Безумный карнавал - Иар Эльтеррус
— А, тогда ясно хотя бы, — покивал мастер политики. — Хотя кое-что все равно не понимаю.
— Кто и когда полностью понимал чародеев? — философски спросил неизвестно у кого мастер строительства. — Но я опасаюсь Кейсава не потому, что он сильный чародей, а потому, что молодость не знает преград. Будь он нормальным, пожившим, давно утратившим глупые иллюзии человеком, я был бы спокоен. Но, как и любой мальчишка, он готов кидаться в крайности. Именно по причине молодости, не спорьте! Обычной молодежи можно не опасаться — у молодых обычно ни силы, ни денег, ни влияния нет. В процессе их обретения они постепенно становятся нормальными, вменяемыми людьми, с которым можно договориться. А вот если сила появляется у молодого человека, особенно идеалиста, а Кейсав — идеалист, это очень опасно. Он будет гнуть мир под себя, а не прогибаться под него, как положено. И это может вызвать огромные проблемы! Я даже немного рад, что у него хотя бы жена относительно нормальная, стремящаяся к обычным, понятным всем людям вещам, а не к чему-то иллюзорному. Хотя, как я уже говорил раньше, неприятностей Сейла нам доставит немало. Но это хотя бы понятные неприятности, вырастающие из человеческого стремления что-то выгадать для себя. Эх, была бы она лет на двадцать постарше…
Остальные двое закатили глаза — почтеннейший Гарон давно успел им плешь проесть своей нетерпимостью к молодежи. Для любого молодого человека попасть в его штат было кошмаром — издевался старик над ним со вкусом, изощренно и вдохновенно, причем пока у того морщины на лице не появлялись или дети не становились взрослыми. Только после этого человек, по мнению мастера строительства, становился достоин хотя бы относительного уважения. И доказать ему, что люди разные, было в принципе невозможно. В Совете Мастеров давно мечтали спровадить Гарона на отдых, но это никак не получалось — старик, хоть и на ладан дышал, отличался неуемной энергией, цепко держал в своих сухоньких кулачках контроль на строительной отраслью Таламара и уходить явно не собирался. Разве что вперед ногами. А ведь остальные мастера подумывали просить Кейсава войти в Совет, но пока был жив Гарон сделать этого не могли — он найдет способ провалить голосование.
— Какая-нибудь новая информация о Повелителе есть? — поинтересовался Урам, его этот вопрос заботил больше всех остальных.
— Очень мало, — скривился Киран. — Мой коллега, служащий ему, очень хорош, он меня все время переигрывает. Успевает увести своих людей, стоит только моим агентам на них выйти. У него явно есть шпионы в моей структуре, но я никак не могу их вычислить. Буду просить у правителя Анфара продать больше сыворотки правды, хотя не уверен, что это поможет — Грахва явно научился сам и научил своих людей ей противостоять.
— А кто тебе мешает посоветоваться с самим Анфаром? — проворчал Гарон. — Он человек опытный, несколько сотен лет проживший, много повидавший, чародей посильнее вашего любимого Кейсава. Может, и подскажет чего, ему новый Даргал тоже не по вкусу пришелся.
Грахва, и это было общеизвестно, правитель Уантана ничего не скрывал, действительно не раз пытался связаться с Анфаром, но тот на все письма отвечал, что со служащими Разрушительнице не желает иметь ничего общего и не позволит им погубить Дэлоуэ. На слова жреца, что они не собираются ничего губить, а хотят лучшей жизни для родного мира, древний чародей как-то раз бросил посланцу при свидетелях, что они, раз такое несут, не понимают сути своей госпожи. А чтобы понять ее, достаточно серьезной медитации — из ментала прекрасно видно, кто такая Шиннана и чего она жаждет. Как ни странно, Грахва не успокоился, продолжая заваливать Анфара письмами с объяснениями своей позиции. Их даже не читали — никакого смысла это не имело. Стаи тварей, которые науськивал на города и селения Дэлоуэ жрец, говорили сами за себя. Как и утраиваемые им постоянно подлости и неприятности, что успели прочувствовать на себе все владетели. Раньше они не знали, кто стоял за этим, теперь, благодаря Кейсаву и Анфару, это стало известно. Прощать такое графы, герцоги и бароны не собирались.
— Так, начинается! — подался вперед Киран.
— Где? — сжал кулаки Урам.
— А вон, видишь, черная волна на горизонте. Минут через десять стаи добегут до первых крепостей.
Временные крепости тоже помогли возвести чародеи. Со стороны обычных людей это выглядело жутковато. Кейсав с Сейлой просто летели над полем, а под ними вырастали из земли каменные громады, окутанные потоками молний. Правда, когда они закончили, то настолько устали, что уснули на расстеленных прямо на траве походных плащах. Наемники окружили спящих чародеев и несколько часов охраняли покой людей, решивших позаботиться об их защите — прекрасно понимали, что без крепостей потери будут намного больше. Да и книги по старой тактике, использующей построение «черепаха», добыл и принес в Таламар тоже молодой чародей.
Между крепостями между тем разворачивались «черепахи» — плотные построения копьеносцев, со всех сторон прикрытые тяжелыми щитами. Он выстраивались в шахматном порядке в восемь слоев, чтобы перекрыть тварям малейшую возможность прорваться вглубь строя. Ополченцев учили перестроениям внутри «черепахи» больше года и, как смели надеяться мастера, научили. Но так ли это покажет бой.
Волна тварей все приближалась, ее сдерживали только стены на месте бывших оврагов — они не давали стаям сворачивать. Те, впрочем, и не стремились к этому — они чуяли впереди живых людей и изнемогали от голода, от желания их разорвать и сожрать. Своевременная эвакуация оставила тварей без добычи, и теперь они бесновались от ярости. А дикие животные степи бежали, едва почуяв, что идут их исконные враги.
Первые твари столкнулись с «черепахами» и… откатились, оставив на залитой черной и красной кровью траве тела своих сородичей и немногочисленных людей. Древнее построение оказалось на удивление эффективным, потери ополченцев были чуть ли вдесятеро меньше потерь врага. Как хорошо, что Кейчас где-то нашел старые книги по тактике! Без них тварей встретил бы линейный строй, который они прорвали бы без особых затруднений.
— Эх-х-х! — слышалось утробное хеканье ополченцев, разом бьющих толстыми, длинными копьями по набегающим черным чудовищам. — Эх-х-х!
— Товсь! — орали командиры. — Бей! Товсь! Бей!
Но становилось ясно, что твари понемногу одолевают, все-таки их было слишком много, десятки, если не сотни тысяч, а Таламар успел подготовить всего двенадцать тысяч ополченцев, да еще около четырех тысяч прислали владетели других городов. Да наемников было восемь тысяч. Этого явно маловато для отражения столь масштабного нашествия.
— Что там чародеи? —