чужие взгляды на ножнах — такое себе.
В магазине «Оборонашоп» я приобрёл наручники чёрного цвета и большой газовый баллон. Для наручников понадобилось показать удостоверение. Я уже собирался уходить, как мой взгляд упал на рогатку мирно лежащую под стеклом.
А, с-сука. Мы такие в детстве делали из дерева, а теперь вот это — охотничий инструмент. И мальчишка в моей душе возрадовался и потребовал купить её и свинцовых шаров к ней.
Я купил самую дорогую. Где и по кому я буду из неё стрелять, я не знал, но очень уж хотелось. Пластиковая рукоять, железный каркас, толстый жгут с подложкой под шары, лазерный целеуказатель — зачем-то… Также нужный тут, как ЛЦУ для дробовика. Хотя проверю помогает ли. Буду стрелять по диким коробкам и банкам. А что? Первые сто лет в жизни вечного — детство, в котором надо всё попробовать, что не противоречит русским ценностям. К рогатке был взят и пояс с отсеками для шаров, с креплением типа кобуры под её рукоять.
Пока я оформлял покупку, слушал консультанта — уставшего от рутины мужчину в камуфляже, — о том, что эта игрушка генерирует 25–70 Джоулей. А Тиммейт в моём ухе произнёс, что пробитие черепной коробки среднего хомо-сапиенса составляет от 14 до 70 Джоулей, в зависимости от того, куда придётся шарик.
Лобная часть выдерживала больше, височные кости — меньше, швы на черепе выдерживали чуть больше, чем височные, но меньше, чем центральные части костей. И я купил к ней ещё жгутов, ремонтных материалов и ещё шаров.
— Чекисты на рогатки переходят? — спросил меня консультант улыбаясь.
— Из Москвы пришло распоряжение патроны беречь, — пошутил я.
— В следующем месяце требуху завезут, приходите, — пошутили мне в ответ.
— Спасибо. У нас ещё не всех троянских коней сожгли. Есть ещё в чём в крепости проникать, — ответил я отсылкой к знаменитому эпосу, но консультант его не понял, и я покинул здание магазина, довольный как слон.
И вот тут не пришлось просить, потому что другое такси уже ждало меня, недалеко от входа, о чём мне сообщил Тиммейт, и я подошёл к синему «китайцу», сев на заднее произнёс,
— Доброго дня.
— Доброго. В отель? — спросил таксист листая приложение одним пальцем, когда я плавно закрыл синюю дверцу. Мужик был лет тридцати, но уже с сединой на висках и усталым взглядом под оправой очков с прямоугольными линзами.
— Нет, — ответил я, пристёгиваясь. — Мне нужен тир.
— О, а какой именно? — спросил он будто тоже был в стрелковой теме.
Я замялся на секунду. Рогатка — не самый стандартный запрос для тира. В обычном стрелковом клубе на тебя посмотрят как на фрика, если ты достанешь из кармана резинку с рогулькой.
— Такой, где можно стрелять из… нестандартного оружия, — уклончиво ответил я.
Таксист хмыкнул, глянул на меня в зеркало заднего вида, оценивая. Видимо, моя физиономия и чёрный пуховик с капюшоном не внушали доверия, но и не настораживали. Всякие дурачки комфорт плюс не заказывают. Он помолчал, почесал гладковыбритый подбородок.
— Есть одно место, — произнёс он наконец. — На Красной Гвардии. Подвальчик, там и из пневматики стреляют, и из лука, и практическая стрельба там тоже есть.
— Пойдёт, — кивнул я.
Машина нырнула обратно в красноярские пробки. Город за окнами оставался серым и медленным. А мы петляли по улицам, пробиваясь сквозь заторы, пока таксист не остановился у неприметного здания с вывеской «Владром».
— Цокольный этаж, — кивнул мне водитель. — Там бар, тир и площадка для нестандартного, ну там топоров и ножей.
И я, поблагодарив, вышел, чтобы пройти пару метров, шагнуть, открыв тяжёлую железную дверь. За которой обнаружилась лестница вниз — узкая и с вытертыми ступенями. Несмотря на тепловую завесу, дующую прямо на меня сверху, тут пахло порохом. И, спустившись, я оказался в небольшом помещении. Прямо напротив была стойка с хмурым парнем за ней в камуфляже.
Парень смотрел на меня, потому что слышал, что я захожу.
— Здравствуйте, чем могу помочь? — спросили у меня.
— Здравствуйте. Да пострелять, — произнёс я. — Из этого.
Я показал ему рогатку, и тот опустил голову. Видно было, что он не очень рад таким посетителям, но аренда сама себя не окупит.
— Час будет стоить 1800 ₽, сюда входят мишени, они уже на позициях. Проходите, вторая комната направо. Если нужна будет помощь, зовите, меня Стас зовут. А, да, если нет сменной обуви, можете надеть бахилы.
И я прошёл туда, куда был послан надев синие бахилы. Помещение оказалось длинным и низким, похожим на бункер. Стены были оборудованы резиновыми пластами, которые создавали чешуйчатую поверхность, так что, если что-то отрикошетит, оно уйдёт в стену, а не поранит стрелка. Запах в таком помещении был такой, который ни с чем не спутаешь. Именно отсюда пахло порохом, а на середине длины стоял ящик с гильзами, хотя пустые гильзы я видел и на полу.
Под ногами тоже была резиновая плитка, а вдоль дальней стены висели листы в человеческий рост: зелёные мишени с очертаниями человеческого контура на белом фоне. А перед ними на полу снова был пылеулавливатель в виде покрытого резиной бордюра по колено. Освещение было ярким, и всё было видно — стреляй не хочу.
Я снял с себя одежду, положив её на столы для чистки оружия, бегло бросив взгляд на стены над столами, где были ТТХ оружия.
И, нацепив пояс и рассыпав по отсекам