Александр Прохоров - Сердце тигра

Сопровождал прибывшего, маленького роста раб лет 30-ти, чья круглая голова была полностью побрита, а мелкие и заостренные черты физиономии, рождали сходство с подлым хорьком. Его чёрные глазки под густыми чёрными бровями постоянно воровато бегали, выдавая натуру хитреца и пройдохи. Одет раб, был в серую шерстяную тунику с длинными рукавами. К какой национальности он принадлежал, определить было трудно, но, скорее всего к египетским грекам. Несмотря на небольшой рост, раб был крепок, мускулист и должно быть очень ловок.

- Эй, хозяин! Где тебя носит, чурбан? — заорал патриций с порога. — Ступай сюда, бездельник, чтоб тебя мухи заели!

Посетитель с грохотом опустился на табурет, расположившись за соседним столом. Лоредан тихо выругался. Вместо того, чтобы идти по своим делам на кухню, хозяин в мгновение ока появился возле нового посетителя.

- Чего изволите, господин?

- Выпить давай! Плачу щедро! — заорал аристократ и сыпанул на стол горсть серебряных сестерциев. — Тащи сюда твое самое лучшее вино! И не вздумай обмануть. Или я, тебя как следует, вздую, не будь я Квинт Фабий Мелорий!

- Что вы господин, что вы, — затараторил трактирщик. — Для вас, все только самое лучшее!

Он отдал распоряжение подбежавшему мальчишке и вскоре перед гостем стоял кувшин Фалернского [58], кубок и блюдо с мягким белым хлебом и кусками жареной свинины.

Квинт Мелорий принялся за трапезу. Его раб стоял рядом и косился на быстро пустеющее блюдо. Видя, с каким аппетитом, хозяин уплетает свинину, раб, даже начал облизываться, сопровождая каждый исчезающий кусок тоскливым взглядом.

- На, лопай, — Мелорий сунул ему в одну руку кусок мяса в другую ломоть хлеба. — Ты что же, Тарикс глупец эдакий, не поел с утра?

- Не успел, господин, — раб жадно впился в мясо крепкими зубами. — Мы выехали так быстро, что я не то, что перекусить, едва одеться успел.

- Ничего, потом поедим, как следует, — сказал Мелорий. — Во дворце нас ждать долго не будут, поэтому мы так спешим.

- Если мы, спешим, господин, так может, нам и сюда то, не следовало заезжать? — осторожно спросил Тарикс.

- Ты что, глупец! — вскричал Квинт Мелорий. — Я пил, почти всю ночь, а теперь жрать хочу! Или ты хочешь, чтобы твой господин страдал от голода?

Лоредан сидел с понурым видом. Жди опять, подходящего момента. Хозяин, обслужив нового гостя, теперь на кухню не торопился. Возле него крутились, уже трое мальчишек, так что он мог давать им поручения, а сам при этом приглядывал за порядком в зале. Когда он, на что-либо отвлечется, не ведали, даже боги.

Лоредан терпеливо ждал, ел медленно и почти не притрагивался к вину. Минуты тянулись томительно долго. И вот, когда молодой патриций уже совсем было, отчаялся, Фортуна, вновь ему улыбнулась. Появилась жена трактирщика. Как и когда она выбралась из коморки, в которой её запер муж, было непонятно. Она снова принялась ругаться и наскакивать на трактирщика, размахивая клюкой. Тот, вынужден был отвлечься на свою обезумевшую супругу и Лоредан счел момент подходящим, чтобы незаметно скрыться. Но тут, во второй уже раз за утро, Фортуна сыграла над Лореданом злую шутку. В зале появился Нарбо. Не долго думая, он подбежал к столу, за которым сидел Лоредан и громко заявил, что лошади и колесница готовы.

До хозяина, видимо донеслись слова негра, поскольку трактирщик обернулся и Лоредан… Проклятие богов! Опять стал объектом его внимания.

- Я велел тебе, ждать меня, — зло зашипел Лоредан, делая вид, что всецело занят едой и пока никуда не собирается. — Чего ты сюда приперся, болван? Чего орешь?

- Я, э… господин, простите. Просто вас так долго не было… Я думал вам надо доложить, что все готово.

- Не надо мне ничего докладывать. И думать ничего не надо. Я велел дожидаться меня. Так делай, что тебе велят.

В это время, хозяин вышел из-за прилавка, по-видимому, он собрался направиться к их столу. На лице трактирщика было прямо-таки написано, что он желает поинтересоваться, как скоро Лоредан собирается заплатить за ночлег, вчерашний ужин и сегодняшний завтрак. Сказать, что Лоредан прибывал в тихом бешенстве, значит, не сказать ничего.

Тут, клюка жены трактирщика треснула того по макушке. Хозяин вскрикнул, обернулся и начал вырывать клюку из рук своей драгоценной Марции. Она зашипела, как кошка и плюнула ему в лицо. Трактирщик, сыпля отборными ругательствами, поволок супругу обратно в каморку. Лоредан весь подобрался. Вот он шанс!

И тут, Нарбо все испортил. С самым бессовестным видом он украл из блюда Квинта Мелория свиную ножку. Аристократ, хоть и был пьян, тут же заметил пропажу.

- Моя ножка! — закричал он, вскакивая из-за стола. — Куда она делась? Я хотел оставить её на закуску!

Раб Тарикс, вытянув руку, указал на Нарбо, во рту которого торчала та самая злополучная поросячья ножка.

- Это он господин. Он сожрал.

- Черномазая обезьяна, — зарычал Квинт Мелорий. — Ты посмел воровать моё мясо, за которое я буду платить?

Нарбо в ответ, пробубнил, что-то нечленораздельное, поскольку рот его был набит.

- Что? — вытаращился на него Мелорий. — Ты заплатишь?

Нарбо, продолжая бубнить, начал ещё и жестикулировать руками.

- Что ты там бормочешь, негодяй? Готов ты, возместить мне убытки?

Нарбо выплюнул полуобглоданную косточку и заявил достаточно оскорбительным тоном, что платить он, вовсе не собирается.

- Ах ты, дерьмо! — взвился Мелорий. — Да ты знаешь, собака, что я прикажу с тобой сделать?

- В чем дело? — вмешался, наконец, Лоредан, поднимаясь из-за стола. — Это мой раб. Я его хозяин и не позволю…

- Ты, кто ещё такой? — Мелорий, совершенно опьяневший от выпитого, почти перестал соображать. Он уставился на Лоредана мутными покрасневшими глазами, совершенно бешеными от злости. — Убирайся, пес! Не лезь не в свое дело, свинья!

В следующую секунду его кулак врезался Лоредану в подбородок. Удар был не столько силен, сколько неожиданен. Молодой патриций потерял равновесие и упал на пол между столами. Он, правда, тут же вскочил и прыгнул на противника, как леопард. Тарикс завопил и принялся обоими кулаками колотить Лоредана по голове. Нарбо, со страшным ревом взбесившегося буйвола, попытался схватить грека. Но тот, с пронзительным визгом исчез под столом. Негр сделал могучий замах, видимо желая разбить стол в щепки, но попал по физиономии одного из пьяниц. Тот взбрыкнул ногами и перелетел через соседний стол. Трое его дружков, преисполненные духом оскорбленного товарищества, кинулись на негра.

В одно мгновение драка охватила весь трактир. Одни держали сторону чернокожего раба, другие сторону грека, большинство же, даже не знали из-за чего сцепились. Видя потасовку, они просто приняли в ней участие, исключительно, охваченные азартом.