лИса - Дмитрий Беркут

– Да ладно, гнать-то, может быть, сейчас путешествуешь, но раньше я тебя никогда не мог вытащить даже во двор, – засмеялся я.

– Ну, во-первых, – приосанился Олег, – не обязательно куда-то ездить, чтобы путешествовать. А во-вторых: вообще-то, я кристально честный и искренний человек. Хотя изредка бывает так, что и вру. Нагло и бессовестно. Но не с какой-то там меркантильной целью, а лишь для того, чтобы оттенить своей ложью ценность истины. В этом и есть моя правда. Вы же понимаете, что правда и истина – это не одно и тоже.

Он закопал оставшийся от косяка хабчик прямо в пол типи. Лиса уже поняла всю нетипичность общения с Олегом и просто улыбалась, отхлебывая мате из калебаса.

– Олег, а почему ты наружу не выходишь? – спросила она, – мы ни разу тебя на общем кругу не видели.

Олег усмехнулся.

– Мне и так хорошо. Люди в гости ходят, а я их чаем пою и травой накуриваю. Каждый ведь для своих целей приезжает.

– Это верно, – поддержал я.

– Я тут в своем ритме живу, – продолжил Олег, – читаю много.

– А что читаешь? – заинтересовалась Лиса.

– Вот сейчас Кебра Нагаст дочитал, это растаманское чтиво – священная книга древних абиссинцев. Книга мудрости Растафари.

– Ты растаман?

– Я человек интересующийся. Раста же, это не только «коноплю долбить». Растафари – это образ жизни, философия, культура и религия. Каждый видит свое. Мне интересны корни. Вот, например, Радуга. Она возникла в Америке в начале семидесятых, в результате переосмысления традиций индейцев Великих Равнин. Название «Рэйнбоу» было взято из пророчества индейцев хопи, где говорится, что в конце времен, когда Земля будет на грани катастрофы, появится единый народ, который будет состоять из людей разных наций, говорить на разных языках, подобно тому, как радуга состоит из разных цветов.

– Интересно, – заметил я.

– Да, – продолжил Олег, – и нужно нести это знание и, распространяя его, разъяснять людям. Чтобы не было случаев как на Мшинской.

– А что было на Мшинской? – спросила Лиса.

– На Мшинской все плохо было, – ответил я, – чаще всего власти Радугу игнорируют. Но на Мшинской радужные, видимо, нарушили чьи-то планы или заняли территорию, слишком близкую к городу. Прислали ОМОН с вертолетом и все плохо закончилось.

– Соль в том, – продолжил Олег, – что, судя по последующим публикациям, власти вообще не поняли, что же они такое разогнали. Деревенских, наверное, можно понять: их могла испугать толпа ярко одетых людей. Если бы каждый умел просто и грамотно объяснить, что здесь происходит, такого бы не случилось. Ведь когда местное население понимает смысл действия, они и сами с удовольствием подключаются. И помогают по мере возможностей. У местных всегда можно молока купить, или свежих овощей. Они и дорогу новоприбывшим помогут найти.

– Да, да, – заметил я: «Ваши туда в лес ушли. А вы оттуда потом выйдете?»

Мы все вместе рассмеялись.

– Ладно, Олежек, мы с Лисой еще сегодня на семинар собирались. Будем отчаливать. Да, Лиса?

– Да, спасибо огромное за мате, – добавила Лиса, – я прямо почувствовала Аргентину, пока пила, а это мечта моя заветная.

– Значит, будет Аргентина, – ответил Олег, – вам спасибо что заскочили проведать. Что за семинар-то?

– Культура древней Ирландии, музыка-танцы – почти хором сказали мы с Лисой и тут же рассмеялись.

– А вы клевая пара, настоящая, – заметил, улыбаясь, Олег, – будете всегда вместе, я такое обычно чувствую.

– Спасибо, – сказала Лиса и чмокнула его в щеку.

Подходя к поляне, Лиса вдруг замешкалась.

– Давай я до палатки схожу, а позже подойду, потупившись сказала она.

– Ну давай, я буду ждать.

– Если Катю увидишь, передай ей привет и поцелуй от меня. Только в щечку! – погрозила она мне пальцем.

– Хорошо.

Я свернул самокрутку, покурил, а затем не спеша двинул на Круг.

Действительно, неподалеку от Круга, возле Доски Объявлений, куда приносят найденные и заблудившиеся вещи, я через некоторое время и нашел Катю. Она сидела и болтала с какими-то девчонками. Увидев меня, Катя тут же встала и отвела в сторонку.

– Слушай, Дим, тут такое дело… Мне в город надо.

– Опа, зачем это? – опешил я.

Катя виновато посмотрела на меня.

– Достала мобильник, а там куча сообщений. Работу хорошую дают, новый объект, не могу такое заманчивое предложение упустить.

– Точно говорят, что телефон нужно в последний день из рюкзака доставать. Вавилон найдет способ затянуть.

– Вот ты вернешься в город, – грустным тоном сказала Катя, – и слово «Вавилон» на следующий же день исчезнет из твоего лексикона.

– А Лиса в курсе?

– Мы с ней говорили о том, что я, возможно, уеду раньше.

– Эх, Катя…

Она протянула мне листок бумаги.

– Вот номер моего телефона.

– Хорошо, Лиса просила тебя в щечку поцеловать.

– Так поцелуй уже, – засмеялась Катя, – что стоишь?

Я чмокнул ее в щеку. Катя обняла меня, затем сделала ручкой «Чао» и пошла в сторону леса.

– Кать, – крикнул я вслед, – давай я тебя до станции провожу!

– Спасибо, не надо, я же договорилась с местными, меня подкинут на машине до электрички, там как раз одно место будет.

– Ну ладно тогда, удачи, и береги себя!

– Спасибо! А ты береги мою сестру!

– Хорошо, обещаю!

С большой поляны послышался трубный звук, издаваемый огромной, как у Человека-Амфибии, раковиной – призыв на сбор к общей еде. Хоть я практически никогда и не ел на Кругу, сейчас решил попробовать. На общий круг приходят почти все, хоть большинство и готовят еду у своего костра и на свой вкус. В отличие от общей, вегетарианской кухни, у себя можно есть и мясо, и консервы. Хотя мне, по большому счету, было все равно – что мясо, что овощи. Так как миску я с собой не взял, пришлось попросить у Семена. Он жук запасливый – носит для первого, и для второго.

Кто-то подкрался сзади и мягкими ладошками закрыл мне глаза.

– ЛИса? – я сделал вид, что угадываю.

– Дааа, – навалилась она на меня и, свернувшись калачиком, улеглась ко мне на колени.

– Катя уезжает, – я посмотрел ей в глаза.

Лиса отвела взгляд.

– Это должно было случиться, не думай, все нормально.

– Ладно, если ты говоришь, что нормально…

– Ну что, после ужина будем танцевать ирландские танцы на малой поляне, – она посмотрела на меня своим искрящимся взглядом.

– Конечно, сегодня танцы под луной, – ответил я и обнял ее.

– А потом можешь меня и до палатки проводить, – тихо произнесла Лиса.

– Странно. Мы в карельской глуши, вокруг лес и трава, а меня не укусил ни один комар. Ни разу, – шепчу я Лисе.

– Меня тоже, – отвечает она так же тихо.

– А меж тем народ постоянно какими-то спреями пользуется, анти-москитными мазями натирается, вонючки жжет.

– Просто комары знают, что я лиса – лесной житель, а ты под моей защитой, – прошептала Лиса и, поцеловав в плечо, крепче прижалась ко мне под спальником.

Мы лежим в ее палатке, расставленной обособленно возле озера, и в микроокошко на потолке смотрим на звезды. В этот момент мы очень близки и счастливы. Все случилось не рано и не поздно, а именно тогда, когда и должно было случиться. Хотя, оказалось, что когда люди все время голые, то это, как могло бы показаться, не ускоряет развитие отношений, а напротив – последний шаг сделать становится гораздо труднее. Но все произошло именно так, как мы хотели. И теперь, чувствуя, что некая грань пройдена, я задумался: «А что же дальше?» Ведь Радуга – это утопия, реализованная на очень непродолжительный срок, а через неделю нам ехать в город, где у каждого куча своих дел и мы просто не сможем быть все время вместе. Но сейчас мы здесь. И нам по-настоящему хорошо.

– Лиса…

– Да, Мить.

– А в городе мы будем вместе?

– А ты хочешь этого?

– Очень.

– Значит будем.

– Хорошо. И только потому, что этого хочу я?

– Я тоже очень хочу.

– Хорошо.

– А еще я верю в судьбу. В то, что выбора, как такового, не существует, и все предопределено заранее. Браки заключаются