Психология убийства - Марина Серова

— Катенька управляла художественной галереей, — ответила Василевская. — Знаете, галерея «Мечта» на улице Горького?

— Да, — кивнула я.

Действительно, я не раз проходила мимо, так как «Мечта» расположена в самом центре Тарасова.

— Екатерина была владелицей этой художественной галереи или просто управляла по найму? — уточнила я.

— Нет, галерея принадлежала Кате. Ее подарил мой покойный муж, он просто обожал нашу дочь и не скупился на подарки, — объяснила Василевская и продолжила: — А Катенька была влюблена в искусство. Она ведь окончила столичный институт культуры.

— Так, а муж Екатерины? — спросила я.

— Владимир занимается психологией, — ответила Василевская.

Она произнесла слово «психология» с таким пренебрежением, словно эта профессия была самой презираемой на свете.

— Да, он психолог, каких развелось как собак нерезаных.

Теперь Василевская не постеснялась откровенного ругательства.

— Ну это вы что-то уж слишком сурово, Валентина Степановна, — заметила я.

— Сурово? Разве? Да ведь сейчас каждый мнит себя суперкрутым специалистом в этой области! Причем даже в том случае, если нет никакого базового образования. Всякие там курсы не в счет. Сами посудите, ну как можно стать психологом за несколько месяцев? Да никак! Я считаю, что психолог непременно должен иметь медицинское образование, желательно высшее. Ну или уж на худой конец — среднее специальное. Чтобы разбирался в анатомии человека, да и вообще в том, как функционирует человеческий организм. А то был один случай, когда человеку на одном из их тренингов стало так плохо, что пришлось вызывать скорую. Они, видите ли, занимались телесными практиками, а потом пришлось лечиться, — сказала Василевская.

— А у Владимира было специальное образование? — уточнила я.

— Да если бы! Он окончил физический факультет университета, какое-то время он, да, действительно работал по своей физической специальности. А вот потом он почему-то вдруг решил заделаться психологом. Стал бизнес-тренером, или, как это еще называется, коучем. Не понимаю я таких, — Василевская передернула плечами. — У одной моей знакомой дочка занималась распространением косметики одной зарубежной компании. Все мечтала стать национальным лидером, это у них самая высокая ступень карьеры, ездила на психологические тренинги в Москву, чтобы, значит, получить психологическую поддержку. А потом компания ушла из России, и она подалась в психологи. Вот так в один момент из дистрибьютера превратилась в психолога! А ведь изначально она получила экономическое образование.

— Валентина Степановна, давайте все-таки перейдем ближе к теме, — напомнила я Василевской. — Расскажите, как и где это все произошло.

— Да, простите, Татьяна, я отвлеклась. Так вот, Катенька была обнаружена два дня назад на территории их загородного коттеджа. Ее застрелили из пистолета, — сказала Василевская.

— Валентина Степановна, вот вы предположили, что к убийству Екатерины причастен ее муж Владимир. А что все-таки вас натолкнуло на это предположение? — задала я вопрос.

— Ну… может быть, и не сам он. Мог и нанять какого-нибудь киллера для того, чтобы отвести от себя подозрения, — обтекаемо ответила Василевская.

— Значит, Владимир нанял киллера, он проник на территорию загородного коттеджа и застрелил вашу дочь? Так? — уточнила я.

— Ну да, а что? Разве такой вариант не возможен?

Валентина Степановна посмотрела на меня.

— В принципе, возможен, но опять-таки для убийства должен быть мотив, причина, — объяснила я. — Вот вы сказали, что Екатерина была скрытной, не делилась с вами своими переживаниями. Но все-таки вы, как мать, могли же заметить, что между вашей дочерью и ее мужем не все ладно?

— Ну при мне они не скандалили, даже не ссорились, а наедине… Вы знаете, я сейчас вот о чем подумала. Ведь Владимир изменял Катеньке! Вот ведь в чем все дело! Женщины на него всегда вешались, смотрели жадно и с желанием. Некоторые из них, те, что помоложе и поглупее, даже не стеснялись своих взглядов, — сказала Василевская.

— Подождите, Валентина Степановна, откуда вы это знаете? — спросила я.

— Откуда я знаю? — переспросила Василевская.

— Да, откуда? Вы что, посещали тренинги Владимира и видели, как на него вешаются женщины? — прямо задала я вопрос.

— Нет, конечно же, я не посещала его тренинги, еще чего? Зачем они мне? А насчет того, откуда у меня такие сведения, так Владимир после каждого такого сборища привозил кучу фотографий! А на них все в обнимку и у всех такие довольные физиономии! — нервно воскликнула Василевская.

— Но я все равно не понимаю, какая связь между причастностью Владимира к убийству своей жены и тем, что его донимали своим вниманием участницы его тренингов, — сказала я.

— Ну как же? Ведь он решил избавиться от Катеньки! Для того чтобы жениться на другой! — выдвинула свою версию Василевская.

— И вы знаете ее? — спросила я.

— Кого?

— Ну ту, на которой Владимир собирался жениться.

— Да нет, откуда же мне это знать. — Василевская растерянно посмотрела на меня. — Хотя…

— Да?

— Вот я сейчас вспомнила… а ведь была у него любовница, была, — сказала женщина.

— И вы знаете, как ее зовут? — поинтересовалась я.

— Да, знаю. Это Елизавета Солодовникова. Тренер по фитнесу в спортивном клубе «Олимп», — сказала Василевская

— Ладно, допустим. Валентина Степановна, вы мне лучше ответьте вот на какой вопрос: у вашей дочери были враги? — спросила я.

— Враги? Ну какие еще враги? Я не понимаю, о чем вы говорите.

— Ну не враги, а скажем так, недоброжелатели? — пояснила я.

— Не знаю, вряд ли. Катенька никому ничего не сделала плохого. И потом, ведь враги, или, как вы сказали, недоброжелатели, обычно бывают у предпринимателей, там ведь и конкуренция, и всякие недруги. А Катя не занималась бизнесом, — ответила Василевская.

— Ну а ее художественная галерея? Это ведь частное предприятие, — возразила я.

— Но на галерею хватает капитала, который оставил мой муж. Нет, с галереей проблем нет, — объяснила Василевская, — но знаете что…

Женщина, не договорив, остановилась.

— Вы что-то хотели сказать, Валентина Степановна? — предположила я.

— Да, собственно… вот вы сейчас сказали про предпринимательство. А ведь Катенька, помимо художественной галереи, была еще и владелицей двух магазинов модной дамской одежды, косметического салона и двух кофеен. Правда, она только числилась владелицей всего этого, — подчеркнула Василевская.

— Как понять «числилась»? — удивилась я и попросила: — Поясните, пожалуйста.

— Да дело в том, что то, что я перечислила, принадлежало матери Владимира, но она умерла. После ее смерти Владимир все переписал на Катеньку. Вроде бы ему не положено заниматься коммерцией.

— Но ведь ваш зять, насколько я поняла, не занимает высокую должность в государственном учреждении, ведь только в этом случае налагается запрет на ведение бизнеса, — возразила я.

— Ах, я ведь забыла вам сказать, что, помимо проведения тренингов на месте и на выезде, Владимир является советником министра в Министерстве образования Тарасовской