Невозможно забыть - Юлия Витальевна Кажанова

Изумрудное шёлковое платье в пол с шикарными вырезами на груди и бёдрах только подчёркивает прелести девушки и длиннющие ноги. Кажется, ей всего двадцать пять, но ведёт она себя словно эскортница с десятилетним стажем! Ползала слюной чуть не давится.

– Да так, со старым знакомым встречалась. Но могу и с вами посидеть! Тут такие вкусные десерты! – словно сообщает мне секрет. Вот только зачем так громко?

– Я думала, вы на диете, – отвечаю как можно дружелюбнее.

– Я – да. За фигурой слежу. – И как нарочно проводит наманикюренными пальчиками по груди с золотой цепочкой, увенчанный крупным бриллиантом, и тонкой талии. – Но ты же нет. – И да, это опять камень в мой огород. Она меня с первых дней невзлюбила и всячески пытается подкалывать. Странно, что муж этого не замечает.

Но ничего, я тоже умею играть.

– Как хорошо, что у меня и без диет идеальная фигура и я могу пробовать всё, что мне нравится! – Увы, столь же шикарной грудью похвастаться не могу, ведь у меня скромная двоечка. Но вот талия нисколько не больше, и мои брючки это отлично показывают.

– Пользуйтесь этим, пока можете, всё же возраст в итоге скажется. – Стерва! У нас разница всего два года, а она говорит так, словно десяток.

– У меня отличная генетика! Без операций и ботокса выгляжу моложе своих лет. А вы, помнится, ночуете в салонах. – Мелисса скрепит зубами, но всё же выдаёт мне улыбку.

– У вас отличная память. – Ещё бы! В прошлую нашу встречу она целый час заливала про омолодительные процедуры. Хочешь не хочешь, а запомнишь.

– Склероз мне ещё рано приписывать.

И всё это происходит под взглядом мужа, который словно не замечает нашей перепалки. Неужели мужчины так тупеют? Или ему всё равно? Становится горько, и я сбавляю обороты и опять смотрю в свою пустую тарелку.

– Сергей Петрович, я, кстати, тут кое-что интересное узнала. Не хотите поучаствовать в одном прибыльном проекте? – Только не это!

– Звучит неплохо. Расскажете?

И понеслась! Эта рыжая словно только и ждала момента, чтобы полностью завладеть вниманием мужа.

– Непременно. Слушайте…

Дальше этой парочке больше никто не нужен, и они болтают на своей волне целых два часа! На целых сто двадцать минут мой муж забывает про меня, а ведь у него свидание со мной, а не с нею!

Серёжа не смотрит на меня, когда нам приносят блюда: первое, второе, десерт. Хотя даже Мелисса поглядывает, как я с улыбкой поедаю воздушное пирожное. А муж – нет!

Вот что со мной не так? Что мне сделать, чтобы вернуть его внимание? Я ведь его так люблю. Неужели он не видит?

Когда проходит два с половиной часа, а на меня по-прежнему не смотрят, я просто встаю и решаю уйти! У меня тоже есть чувство достоинства. Пусть оно и нечасто берёт вверх. Но сейчас мне так больно, что я просто не могу находиться рядом с ними.

– Крис? – вдруг вспоминает Серёжа и поднимает взгляд.

– Я прогуляться, – бросаю, разворачиваясь, и надеюсь, что он пойдёт следом. Но увы, муж только машет рукой и опять поворачивается к этой рыжей! А та и рада. Вон даже улыбается мне словно победительница.

Ничего, Крис, спокойствие. Она просто работа и деньги, а я его семья и уют в доме, куда он стремится. Хотя… о чём я? В последний год он грезит только работой.

Опять смотрю на рыжую и думаю, неужели я и правда проигрываю ей?

Еле сдерживая слёзы, быстро покидаю заведение, а потом, глубоко вдыхая вечерний прохладный воздух, пытаюсь найти в себе силы не разрыдаться.

Что со мной не так? Где я ошиблась?

Я ведь очень пыталась быть идеальной женой. Готовила, убирала, слушала всё, о чём рассказывал Сережа, зная, как важно мужчинам выплеснуть эмоции. Только вот, увы, не получала отдачи. Слушать про мои старинные картины муж не любил, да и вообще засыпал, но я мирилась и с этим.

Мама говорила, что свидания – это одно, а вот житьё вместе – другое. Быт порой портит отношения, и нужно время, чтобы всё наладилось. Я вот жду уже почти пять лет, и что-то тяжко. Порой мне кажется, стало только хуже. Муж почти живёт на работе, дома не бывает, в моей постели больше года не появлялся. Пришлось даже купить эти жужжащие штучки, чтобы всё мхом не покрылось. Но как же хочется мужской ласки, нежности, да хотя бы поцелуя.

– Где я оступилась? – шепчу в потемневшее небо, а потом вздрагиваю, так как плеча касается рука незнакомца.

– Девушка, простите, это не ваше? – звучит очень приятный бархатный голос, и я разворачиваюсь.

И замираю, увидев того красивого мужчину, который сидел за соседним столиком.