Грело. Гаспар де Марсан. Том I - Александр Шевец

Вассен слегка повернулся к государю.

— Де Монталь.

Анри посмотрел на молодого человека.

— Ваш отец служил на юге?

На мгновение Тео забыл все обращения, которые утром собирался произнести безошибочно.

— Да, государь. Несколько лет.

— Под Лассером?

— Последние два года. До этого в гарнизоне Сен-Жерана.

Король кивнул.

— Тогда не пишите ему в первом же письме, что теперь знаете о службе всё.

Тео не сразу понял, насколько серьёзно это сказано.

— Он всё равно не поверит, государь.

— Это хорошо.

Анри уже собирался перейти к следующему, когда Тео неожиданно для себя добавил:

— Он может приехать проверить.

Король остановился и посмотрел на него ещё раз.

— Тогда тем более не пишите.

Вассен кашлянул, скрывая улыбку, а Анри двинулся дальше.

Тео стоял ровно до тех пор, пока строй официально не распустили. Только тогда напряжение ушло из плеч, и он направился к выходу из галереи, где уже ждал Грело. За время церемонии тот успел получить ещё один лист и теперь складывал его вчетверо.

— Ну? — спросил он.

— Он знал, где служил мой отец, — ответил Тео, всё ещё поглядывая в ту сторону, куда ушла королевская свита.

— Анри помнит людей лучше, чем полезно королю.

Де Монталь повернул голову.

— Вы опять называете государя по имени.

Грело убрал бумагу.

— А тебе лучше этого не повторять.

— Я уже понял.

— Пока только начал.

Тео помолчал.

— Я думал, он скажет что-нибудь про долг. Не так представлял.

— Он и сказал. Просто тебе, похоже, хотелось чего-нибудь, что потом можно высечь над воротами.

— Нет.

— Тогда повезло.

Они пошли вдоль галереи. Тео всё ещё держал спину чуть ровнее обычного, хотя сам этого, похоже, не замечал.

— Вы знали, что меня возьмут? — спросил он.

— Нет. Я знал только, что ты дошёл до последнего дня. Остальное решали люди, которым потом с тобой служить.

Тео помолчал, затем кивнул.

— Хорошо.

Грело покосился на него.

— Разочарован?

— Наоборот.

— Вот теперь действительно научился чему-то полезному.

У лестницы их догнал Вассен.

— Де Монталь, через четверть часа у северной казармы. Получите людей на первый вечер. Господин Грело, если он вам ещё нужен, верну завтра.

— Мне он никогда не был нужен, — отозвался тот. — Но постарайтесь не испортить окончательно.

Капитан даже не улыбнулся.

— За это я отвечать не могу. Через четверть часа, де Монталь.

— Буду.

Когда Вассен ушёл, Тео посмотрел ему вслед.

— Он всегда такой?

— Не знаю. Спроси через месяц.

— Вы наверняка знаете.

— А ты наверняка опоздаешь, если продолжишь стоять здесь.

Этого оказалось достаточно: Тео попрощался и направился к северной казарме.

Он пришёл за пять минут до срока. Вассен заставил его ждать ещё десять, потом вывел во двор и указал на шестерых солдат возле оружейной стены.

— На сегодня ваши. К вечернему построению все шестеро должны быть здесь, с исправным оружием и в порядке. Потом приведёте их к сержанту Лавалю. Если кого-то не будет, отвечаете вы.

Тео посмотрел на людей. Двое были старше его почти вдвое.

— Понял, господин капитан.

— Тогда начинайте.

Вассен ушёл так быстро, что задать дополнительные вопросы не получилось.

Солдаты остались перед новым младшим офицером. Первым заговорил широкоплечий мужчина с редкой бородой:

— Господин, у меня пряжка на перевязи сломалась.

Почти одновременно другой сообщил, что ему нужно на час выйти к больной матери, живущей возле мельничного квартала. Тео уже собирался ответить, когда пересчитал людей и обнаружил, что перед ним стоят только пятеро.

— Где шестой?

Солдаты переглянулись. Один вспомнил, что Мартен был здесь до обеда, другой уверял, будто видел его позже.

— Где он сейчас? — спросил Тео.

Ответа не было, и де Монталь ещё раз посмотрел на пятерых, прежде чем обратиться к солдату со сломанной пряжкой.

— Как тебя зовут?

— Робер.

— Идёшь к оружейнику. Если починить нельзя, получаешь другую перевязь и возвращаешься сюда.

Потом Тео указал на самого молодого.

— Мартена знаешь?

— Да, господин.

— Где он бывает, если не здесь?

— Может быть у конюхов. Его брат там работает.

— Проверь конюшни. Если его нет, не ходи по всему дворцу — возвращайся и скажешь мне.

Молодой солдат кивнул и убежал. Тео повернулся к тому, кто просил отпустить его к матери.

— Тебя как зовут?

— Гийом.

— Я не могу отпустить тебя сам. Идём к сержанту.

Гийом нахмурился.

— Господин, я вернусь до построения.

— Я услышал. Но если отпущу тебя без разрешения, а ты не вернёшься, твоя мать не станет объяснять капитану, почему я решил, что могу менять порядок службы. Пойдём.

Сержант Лаваль нашёлся в оружейной. Он выслушал просьбу, задал Гийому несколько вопросов и разрешил уйти до вечернего колокола.

— Если опоздаешь, завтра не выйдешь вообще.

— Не опоздаю, господин сержант.

Когда солдат ушёл, Лаваль посмотрел на Тео.

— Могли отпустить сами.

Де Монталь нахмурился.

— Мог?

— Нет.

Несколько мгновений Тео смотрел на него, пока сержант не усмехнулся.

— Интересно было посмотреть, что ответите.

— У вас здесь так учат?

— Нет. Здесь так развлекаются.

Тео покачал головой и вернулся во двор.

Мартена нашли возле конюшен. Он помогал брату удерживать жеребца, повредившего ногу, и совершенно не считал, что отсутствует: ему никто не объяснил, во сколько нужно вернуться к северной казарме. Молодой солдат привёл его через несколько минут.

— Мне сказали после полудня быть свободным, — объяснил Мартен.

— Кто сказал?

Он назвал старшего, которого Тео не знал.

— До построения остаёшься здесь. Потом выясним.

— Господин, у коня…

— Если ты действительно нужен там, сержант это подтвердит. Пока нужен здесь.

Мартен кивнул и больше не спорил.

Робер вернулся от оружейника с новой перевязью. У другого солдата обнаружилось расшатанное крепление на ножнах, третий оставил плащ в другой казарме. К тому времени, когда прозвонил вечерний колокол, все шестеро стояли перед Тео, хотя Гийом прибежал последним и дышал так тяжело, словно последние две улицы проделал бегом.

— Мать? — тихо спросил де Монталь.

— Лучше, господин. Спасибо.

Тео кивнул и вместе с шестью солдатами направился к Лавалю. Сержант принял людей, проверил оружие, осмотрел перевязь Робера и только после этого обратился к молодому офицеру:

— Для первого вечера сойдёт.

Тео не был уверен, считается ли это похвалой.

— А завтра?

Лаваль усмехнулся.

— Завтра будет хуже. Сегодня они ещё присматривались к вам.

Несколько солдат рядом засмеялись.

— Это опять ваше развлечение?

— Нет, господин де Монталь. Это обещание.

После построения Лаваль показал ему помещение, где предстояло разместиться вместе с несколькими молодыми офицерами.

Комната находилась на втором этаже казармы. Восемь коек стояли вдоль двух