Рябь во времени - Джули МакЭлвен

Кендра вздрогнула и обернулась. В дверях стоял Алек. — Ты погружена в глубокое раздумье, — заметил он с лёгкой улыбкой. Подойдя, обнял её и поцеловал. — О чём думаешь?

— Пыталась поставить себя на место Креймора в ту ночь, когда его убили. — Алек был рядом, тёплый и надёжный, и она обняла его за талию. — Что он сделал, когда понял, что другой всадник собирается его убить.

Алек убрал локон с её щеки. — Креймор явно попытался бежать, осознав опасность. Поэтому пуля и попала ему в спину.

— Думаю, прежде он сделал что-то ещё. Помнишь, на него навели пистолет? Преступник не собирался оставлять его в живых. Так почему же не выстрелил в грудь? Возможно, Креймор чем-то отвлёк убийцу, успел пришпорить коня и получил шанс спастись.

Алек отпустил её и посмотрел на записи. — Что-то связанное с «Розовой Анахитой».

— Думаю, граф бросил алмаз в сторону убийцы.

— И тому пришлось ловить его… или Креймор нарочно бросил мимо, вынудив преступника отвернуться. Злодей всё равно выстрелил, но, возможно, поэтому так и не догнал графа: ему пришлось остановиться, чтобы подобрать камень.

— Это всего лишь теория.

— Хорошая теория.

— Она помогает понять, что произошло и почему, но не кто это сделал.

— Пойдём погуляем.

— Что?

— Погуляем. — Он медленно улыбнулся. — Простое занятие, но очень приятное. Прогулка по саду перед ужином с моей прекрасной невестой. Сегодня удивительно тепло. Ты не заметила?

— Была немного занята.

Она вспомнила прежнюю жизнь. Одинокую. Подчинённую стремлению во что бы то ни стало доказать собственную состоятельность.

— Карьера всегда была самым важным в моей жизни, — медленно сказала она. Прижавшись к Алеку, подняла голову и встретилась с ним взглядом. — Всегда была на первом месте. Всегда. Это часть моей сущности.

— Я понимаю. И принимаю.

— Часть меня, — повторила она, — но теперь я начинаю понимать, что это не вся я. Здесь жизнь гораздо медленнее, чем в моём времени. Это сводит меня с ума.

Он тихо рассмеялся. — Порой ты говоришь удивительные вещи. Но, кажется, я понимаю, что ты имеешь в виду.

— Медленный ритм не всегда плох. Жизнь так хрупка. Кто-кто, а я должна знать это лучше других, — сказала Кендра. — Я имею дело с самыми тёмными сторонами человеческой природы. Со смертью. Когда Креймор уезжал из дома Шея, он не знал, что жить ему осталось совсем недолго. Никто из нас не знает.

И не только смерть: если через несколько дней снова откроется вихрь времени, это тоже будет конец. По-своему.

Но сейчас думать об этом не хотелось.

Алек пристально смотрел на неё. — Кендра…

— Нет. Мне нужно это сказать. — Она прерывисто вдохнула, удивлённая силой нахлынувших чувств. — Ты сделал меня лучше, Алек. Жизнь здесь, в этом времени… иногда я от неё схожу с ума, но она сделала меня лучше. Я должна об этом помнить.

Он сощурился. Наверняка видел больше, чем ей хотелось показать. Поэтому она отстранилась, взяла его за руку, переплела их пальцы и улыбнулась. — Пойдём. Я хочу погулять по саду со своим великолепным женихом.

В тот вечер Кендра сидела перед зеркалом, сменив дневное платье на наряд из льдисто-голубого шёлка с верхней юбкой из органзы цвета слоновой кости. Проворные пальцы Молли мелькали над её волосами: девушка расчёсывала их, заплетала, завивала щипцами, создавая замысловатую высокую причёску.

— И месье Антон обвинил Джона, будто тот стащил мешок репы, — рассказывала горничная. В обязанности камеристки входило держать госпожу в курсе всего, что происходило в доме. — Этот лягушатник так его по ушам отдубасил, что будь здоров. Характер у него жуткий. Всё бурчит себе под нос на чужом языке.

— Ну он ведь француз.

— Ага. Француз. — Молли произнесла это так, будто речь шла о страшном преступлении.

— И превосходный повар.

Молли надулась. Она терпеть не могла, когда Кендра хвалила французского шеф-повара. Работая на кухне, Кендра сама наблюдала неприязнь между месье Антоном и английскими слугами.

— А от того лондонского головореза ничего не слыхать? — вдруг спросила Молли.

— От Медведя?

— А много вы лондонских головорезов знаете, мисс?

Кендра усмехнулась. — Теперь, когда ты спросила, понимаю, что встречала немало. Но разговариваю только с одним. И нет, пока он не связывался ни со мной, ни с мистером Келли.

Молли поджала губы, осторожно закрепляя завиток шпилькой. — Странно, что воришка так долго не продаёт побрякушку.

— Эту побрякушку продать непросто.

— Ага, вы говорили. Но он ведь даже не пытался, так? И не наводил справок? Чего ждёт?

Кендра нахмурилась. Разумные причины придержать алмаз существовали. Слишком опасная добыча; сначала нужно дождаться, пока уляжется шум. Но Молли была права: Кендра и сама начала подозревать, что у задержки есть другая причина. Какая — не представляла.