Мастер пилюль 1-8 - Роман Романович

Там и правда хорошо кормили. Энтони и правда очень любил покушать. А ещё он был болтлив и за полтора часа рассказал мне столько нюансов и идей, что голова опухла. Оно того стоило. Иначе бы я не стал столько сидеть. Тем не менее график-то был нарушен.

Ладно, это я просто ворчу. Немного подкорректировав расписание и внеся поправку «на жизнь» и то, что случайности неизбежны, продолжил действовать по плану.

Проблема малого количества слоёв на моём ранге заключалась в том, что объём доступных старших стихий удручающе низок. За час занятия я весь резерв потратил. Нужно формировать новые слои, а для этого углубиться в понимание своих способностей, что не так-то легко. Одна у меня вообще не стихия, а какая-то разновидность родословной, связанной с печатями.

Так что я пошёл искать наставника по печатям. Общие занятия к моему приходу у него уже закончились. Пришлось оплачивать отдельный урок (тридцать очков, между прочим!).

— Итак, — сказал мужчина средних лет, получив оплату и выйдя со мной во двор своего дома. — С чего ты хочешь начать?

— С основ? — спросил я с сомнением.

Он задумчиво почесал свою короткую бородку… Ничуть не заботясь о том, что я оплатил всего час и время-то шло. Впрочем, чего ему об этом переживать?

— Лекции ты пропустил, — не спрашивал, а утверждал он. — За один урок я тебе многое не расскажу. Начнём с простого. С чего ты решил, что печати тебе доступны?

— У меня есть к ним талант, — уверенно ответил я.

— Это легко проверить. Создай вот такую форму.

Выставив ладонь, он создал перед собой светящийся треугольник.

— Эм… — протянул я. — А что это такое?

— Примитивный каркас из энергии, — вздохнув, ответил наставник. — Способность создать настолько чёткую структуру определяет, есть ли у ученика талант к печатям или нет. Ты уверен, что тебе нужно именно это? — скептически спросил он. — Искусство сложное, пройдёт не один год, прежде чем начнёт приносить пользу.

Дениэль меня совсем другому учил, и есть подозрение, что он получше в вопросе разбирается. Тогда нужно понять, чему здесь местные мастера обучают и пригодится ли это мне.

— Для чего используются каркасы? — уточнил я.

— Ученик Лай, — посмотрел он снисходительно. — Это самая неэффективная трата очков в истории академии.

Я на это промолчал, и наставник всё же дал ответ.

— Каркасы используются как точки опоры для переноса техники. Что в итоге упрощает создание этих техник.

Теперь звучит похоже на то, чему научил отец. Я кивнул и задал следующий вопрос.

— Разве эти каркасы обязательно использовать?

— А как ты без них собираешься справиться? — удивился мужчина. — Лет через десять, быть может, у тебя и начнут получаться бескаркасные конструкции, но это если повезёт.

— Вы можете описать метод создания бескаркасных конструкций? — попросил я.

— Ученик Лай, — вздохнул мужчина. — Всегда нужно начинать с основ. Даже если у тебя что-то получится, риск травмы слишком велик.

— Я не прошу этому обучить. Я хочу понять, как это в принципе работает.

— Это и называется обучить, — покачал он головой. — Печати в некотором роде можно назвать следующим уровнем рефлекса.

— Вы имеете в виду, что если взять какую-то ручную технику, повторить её много раз, выделить ключевое, то это перейдёт на бессознательный уровень и получится бескаркасная печать?

— Значит, ты про это уже слышал, — покивал он и погладил бородку. — С этого бы и начал. Но твоё описание слишком поверхностно. Будь всё так просто, печати бы не считались высшим искусством. Без этого, — указал он на висящий в воздухе круг, — ты всё равно ничего не добьёшься. Точнее, можешь добиться, — выставил он ладонь, не давая мне заговорить, — но какой смысл? Увеличишь скорость — это да. Но основное, что дают печати — это дают возможность конструировать техники. Выделять различные элементы, создавать нечто новое.

— А если я скажу, что знаю несколько бескаркасных печатей?

— При этом ничего не знаешь про каркасы? — осуждающе и снисходительно спросил он, — Тогда я порадуюсь за тебя, что ты не сжёг себе мозги. Продемонстрируй, что умеешь. Ты ведь можешь?

— Могу. По мишеням бить можно? — уточнил я.

Дворик внутренний был всего ничего по размеру. Здесь имелось одно дерево, что давало тень. Столик и пара удобных кресел, где наставник, видимо, любил расслабиться. Также у забора стояла одинокая металлическая на вид мишень.

— Дозируй энергию. А то знаю я вас, молодых. Снесёшь забор, сам оплачивать будешь! — добавил он шутливо, но строго.

Я ничего не ответил и мысленно создал печать огненного копья, влив минимум энергии. Получилась огненная стрела, которая врезалась точно в центр.

— Это огненная стрела? — уточнил наставник.

— Копьё, — поправил я его. — Вы сами просили минимум энергии. Могу влить больше.

— Насколько? — заинтересовался он.

— За раз? Раз в десять больше точно.

А то и двадцать, но зачем всем подряд о своих возможностях говорить?

— Повтори, — махнул рукой наставник. — Также минимум стихии.

Я кивнул и начал повторять. Раз, второй, третий. Наставник пристально на меня смотрел. Я же думал о том, можно ли со стороны определить, печати я использую или обычную технику. По идее, можно. Так-то для обычных техник используются ручные печати, а я тут стою, ничего не делаю руками.

— Напомни, из какой ты семьи? — спросил вдруг он.

Я остановился и посмотрел на мужчину.

— Из семьи, которая далеко отсюда проживает, — обозначил я улыбку, давая понять, что не хочу об этом говорить.

— Выходец из скрытых кланов? — предположил он. — Не слышал ни о ком, кто бы так печатями владел. Ты ведь меня не обманываешь?

— Я бы точно не стал тратить тридцать очков, чтобы врать.

— Звучит логично, — задумался он. — Зачем тогда ты пришёл ко мне?

— Получить консультацию. Я же в академии. Здесь учатся.

— Эх, парень… — покачал он головой и заложил руки за спину. — Мне проще вернуть тебе оплату.

— Почему? — нахмурился я.

— Предположу, что ты и правда талант. Ты ведь тот самый Лай? Глава Затейников? Новая фракция которая.

— Всё так.

— Слышал, ты кое-что понимаешь в алхимии и целительстве, воссоздал путь идеальной закалки, общаешься с духами и зверями. Ещё способен победить Королеву и игнорируешь королевскую волю. Ничего не забыл? — посмотрел он вопросительно.

— Что-то такое было, — ответил я уклончиво.

На что мужчина усмехнулся.

— Не будь ты личным учеником Саркаша, я бы подумал взять тебя к себе.