БеспринцЫпные чтения. Вишлист - Александр Григорьевич Маленков
Заместителя директора Антона она приметила сразу. Он не заигрывал ни с кем из сотрудниц, задерживался допоздна на работе, Татьяна выяснила, что по образованию он программист, и это стало решающим фактором. На одном из корпоративов, выпив немного вина, она подсела к Антону ближе. Открытая блузка, кожаная юбка лишь усиливали стройность силуэта. Острое черное каре загадочно оттеняло красивый профиль, а за изящно откинутой прядью вдруг возникали волнующие глаза. Не пойми что было в них, сила какая-то, мощь, не секс даже, а энергия – действенная и опасная. Эта опасность и покорила Антона. Он вдруг просто положил ладонь на колено Татьяны и придвинулся ближе. На новогоднем корпоративе Антон сделал Татьяне предложение. После свадьбы пара быстро уволилась из офиса и через некоторое время открыла свое дело. Это была небольшая контора по продаже офисной техники и всяких канцтоваров. В конторе было все, что помогало демонстрировать диктофоны, миниплееры, была даже отдельная кабинка для проверки качества звука. Контора в удобном месте, кроме Татьяны и Антона там работал один продавец, дела ладились. Машины улучшались, из поездок были Доминикана, Гавайи, Мальдивы.
Татьяна вела Антона как удачную добычу. Быстро поделилась с ним своей мечтой – стать богатой по-настоящему. Не тратить деньги на жилье, а путешествовать, испытывать что-то новое. Пока никаких детей. А бизнес очень понятный: хакерство клиентов банков. Место – удобное, своя контора. Работа непыльная. Если что – быстрый побег из страны. Никто и заметить не успеет, в стране такой бардак. Номера телефонов выкуплены, никто и не спросит, для чего они.
О том, что Татьяна была акулой, Антон узнал случайно. Как-то в отсутствие жены он искал деловые письма и обнаружил в столе незнакомый блокнот, прикрытый бумагами, и открыл его в неуверенности. И чем дальше он читал, тем больше узнавал неизвестные стороны своей супруги. Это акулье Антон начал чувствовать и до того, как нашел блокнот. Особенный оскал был у Татьяны, когда в день удавались несколько взломов. Она открыто радовалась, когда лишались средств обычные люди, особенно учителя, медики, инженеры, искала их в соцсетях и потом следила, как там отражались их потери.
Однажды Антон обчистил карту молодого человека на кругленькую сумму, не испытав при этом ничего, кроме чувства деловой удачи. Татьяна залезла ВКонтакт и углядела, что у молодого человека семья с маленьким ребенком.
– Оп, молодые родители попались. Прощайте ваши планы на отдых втроем, будете сидеть все лето в своей тьмутаракани.
– Стой, ты что, радуешься, что ли, этому?
– Нет, блин, я печалюсь. Ты смеешься? Ты ж сам папашу хакнул только что.
– Я исполнял техническую сторону. Я не подглядывал, кто он. Если бы я знал, что это молодой отец, может и не стал бы его ломать.
– Ой ли? Не придумывай.
Это был, пожалуй, первый случай, когда Антон всерьез задумался о душевном здоровье, Татьяны и своем. Он проанализировал все и понял, что сам не стал бы заниматься этим «бизнесом».
Прошло немного времени, парочка совершила несколько десятков удачных взломов, деньги сыпались в карман. Их ждала поездка на пляжи Гоа за расслабоном и океанской охотой. Их потянуло куда-то на экзотический восток, где есть то ли Будда, то ли Шива… Неприятный разговор забылся, дневник остался миражом. Татьяна перестала на глазах у Антона залезать в соцсети. У него же вдруг проснулся рабочий энтузиазм. Скучно стало просто взламывать, тупо воровать с сайтов или с карт, хотелось какого-то эксперимента.
Антон в свое время увлекался книгами по психологии, изучал устройство политических моделей общества, различные фобии. И его осенило.
– Слушай. Я придумал, они сами будут нести нам деньги. Даже взламывать ничего не нужно будет.
– Что-то новенькое?
– Да. Попробуем. А потом сразу на Гоа.
Для нового витка мошенничества Антон решил использовать свой голос и мышление жителей постсоветского пространства.
– Сектантское мышление, мышление коммунистов, не сдающих своих товарищей, – проговаривал он себе и Татьяне новую концепцию. – Это сработает на сто процентов. Эту страну не переделать. И даже год рождения не важен. Здесь все любят тайны, и почти каждый знает, что такое военная дисциплина. Не говорить, молчать, врагом может оказаться каждый. Играем на этом. Будем формировать резервную капсулу.
Пошло просто на ура.
Начинала Татьяна.
– Ало, Алевтина, это охранное отделение банка А. Сегодня наша служба зафиксировала попытку списать с вашего счета десять тысяч рублей. Вы не знали об этом? Но мы предотвратили эту попытку. Сейчас нужно будет заблокировать вашу карту, но прежде все средства, которые у вас есть, мы переведем в безопасное место, сформируем защитную резервную капсулу. Вы меня слушаете? Сейчас нужно будет автомату, не мне, продиктовать номер вашей карты и секретный код. А затем я передам вас специалисту по формированию резервной капсулы.
Дальше вступал Антон.
– Алевтина, вы меня слушаете? Где вы сейчас находитесь? Дома? Понимаете, мошенники могут прямо сейчас взламывать вашу карту, пока мы сдерживаем эти попытки, оставаясь на связи. Вам нужно сейчас выйти из дома, вы же хотите узнать, кто пытался совершить мошеннические действия с вашей картой. Вы идете в ближайшее отделение банка В … да, да, банка В, потому что это структура, родственная банку А. Идите. И запомните, вы не должны сообщать эту информацию никому. Потому что любой может оказаться тем, кто пытался взломать вашу карту. Так, Алевтина, что вы сейчас делаете?
Голос Антона действовал гипнотически. Клиент, в страхе включенный в игру, снимал свои средства в банке В и по наставлению Антона перекладывал их на счет Данилова Захара Александровича, «охранника, ответственного за формирование резервной капсулы».
В последний раз им попалась девушка, которая была напугана, все исполняла и все время читала какую-то молитву: «Господь, пожалуйста, защити…» Они перемигнулись: «Набожная какая-то…», забрали у нее всё по полной и посмеялись от души.
Пляжи Гоа ждали. Таксист приехал на помятом «хюндае». Антон не хотел садиться в такую машину, но Татьяна зашипела, мол, опоздаем на рейс, и почти втолкнула Антона на переднее сиденье, а сама села назад. В воздухе повисло какое-то четкое ощущение – то ли смерти, то ли нафталина. Хотелось выброситься из машины. Антон открыл окно.
– Я очень устал. С этой последней было как-то по-настоящему тревожно… Не знаю. Наверное просто хочу отдохнуть.
– Ничего, милый, скоро будем лежать на пляже. Всё забудем, а потом поохотимся.
Охота