Ма Лернер - Дорога без возврата

— Гыыыы, — застонал Пастух, повторно валясь на бок и дрыгая ногами.

Может, мне надо было в сказители податься? — подумал Алексей, глядя на него, — ходил бы по рощам и рассказывал адаптированные старые анекдоты, вон как на них реагируют, и сказки братьев Гримм. Там кровищи много, имел бы большой успех среди слушателей. Издательство что ли открыть? Авторам за плагиат платить не надо, бумага есть, простейший печатный станок сделать не проблема. Раз книги по специальности есть, значит, принцип прекрасно известен. Тоже неплохой доход. Вон как Черепаха подсела на фэнтэзи, взять Волкодава Семеновой, перевести и продавать. Непременно купят. Все что хочешь, имеется уже в полном наборе и оборотень благородный и махания мечом.

Ну, успокоился?

— Да, — кивнул Пастух. — Давно так не смеялся. Теперь могу серьезно...

Мысль интересная и вроде бы простая, но никому в голову раньше не приходило. Очень сложно выдумать оригинальную идею. За такое сразу Мастером признают.

Ну что сказать, — задумчиво пробормотал он. — Взять сперму, положить в баночку, обязательно указать от кого, чтобы проблем потом не было и можно было проследить родословную. Сунуть в "Флягу" и храни пока не понадобиться. У кошачьих все равно обычно в прайде один самец на несколько самок, так что не обидно, а молодые долго ждут своей очереди, так что прекрасно согласятся. Это еще и престижно — быть отцом.

Молодой зрелый самец—производитель запросто может за сезон от трех до пятнадцати самок покрыть. Это я про волков, — пояснил он. — Про остальных без понятия. Все это проверить надо. Очень часто брать нельзя, чтобы со здоровьем нормально было. Можно даже за процедуру неплохо получить. Хочешь щенков, заплати. У многих есть чем расплачиваться, в походы ходят — долю имеют и нормальная очередь будет без обид, почему этой первой, а той не положено. Здоровье и качества самца проверить предварительно нужно. Пусть выбор будет у самок.

Есть пара проблем. Я по младшим мохнатым никогда не работал, но у меня к концу летнего периода нельзя спаривать. Качество у производителей снижается. Там очень много разных факторов, но в среднем так. Значит можно думать, что и на младших распространяется. Это лучше проверить.

Насколько я знаю, отсутствует надежный практический метод прогнозирования сроков овуляции у сук. Значит, она должна торчать рядом и доложить когда симптомы появятся.

И потом наркоз что ли им давать, — разводя руками, сказал Пастух. — Все это должно быть неприятно, когда в тебя лезут с трубочками и разными шприцами. А будет это влиять на результат или нет мне неизвестно.

И самое главное, — помявшись, добавил он, — не буду я тигра дергать за его пипиську, он в экстазе лапой махнет, а мне еще жить хочется. Надо как-то по—другому все это делать.

— А ты сходи завтра к Охотнице и обсуди с ней все подробно, — предложил Алексей. — Одна голова хорошо, а две лучше. Тем более она о таких вещах больше нашего знать должна и других спокойно спрашивать может. Это не с человеком говорить, сама такая. Считай это твой проект, сможешь за услуги с них слупить конями или артефактами, твое будет. Десятину естественно мне, как большому мыслителю и главе семейства, а остальное твое.

Да, — вспомнил он. — Старшая сказала ты, что-то хотел?

— Тут ко мне один пришел, тоже в Клан хочет, — Пастух замялся.

— И?

— Он человек, — выпалил Пастух.

— А ты кто?

— Так поэтому и ко мне сначала. Нас, не оборотней, на равнинах очень мало. Женщин почему-то вообще нет. Большинство или забитые вконец или злые на всех без разбора. Если выживают, их всегда спихивают в общественное стадо, и вроде при деле и в тоже время на отшибе. Особого умения тоже не требуют. Этот совсем молодой, шестнадцати еще нет. Еще нормальный, без вывихов.

— Значит так, возьмешь его в ученики на обычный срок. Посмотришь, на что способен. И если сам пришел — быть тебе поручителем. Ты, — с нажимом сказал Алексей, — за него отвечаешь. Заодно можешь его заставить тигра дергать за пипиську, на то нам ученики и нужны, чтобы сваливать на них неприятную работу. Через год посмотрим. Завтра приведешь ко мне знакомиться. С этим все.

Ты почему не сказал, что Живой у себя в семействе вытворяет?

— Это их дело, — набычившись, ответил Пастух. — Мне предложили — я отказался. Между прочим, совсем не глупое дело, в одной семье несколько видов проживает, все взрослые и сами по себе достаточно известные и авторитетные. Кто-то должен быть старшим. Некоторые вопросы голосованием не решают, только я привык быть один. Ты — Вожак, остальные мне не указ.

— Ладно, — после паузы сказал Алексей, — не в качестве глупого любопытства, но я некоторые вещи действительно не знаю. Что, ты всегда один?

— Что жены никогда не было и не будет — это для таких, как я, вполне нормально. Паук не разрешит, слишком большая вероятность рождения не оборотня. А так, — он хмыкнул, — девки молодые постоянно навещают. Любопытно им, как это бывает с человеком. И учеников не раз воспитывал. Меня все медведи знали, — с гордостью сказал он. — Свою породу лошадей вывел, не самые быстрые, зато самые выносливые. Да, нормально, всю жизнь так прожил и не чужой, но отдельно. Так я пойду?

— Мне почему-то кажется, — задумчиво сказал Алексей, — что раньше у тебя была абсолютно лысая голова, а теперь имеется какой-то пушок.

— Это правда, — погладив себя по голове, сообщил Пастух. — Волосы лезут и колются. Это еще ерунда, зубы расти начали и болят гады. Одна надежда, что когда встанут на место выпавших, перестанут. Вообще я чувствую себя просто замечательно. Мне Живой новый амулет сделал, что-то опять намудрил. Он большой специалист по этой... модернизации. Берет старый всем знакомый артефакт, что-то крутит-вертит и получается совсем новая вещь с другими свойствами... Он опять продемонстрировал лицом и жестами желание удалиться.

— Иди уже, — устало сказал Алексей.

Он сидел и задумчиво смотрел на звезды. Даже Звездный атлас, найденный в компьютере, не помог. Млечный путь, именуемый оборотнями Белой рекой, наблюдался совсем с другой точки и созвездия смотрелись по другому. Может, астроном и смог бы определить направление и расстояние до Земли, но смысла в этом все равно никакого.

Сидеть было приятно, вечер теплый, легкий ветерок. Совершенно не тянуло идти в дом и устраивать разборки с Койот.

— Мне что создавать вторую разведку, чтобы они друг на друга стучали? — с тоской подумал он. — Ага, на шестьсот морд две спецслужбы. Тогда еще парочку министерств впридачу.

Алексей вздохнул и, вытащив телефон, нажал шестерку.

— Привет, Лена, — сказал он, дождавшись ответа, — извини, что так поздно, но я помню — у тебя сегодня дежурство. Я вообще не понимаю, чем вы там занимаетесь. Сколько в зоне бывал, ни разу не слышал про проблемы в поселке со зверями. Надеюсь, не разбудил?