Страх - Андрей Ефимович Зарин
— Ты, действительно, неавантажен. Ну, сиди! а знаешь, Миних в отставку подал.
— Да, — равнодушно ответил Заметов.
— Теперь, говорит, не служба! а? и то же из моей роты!...
Родаков ушел. Заметов сел к столу, разложил марки и стал внимательно разглядывать их одну за другой.
И, мало по малу, мысли его расплывались и он всей душею погрузился в это кажущееся дело.
— Пожалуйте, ваше высокоблагородие, кушать подано! — сказал денщик.
Заметов вздрогнул.
— А? что?
— Так что кушать подано.
Заметов пообедал и снова стал разбирать марки, с удовольствием думая, что потом их надо будет аккуратно отмачивать, а потом наклеивать в альбом и надписывать.
IX.
Когда он проснулся на другой день и подумал о службе, ему показалось страшной даже мысль выйти на улицу.
Он подошел к столу, написал рапорт о болезни и послал с ним денщика, — после чего снова занялся марками.
День потянулся медленно и смутно, словно сон.
Родаков с панихиды зашел к нему и даже отшатнулся, увидя бледное осунувшееся лицо Заметова и воспаленные веки.
— Да ты форменно болен! — воскликнул он.
— Тсс! — подняв руку остановил его Заметов и, нагнувшись к нему, прошептал:
— Я их всех надул! они, видишь-ли, ждут моего выхода, а я и не выйду... понял?...
Родакова словно шатнуло в сторону...
— Заметов-то наш того! — говорил он в тот же вечер в собрании, выразительно стукая себя пальцем по лбу.