Рябушинские - Сергей Юрьевич Нечаев

жизни Павла Михайловича была посвящена деловым вопросам, а там все тоже обстояло достаточно непросто. Например, в 1869 году братья Рябушинские состояли под следствием по подозрению в «подделывании этикетов» (то есть этикеток известных заграничных фирм). Наверное, братья так пытались «улучшить имидж» своей мануфактуры. В любом случае 8 марта 1880 года обвинения против них были сняты.

А в свободное время Павел Михайлович предпочитал культурные мероприятия, такие как театры и музыкальные концерты.

Время шло, и на семейном совете было решено найти невесту для младшего брата Василия. Вскоре подходящая кандидатура была найдена в Санкт-Петербурге – это была 18-летняя Сашенька, дочь «хлебного короля» Степана Тарасовича Овсянникова.

Для знакомства и сватовства в столицу отправился Павел, поскольку Василий был человеком замкнутым и не привык общаться с девушками.

В 1870 году недавний 50-летний сват, пленившийся и забывший обо всем на свете, женился вторым браком, и, несмотря на огромную разницу в возрасте, новый союз оказался счастливым. От этого брака родилось шестнадцать детей, из них тринадцать (восемь сыновей и пять дочерей) достигли совершеннолетия, а трое умерли в детстве. И что удивительно, дочь Аня, последний ребенок, родилась, когда ее отцу шел 73-й год.

Все восемь сыновей П. М. Рябушинского «составляют гордость России, ибо были они созидателями по духу своему»[43].

Александра Овсянникова была дочерью Степана Тарасовича Овсянникова и Елизаветы Степановны Золотовой. И при этом судьба ее отца настолько интересна, что о нем следует рассказать отдельно.

Степан Тарасович Овсянников родился в 1805 году в селе Ковернино Костромской губернии в старообрядческой крестьянской семье. В 1835 году он стал членом санкт-петербургского купечества. Он разбогател на поставках муки для казны и стал одним из главных поставщиков Военного министерства. Кроме этого, он занимался оптовой торговлей хлебом в Петербургском порту и возглавлял Калашниковскую хлебную биржу.

К началу 1870-х годов С. Т. Овсянников владел значительным количеством недвижимости в Санкт-Петербурге, включая особняк и три доходных дома на Малоохтинском проспекте, а также дом на Итальянской улице. У него было 65 лавок на набережной Невы и несколько объектов недвижимости в Москве. Состояние Степана Тарасовича оценивалось в 12 млн рублей. И, конечно же, он активно занимался благотворительностью: в 1856 году основал инвалидный дом в Петербурге и был его директором; в 1864–1866 годах на свои средства обустроил общественный сквер, который до сих пор называется «Овсянниковским садом», также он был одним из основных жертвователей на строительство церкви Святых Бориса и Глеба на Калашниковской набережной.

В начале 1870-х годов С. Т. Овсянникову досталась современная паровая мукомольная мельница на Гутуевском острове, построенная для его конкурента, купца Фейгина, архитектором Рудольфом Бернгардом. После банкротства Фейгина мельница стоимостью 900 000 рублей и с персоналом около 100 человек оказалась у Овсянникова. Однако вскоре у него возникли проблемы: военный министр граф Д. А. Милютин запретил ему участвовать в торгах. Степан Тарасович использовал свои связи в правящих кругах и смог снова получить доступ к торгам, но с рядом условий, включая обязательное использование паровой мельницы для производства муки. Но тут вдруг объявился банкир Василий Александрович Кокорев, которому Фейгин, как оказалось, был должен около 500 000 рублей. В результате судебных разбирательств мельница была признана собственностью Кокорева, а Овсянников стал ее арендатором. Однако вскоре он понял, что условия контракта оказались для него невыгодными, и оказался в сложной ситуации, не имея возможности разорвать договор ни с Военным министерством, ни с банкиром Кокоревым.

2 февраля 1875 года на мельнице произошел серьезный пожар, в результате которого она полностью сгорела. Анатолий Федорович Кони, прокурор Петербургского суда, сразу заподозрил, что это был поджог, организованный арендатором Овсянниковым, который застраховал мельницу на 700 000 рублей. Несмотря на сопротивление Овсянникова и его влиятельных покровителей, было начато следствие. 12 марта Овсянников был арестован и провел несколько месяцев в заключении. В ходе расследования была доказана его вина, а также выявлены списки коррумпированных чиновников из военного министерства и полиции, которые регулярно получали от купца деньги.

Суд над Степаном Тарасовичем Овсянниковым проходил с 25 ноября по 6 декабря. Обвинение поддерживали В. И. Жуковский и В. Д. Спасович, а в качестве экспертов выступали известные химики и инженеры (А. М. Бутлеров, Б. Т. Вылежинский, И. Д. Флавицкий и др.). Многие наблюдатели не верили, что мультимиллионера смогут осудить.

Тем не менее 6 декабря суд вынес приговор: Овсянников, которому было более 70 лет, был лишен всех прав состояния и сослан в Сибирь. Другие подсудимые также получили приличные сроки каторжных работ. А страховые компании были освобождены от выплат за сгоревшую мельницу.

Несмотря на ссылку, Степан Тарасович благодаря своему состоянию и связям жил в Сибири довольно комфортно. В 1877 году над его имуществом была установлена опека. Он добивался помилования и в итоге получил разрешение вернуться в европейскую часть России, но ему запретили жить в Санкт-Петербурге и Москве. Он поселился в Царском Селе. Скончался Овсянников 16 (28) декабря 1889 года от рака пищевода, и его тело было отправлено на родину в село Ковернино, где он был похоронен у стены одного из местных храмов. К сожалению, его могила в настоящее время утрачена.

Про процесс над известным миллионером Овсянниковым юристы потом говорили, что «он являлся необычайно ярким свидетельством неподкупности русского суда»[44].

Итак, Павел Михайлович Рябушинский женился вторым браком на Александре Овсянниковой. А что же его брат Василий, ради женитьбы которого, собственно, он и ездил в Санкт-Петербург?

Василий Михайлович Рябушинский так и не женился. Он скончался 21 декабря 1885 года, не оставив никаких указаний по поводу того, как должно распределиться принадлежащее ему имущество. В итоге в результате законных выплат наследникам Василия из дела «вышла» аж четверть общего капитала[45]. А старшему сыну Павла Михайловича было лишь 16 лет, и на него пока рассчитывать было нельзя.

* * *

Павел Михайлович Рябушинский скончался 21 декабря 1899 года (2 января 1900 года).

Каждый из его сыновей получил пай в бизнесе на 400 тыс. рублей, а к этому бонусом еще шли наличные деньги и ценные бумаги. Каждый получил равную долю, и ссор на почве зависти не возникло.