Любовь на финишной прямой - Missis Stranger

Лера подняла на него глаза.

— Если ты ещё раз так меня напугаешь, я сама тебя убью. Я не выдержу ещё одного раза. Кажется, я тебя люблю, Быстров.

Стас усмехнулся, но тут же поморщился от боли.

— Только сейчас это поняла? Долго же до тебя доходило. Я с первой нашей встречи на комиссии понял, что ты моя. Плевать мне было на универ. Мне нужна была ты.

Лера невольно улыбнулась. В груди разлилось что-то лёгкое, похожее на надежду.

— Знаешь, иногда мне казалось, что мы с тобой как два пазла, которые никак не могут совпасть… А когда увидела тебя там на асфальте и поняла, что могу тебя потерять, вдруг щёлкнуло — и кусочек встал на место.

Стас закрыл глаза.

— Я люблю тебя, Лера. Не просто хочу. Не просто привязался. Люблю. И мне плевать, что все вокруг считают это безумием.

Лера почувствовала, как внутри что-то оборвалось и сразу же собралось заново — уже по-другому. Она не ответила сразу. Просто наклонилась и очень осторожно поцеловала его в разбитые губы.

— Я тоже тебя люблю, — прошептала она. — И мысль, что с тобой что-то может случиться, пугает меня сильнее всего, что было до сих пор.

Они молчали, прижавшись друг к другу. Монитор пищал ровно. За окном продолжал моросить дождь.

Когда пришло время уходить, она наклонилась к нему и прошептала:

— Я вернусь завтра. И послезавтра. И каждый день, пока ты здесь.

Стас слабо сжал её пальцы в ответ.

— Кот отвезёт тебя домой. Будь осторожна, пожалуйста, не ходи никуда одна, пока я не выйду отсюда.

Лера кивнула.

Она вышла из больницы уже в сумерках. У входа снова стояли журналисты. На этот раз она остановилась.

— Да, у нас отношения, — сказала она спокойно в камеру. — И да, я его люблю. Остальное — не ваше дело.

Внутри неё больше не было паники. Скандал был громким. Но внутри неё теперь было нечто сильнее любого скандала.

И действительно, она не знала, как Стас это сделал, но репортеры больше не досаждали ей. Статья и видео из интернета тоже пропали.

Звонил Дима, сказал, что она может вернуться в институт, но Лера отказалась. Она пока не решила, что будет делать дальше, но эту страницу своей жизни она уже перевернула, чтобы начать новую. С чистого листа.

Стаса выписали через месяц.

В день выписки Лера приехала за Стасом вместе с Денисом. Кот вёл машину, потому что Стасу пока не желательно было садиться за руль. Лера сидела на заднем сиденье рядом со Стасом, который всё ещё двигался с осторожностью — рёбра болели, нога была ещё в гипсе. Когда машина выехала за пределы города, Лера нахмурилась.

— Куда мы едем?

Стас взял её за руку и сжал пальцы.

— Доверься мне.

Лера посмотрела на него, но ничего не сказала. В его глазах было что-то новое — не просто упрямство, а тихая, твёрдая уверенность. Она кивнула и откинулась на сиденье, глядя в окно. За стеклом мелькали голые поля, серое небо и редкие деревья.

Через полчаса машина свернула с трассы на узкую асфальтированную дорогу и остановилась у небольшого загородного дома. Двухэтажный, из тёмного дерева и большими окнами. Рядом — огромный ангар, явно переделанный под гараж. Всё выглядело новым, ухоженным и… чужим.

Лера вышла из машины и огляделась.

— Куда мы приехали?

Стас, опираясь на трость, медленно подошёл к ней, взял за руку и повернул лицом к коттеджу.

— Это теперь наш дом, — сказал он тихо. — Я продал квартиру, байк, добавил деньги с последнего заезда и купил его для нас.

Лера смотрела на него, не веря своим ушам. Сердце заколотилось так сильно, что она едва могла дышать.

— Как же ты без мотоцикла? А гонки?

Стас пожал плечами:

—Я пока лежал в больнице, многое переосмыслил и решил завязать со всем этим.

— А если ты потом пожалеешь? — тихо спросила она, голос дрожал, но в нём уже не было отчаяния, только осторожная надежда. — Про гонки, про байк… Ты столько лет жил этим.

Стас чуть поморщился, опираясь на трость, но улыбнулся — так, что даже боль будто отступила.

— Я не жалею. Я просто понял, что у меня теперь есть вещи куда важнее скорости.

Лера подошла и обняла его осторожно, стараясь не задеть повязки.

— Я не хочу, чтобы ты ради меня жертвовал чем-то.

Он прижал её к себе здоровой рукой и долго не отпускал.

— Это не жертва, Лер. Я, наверное, просто повзрослел. Скорость была нужна для того, чтобы заглушить хоть немного пустоту внутри. А теперь у меня есть ты. Мне не нужны больше гонки, чтобы чувствовать себя счастливым. Я договорился, чтобы сдать все экзамены экстерном, и открою здесь автомастерскую. Кот обещал помочь.

Лера подняла голову.

— Ты серьёзно?

— Серьёзно. Я устал быть «Вихрем». Я хочу каждый день засыпать и просыпаться рядом с тобой. И чтобы каждый раз, когда я сажусь на байк, ты не боялась, что это в последний раз. Я хочу быть с тобой.

Стас опустился на одно колено — медленно, морщась от боли в рёбрах, но не отводя от неё взгляда. Из кармана куртки он достал маленькую красную коробочку.

— Лер, — произнёс он, голос слегка дрожал. — Ты выйдешь за меня?

Лера замерла. Слёзы мгновенно навернулись на глаза. Ей трудно было поверить, что всё это происходит с ней на самом деле. Что она стоит здесь, рядом с ним, и слышит эти слова. Что её жизнь, которая ещё недавно казалась серой и унылой, вдруг наполнилась смыслом и красками.

Она приоткрыла рот, чтобы что-то сказать, но голос не слушался. Вместо слов из груди вырвался тихий всхлип. Лера прижала пальцы к губам, пытаясь удержать эмоции.

Стас чуть наклонил голову, вглядываясь в её лицо, стараясь прочесть ответ в её глазах.

— Если тебе нужно время… — начал он осторожно, но она покачала головой, не дав ему договорить.

— Дело не в этом. Прежде чем я отвечу… Есть ещё кое-что, я не знала, как сказать тебе об этом. В общем, вот, — она достала из сумки тест на беременность и протянула ему.