ТСК: Высший - Константин Владимирович Ежов

Вот елки новый год. Это что же, мне сейчас рассказывают, почему Тверь возвысилась?

— Получается, ты бессмертный? — решил его с этого бока растормошить.

— Нет, конечно. Убивали меня много раз, просто был у меня знакомец в те времена, прочитавший особым образом свои способности к волшебству. Безродный, кстати. Вот он и придумал одну занятную штуку, почему я до сих пор жив. А год шёл шесть тысяч девятьсот тридцать третий. Как раз в ту пору пришло моровое поветрие. И вот Иван Михайлович уже собирался преставиться, но тогда-то и пришёл я к нему с предложением, от которого ему было трудно отказаться. Прямо скажем, шантажом выторговал себе привилегии не обзаводиться родом. Вот с этого момента и пошли у Твери дела в гору, а я стал предателем, и подвергнут анафеме. Любили это дело в Москве. Так что пришлось срочно умереть, правда, тогда так не умели делать, как с тобой, вот и обошёлся простой сменой имени, — на этот раз он замолчал специально, чтобы взглянуть на мою реакцию.

А чё я? Шок — это по-нашему.

— Постой, а что случилось с Иваном Михайловичем? — спросил я, наконец отмерев.

— А что ему будет-то? Вручит тебе сегодня указ о правах на «второй круг». Да, мы действуем по-разному, я на виду, он как бы каждый раз становясь новым императором из «народа», — улыбнувшись, поведал он.

— Зачем мне-то было это знать⁈ — задал я вопрос удивлённо.

Ну, не совсем же я тупой, чтобы не понимать — после такого долго не живут!

— Власть в этом государстве сбалансирована. Была, во всяком случае. Если бы не Настя, думали, что так оно и есть до сих пор. Император, олицетворение власти, я — наказующая длань. И так было до недавних пор. Моя способность — это внесение диссонанса в работу мозга. И способности мага как не бывало. Вот за это меня боятся пуще смерти. Ты был всем, и пуф. Но пришло новое время и появилось множество эсперов, — проговорил он и опять остановился, задумчиво уставившись на меня.

— Я-то тут при чём⁈ — поняв намёк, воскликнул в ответ.

— Ты думаешь, мы отчёты читать не умеем. В частности, Воротынская. Умна, красива, — начал заливать он соловьём.

Меня несколько сбила с толку такая смена темы.

— Если мне тут её сватают, то нет! — заявил решительно в ответ.

— Что же ты так сразу, а если она в комплекте с Голицыной. Подружки, как-никак. Сам, между прочим, виноват, а теперь в кусты? — с усмешкой поинтересовался дед.

— Да при чём здесь они⁈ — воскликнул в ответ.

— Опять не понимаешь? — тут же спросил он с ехидцей.

— Нет, — признался ему как на духу.

— Сегодня ты вернёшься во «второй круг», но уже как Рэм Имэлсович Щеня. У тебя нет такого авторитета, наработанного столетиями, как у меня, и как ты собираешься становиться новой наказующей дланью? — поинтересовался он у меня.

— Кстати, о ней⁈ — воскликнул на это.

— Ты от ответа-то не уходи. Он ведь прост. Нужно перейти в «первый круг». А для этого необходимо три жены из него. Так? — прижал он меня к стенке, фигурально выражаясь.

— Да. Но ведь ты пока двоих называл. И почему всё-таки я? — опять пристал к нему с этим вопросом.

— Что, не хочется становиться страшилкой для взрослых? А придётся. Напоминаю про твои же отчёты о поездке в Японию. Может, расскажешь, куда это их самые-присамые менталистки пропали? Да-да, те, которые столько уважаемых людей врагами своего государства сделали? Ни в жизнь не поверю, что они к твоим ручкам не прилипли. Если уж ты и «графиню» пригрел, то и от них не отказался, тем более сам писал про возможности маяка. А теперь скажи, не узнаёшь место? — неожиданно для меня задал он вопрос, совсем не про то, о чём говорил.

— Э-э-э… Ты знаешь? — растерянно проговорил, повертев головой.

— Естественно! Это как раз и ответ, про третью невесту, — заявил он, подмигнув.

— В каком смысле? — попытался прикинуться шлангом.

— А не надо было дочке его величества фингалы ставить! Тут даже я не смог отвертеться от такого «счастья» для своего внука. В общем так, сначала предполагалось по-хорошему, а теперь так. Женишься, и никаких мне тут больше разговоров! — поставил он меня перед фактом.

Так-то одной больше, одной меньше…

— Да я не против. Только неужели она так страшна? — поинтересовался у него осторожно.

— Кто? — переспросил дед, видимо не поняв о чём речь.

— Дочка эта, — сразу же уточнил для него.

— На лицо нормальная. Плоскодонка просто, — откликнулся дед сразу.

— Это мелочи. Есть только одна трудность, менталисткам пока никакого доверия нет, — указал ему на особые обстоятельства.

— Раз говоришь «пока», значит, предполагается решение. Да и не будет никто тебя гнать. Сам понимаешь, это дело деликатное, — не стал он акцентироваться на моём заявлении.

— Просто есть другой путь. Мы тут недавно поигрались с НЛП, — проговорил я неопределённо.

— Эта та полушарлатанская ерунда? — сразу встал он в позу неприятия.

— Так-то да, но если соединить это с некоторыми технологиями в вычислительной технике, то она оказывается вовсе не такой бесполезной, как казалась раньше. Просто прорабатывать алгоритмы нужно. Кстати, Хюго как раз хорошо подходит для работы с этой методикой, — кинул пробный шар.

— И насколько реально реализовать? — почему-то осторожно поинтересовался он.

— Абсолютно! На себе испытал. Тоже думал блажь, вот и доверился одной особе. В итоге повёл себя совсем неподобающим образом, к тому же и не жалею даже об этом, — заявил сразу же.

— Что же ты такое совершил? — настороженно поинтересовался дед.

— Как бы это сказать-то… В общем, перетоптал всех кур в своём курятнике, — признался чистосердечно.

— Это ерунда. Тебе в новом поместье подобное, возможно, каждый день придётся делать. Плохо, конечно, что ты так рано стал главой рода, но что тут поделать. Такова специфика. Поэтому и не хотел никогда со всей этой байдой связываться. А теперь послушай меня. Судя по всему, ты сейчас раскрыл, сам того не понимая, как нашу страну поставили почти раком.