Рябь во времени - Джули МакЭлвен
Кендра рассмеялась. — Возможно, немного изменился.
— А каков обычай в твоей Америке?
Она замялась. — Там дарят помолвочные кольца, а не… э… помолвочные перчатки.
Глаза герцога заинтересованно блеснули. — Как любопытно. Здесь дарят знак помолвки, но это не обязательно определённая вещь. Я подарил Арабелле бриллиантовую брошь в виде цветка жасмина.
— Если хочешь, я могу купить тебе кольцо, — сказал Алек.
— Нет. — Она прижала коробочку с перчатками к груди, не отводя глаз от Алека. — Они идеальны. Я буду их беречь.
— Дядя, тебе, пожалуй, стоит выйти. — Алек положил руки ей на плечи, не прерывая зрительного контакта. — Не хочу оскорблять твою щепетильность, но сейчас собираюсь поцеловать невесту.
Герцог ухмыльнулся, направляясь к двери. — Встретимся в конюшнях.
Когда Алек и герцог уехали в деревню наблюдать за установкой французского жернова, Кендра велела принести в кабинет свежий кофейник. Она налила себе чашку и стала разглядывать записи на доске. Что-то не давало покоя. Что-то…
— Слышала, племянник подарил тебе подарок по случаю помолвки, — сказала леди Этвуд, решительно входя в комнату.
Кендра взглянула на суровое лицо графини. — Да.
— Ну что ж, раз, кажется, никто из вас не намерен передумать насчёт брака… — Графиня словно затаила дыхание, ожидая, не возразит ли Кендра.
Кендра ничего не сказала, но невольно посмотрела на гобелен, скрывавший потайной ход. Ещё два дня. Что она сделает? Что должна сделать?
Леди Этвуд вздохнула. — Значит, я договорюсь о нашей поездке в Лондон.
Кендра резко повернулась к старшей женщине. — Что? Зачем?
— Не можете же вы заказать свадебное платье у деревенской модистки, мисс Донован, — фыркнула графиня. — Я договорюсь о встрече с мадам Годе. Вам нужно новое платье и для бала. Завтра утром выезжаем.
Кендра уставилась на неё с ужасом. — Завтра я не могу в Лондон! Я расследую убийство!
Леди Этвуд изогнула безупречно выщипанные брови. — Вы меня не слушаете, мисс Донован. Я не спрашивала. Я сообщила вам факт. Я говорю, что завтра мы отправляемся в Лондон.
Графиня не позволила ей ответить. С суровой улыбкой и решительно расправленными плечами повернулась и величественно выплыла из кабинета.
Кендра с трудом удержалась, чтобы не швырнуть чашку в дверь. — Нет, это вы меня не слушаете, — прошипела она, закипая от ярости. — Я сообщила вам факт…
Кендра застыла. Воздух словно вылетел из лёгких, когда её осенила мысль. — Боже мой.
Сообщила факт.
Сообщила…
Сон нахлынул на неё вновь. Подсознание и правда пыталось ей кое-что сказать. Шандор твердил, что он не вор, а мадам Патья говорила: Всё зависит от того, под каким углом посмотреть, не так ли?
По коже пробежала дрожь осознания и возбуждения. Кендра осторожно поставила чашку, схватила грифель и в три шага оказалась у доски. Глаза впились в слова, записанные почти неделю назад. Неужели всё так просто?
Подсознание помогло собрать кусочки головоломки. Она стёрла знаки препинания в последних словах Креймора, дважды обвела фразу кружком и отступила, чтобы посмотреть. Чёрт побери, всё действительно зависит от точки зрения!
Все считали, что очнувшийся Креймор назвал Шандора вором. Вполне естественное предположение, учитывая враждебность и предубеждения по отношению к ромам. Чёрт, сам Шандор был уверен, что граф сказал именно это.
Но что, если граф в бреду произнёс нечто другое?
Не «Нет, вор!», а «Не вор!»
Разница крошечная. Но она могла изменить всё.
Глава 35
Кендре понадобилось некоторое время, чтобы части головоломки заняли новые места в её голове. Теперь всадник, которого Шандор видел возле цыганского лагеря, приобретал совершенно иное значение.
Из тени начал выступать образ подозреваемого — сначала смутный, затем всё более отчётливый. Да, это сходилось. Он подходил. Даже бред мисс Доры об ученике дьявола обретал смысл, если взглянуть на мир её безумными глазами.
Кендра хотела немедленно снова поговорить с Шандором — сейчас же. Она бросила грифель на стол и поспешила в спальню. Скинула изящные туфельки и отыскала в гардеробе прочные полусапожки, которые всегда надевала для прогулок по окрестностям. Недолго перебирала плащи и пальто и остановилась на голубовато-сером шерстяном рединготе. Хотя светило солнце, английская погода была непредсказуема.
Схватив ридикюль, она проверила, лежит ли внутри спрятанный пистолет для муфты. Как и с погодой, здесь лучше быть готовой к неожиданностям.
На верхних этажах горничные и младшие служанки смахивали пыль и натирали мебель в коридорах. Они лишь мельком взглянули на Кендру, когда та прошла мимо. В прошлый раз они с герцогом добрались до лагеря ромов на двуколке за двадцать минут. Пешком, при хорошем темпе, понадобится минимум час. Значит, будет там к половине первого.
Солнце ласково согревало лицо, но прохладный воздух и ветер заставили Кендру порадоваться выбранному шерстяному пальто, когда она направилась к лагерю. Поздновато пришло в голову, что ромы могли уже уехать. Они оставались ради вчерашнего дознания, но после него вполне могли отправиться дальше.
В крайнем случае долгая прогулка даст время ещё раз обдумать подозрения. Представить себя на месте убийцы.
Убийство Креймора было в некотором смысле импульсивным. Может быть, преступник надеялся успокоить разгневанного графа. Но ты ведь взял с собой пистолет? Ты был готов убить. И всё же теперь Кендра понимала его колебания — почему граф получил пулю в спину, а не в грудь с близкого расстояния. Тогда преступник ещё не был хладнокровным убийцей. Во всяком случае, прежде…
Уиллоуби всё изменил. Как только он связался с убийцей, глупый, высокомерный Уиллоуби был уже почти мертвецом. Он просто об этом не знал. Соблазн «Розовой Анахиты» оказался слишком силён.
Войдя в лес, где высокие деревья заслоняли солнечный свет, Кендра слегка поёжилась. Ноздри щекотал насыщенный запах хвои и влажной земли. Вокруг звучал оркестр природы: трели птиц, гудение насекомых, хитрый шорох травы и кустарника от ветра или движений лесных зверьков.
Мысленно она вернулась к мисс Доре, проверяя теорию на слабые места. Ученик дьявола. Он вместе со змеем пьёт кровь девственниц. Я видела чашу преисподней. На первый взгляд — обычный бред сумасшедшей. Но сквозь бессвязные речи пробивалась нить здравого смысла. Или, по меньшей мере, понимания увиденного.
Между деревьями донеслись голоса, детский смех, металлический лязг и неясная суета. Кендра свернула на звуки и через несколько минут вышла на поляну, где ромы ещё стояли лагерем. Впрочем, уже недолго.
Самые младшие дети носились друг за другом вокруг повозок с визгом и хохотом, а взрослые укладывали имущество. Женщины мыли посуду в котле над огнём, вытирали и складывали в ящики. Мужчины запрягали лошадей в пёстрые фургоны. В воздухе витал аппетитный запах еды, от которого у Кендры заурчало в животе.
Мадам Патья вышла из фургона, вся в кружащихся юбках и золоте, как и в прошлый раз. Она окликнула