Отголоски во времени - Джули МакЭлвен

— Я не говорила, что леди Уэстфорд убили, — ответила она.

Он нахально усмехнулся. — Но и не сказали, что невы

Кендра не могла спорить. В конце концов, именно поэтому королева поручила ей расследование, а леди Этвуд продолжала глядеть на неё с таким видом, словно только что отпила испорченного молока.

— Меня попросили разобраться в смерти леди Уэстфорд, официально признанной несчастным случаем, — произнесла она.

Глаза Малдуна стали внимательнее. — Её Величество не согласна?

— Скажем так, ей требуется ещё одно мнение.

— Кто проводил вскрытие? — спросил Мунро.

— Доктор Торнтон. — Кендра заметила промелькнувшее в его глазах узнавание. — Вы его знаете.

Это был не вопрос, но Мунро кивнул. — Да, мы с Люсьеном хорошо знакомы. Я состою в созданном им клубе «Метаморфозы».

Герцог нахмурился. — Никогда не слышал о таком обществе.

— Это не официальная организация, ваша светлость. Скорее неформальный салон, где представители медицинского сообщества обсуждают новейшие достижения и теории в области естествознания и медицины. Люсьен — доктор Торнтон — прекрасный врач, чьи интересы простираются дальше простого выписывания рецептов.

Кендра поняла намёк. Медицина этой эпохи напоминала перевёрнутый с ног на голову мир с жёсткой иерархией. На вершине стояли врачи, большую часть времени занимавшиеся постановкой диагнозов и назначением лечения. Ниже — вернее, гораздо ниже

Анатом или судебный медик вроде Мунро находился на самом дне.

— И всё же я хочу, чтобы вы осмотрели тело, доктор. Это не поставит вас в неловкое положение?

Он спокойно посмотрел на неё серыми глазами. — Нет. Уверен, Люсьен тоже не обидится.

— Прекрасно. — Она повернулась к Сэму. — Мистер Келли…

— Для меня честь помочь вам, барышня.

Она улыбнулась. Сэм был невысок — едва пять футов шесть дюймов, — с чуть вздёрнутыми чертами лица и копной вьющихся рыжевато-каштановых волос. Он всегда напоминал Кендре эльфа. Правда, неопрятного эльфа с пристрастием к виски. Сегодня же он не только надел лучший костюм, но и причесал непокорные кудри и побрился. Его глаза, золотистые, как испанские дублоны, могли тепло засиять весельем при виде стакана виски, а могли стать такими же плоскими и недоверчивыми, как у любого полицейского из двадцать первого века, с которым Кендре доводилось работать.

— Прежде чем вы согласитесь, должна предупредить, что сэр Натаниел Конант уже поручил дело своему сыщику, мистеру Паркеру. Вы его знаете?

— Ага, знаю.

Кендра не удержалась от вопроса: — Что вы о нём думаете?

— Мы не приятели.

— Вот уж неудивительно, — вмешался Малдун. — Этот человек предпочитает произносить красивые речи и заискивать перед вышестоящими, вместо того чтобы заниматься ловлей преступников. Думаю, скоро он займёт место сэра Конанта.

Губы Сэма вытянулись в тонкую полоску, но он ничего не ответил.

— Мне не хотелось бы создать вам неприятности, мистер Келли. Начальству не нравится, когда кто-нибудь сомневается в его выводах. — Или ставит под вопрос власть. Ведомственная борьба за территорию существовала не только во времена Кендры.

Он пожал плечами. — Не волнуйтесь за меня.

— А где в этом деле найдётся место для меня, миледи? — спросил Малдун. — Я не сыщик и не анатом. Я всего лишь скромный маракающий бумагу журналист.

Сэм фыркнул. — Каким только ты не бываешь, Малдун, но скромным — никогда.

— Вы имеете возможность узнавать то, что недоступно остальным, мистер Малдун. — А в эпоху, когда нельзя было пробить сведения по электронной базе, сеть его источников была для Кендры бесценной.

— Я пишу о политике, а не о дворцовых интригах.

— Иногда одно пересекается с другим.

— Да, но только не в доме Её Величества. Король позаботился об этом ещё до свадьбы, поставив невесте условие никогда не вмешиваться в политику. Королева всегда следовала его воле, за исключением размолвки с сыном по поводу назначения его принцем-регентом. — Глаза Малдуна блеснули. — Или вы полагаете, фрейлину королевы могли убить по политическим мотивам?

— На вашем месте я бы не выказывала столько восторга, мистер Малдун, — сухо заметила Кендра. — Ещё слишком рано судить, с чем мы имеем дело. Сейчас официальный вывод таков: смерть наступила в результате несчастного случая. Наша задача — выяснить, соответствует ли он истине.

***

Быстрого способа добраться до Лондона не существовало, но герцог распорядился запрячь в карету шесть лошадей вместо обычных четырёх, что позволило несколько сократить четырёхчасовую дорогу. Верхом, как отправились Сэм и Малдун, можно было добраться быстрее всего — примерно за два часа, — и Сэм пообещал разыскать доктора Торнтона и договориться о встрече к тому времени, как карета прибудет в город около четырёх.

Следом ехала вторая карета, нагруженная сундуками и сопровождаемая целой свитой слуг: горничной Кендры, камердинерами Алека и герцога, миссис Дэнбери, герцогской экономкой, и Хардингом. Высший свет налегке не путешествовал.

— Не могу представить, чтобы доктор Торнтон ошибся, устанавливая причину смерти, — произнёс Мунро, когда карета загрохотала по длинной подъездной аллее замка Элдридж.

Алек покачал головой. — Простите, доктор, но мне непонятно, как это могло произойти случайно. Я бывал в театре Боудена. Как и в других театрах, там высокие ограждения. Слишком многие молодые повесы приходят на представления навеселе. Если бы с балконов