Оскоров в ФАПе - Валерий Александрович Гуров

Но ни одного слова осуждения или претензии я не услышал. Только поддержка и понимание. Меня окружали по-настоящему хорошие люди.

Только к вечеру все хлопоты были улажены. Вещей набралось на четыре тележки. Поэтому пришлось просить помощи у коллег из скорой. Благо они согласились помочь.

Солнце клонилось к закату. Холодало. При разговоре изо рта вырывался пар. Я стоял около своего дома с кучей скарба для транспортировки. Рядом стояла Машенька. Мы не говорили. Всё необходимое было даже не сказано, оно было сделано. Поэтому слов не требовалось. Мы просто стояли молча и любовались закатом.

Я перебирал в голове все дела, которые необходимо было сделать. Выходило, что я ничего не забыл. Со всем мне помогли справиться. Оставалось ещё одно.

Я засунул руку в карман и вытащил заранее подготовленные купюры.

— Машунь, — привлёк я внимание девчушки, — возьми. Это вам с Кузьмой на первое время. — Я протянул малютке деньги. — Тут немного, но без них в посёлке никак…

Юная Трусова сначала интенсивно замотала головой. Но я проявлял мягкую настойчивость, отказываясь убирать деньги. В итоге девчушка согласилась, что я прав.

— Спасибо, доктор Оскоров, — протянула она.

Аккуратно сложив купюры картинка к картинке, девочка спрятала их в нагрудный карман платьица. После чего, щурясь от солнца, посмотрела на меня и робко подошла ближе. Как только я скрыл её своим телом от солнца, она бросилась ко мне и обняла, уткнувшись лицом в мою грудь. Я бережно укрыл её руками от окружающего мира, желая дать поддержку и защиту. Надеясь, что уже смог что-то для неё сделать. В этих объятиях не было спешки, только тепло, спокойствие и доверие. В них ушла тревога, отошли на задний план суета и несправедливость мира. Были только объятия, и ничего больше.

— Почему вы такой хороший?

Лодка качнулась, едва я поставил на дно первый ящик. Я немедленно выпрямился, прижал его ногой и протянул руки вперёд, за вторым. Толик, ни капли не напрягаясь, подал ещё один — на этой коробке было написано «Аллопуринол». Балансируя, я установил ящик рядом со вторым. С берега всё представлялось просто: погрузка, дорога и счастливое триумфальное прибытие. На практике выходило сложнее: коробки нужно было распределять по лодке равномерно, как по размерам, так и по массе — иначе лодка немедленно кренилась, угрожая затонуть. Да и вещей оказалось слишком много. Очень скоро они стали выглядывать из-за борта, что неизбежно нарушит аэродинамику во время движения.

Всё тяжёлое я укладывал вниз — инструменты, консервы с тушёнкой. Поверх них поставил коробки с лекарствами — их я набрал с солидным запасом, на год вперёд хватит! А всякую мелочь рассовывал туда, где есть место.

Дарья приготовила мне бельевую верёвку. Сейчас она оказалась на вес золота! С её помощью мы закрепили груз к бортам.

Когда весь скарб был надёжно уложен и перевязан, я уселся к румпелю. В руках чувствовалась слабость — то ли от волнения, то ли от излишней физической нагрузки за последние дни. В этот момент мне казалось, что оперировать легче, чем загружать лодку. А ведь ещё предстояло ей управлять!

— Ну, с богом! — напутствовал меня Толик.

С мотором мы договорились не сразу. Когда он наконец затарахтел, я повернул румпель и с неприятным удивлением обнаружил, что лодка пошла совсем не по запланированному мной маршруту. С одной стороны, невозможно было сделать крутой, резкий поворот — нос лодки неизбежно описывал широкие плавные дуги. С другой стороны, было очень трудно удерживать прямой ход. Я, словно пьяница из кабака, шатался из стороны в сторону.

Машенька правила своё маленькое судно так непринуждённо, так буднично. А у меня выходило с трудом. Сейчас перевернусь, и все труды насмарку!

Гладь реки находилась в постоянном движении, то поднимая волну, то усиливая течение. Иногда казалось, что под лодкой идёт смертельная битва.

И вот очередная волна пошла мне навстречу. Она приподняла нос лодки — совсем чуть-чуть — и бросила его вниз, ударив об воду. Старая деревянная лодка затрещала. Внутрь залило немного воды. Слава богу, внизу расположены водонепроницаемые припасы.

Я решил немного сбросить скорость во избежание непредвиденных ситуаций.

Движение дальше продолжалось. По берегам степи, за лодкой след из бурлящей воды. А впереди новые заботы, новая работа, новые свершения.

Когда наконец впереди показалась моя пристань, сердце радостно забилось. Ноги задрожали в нетерпении — так хотелось поскорее очутиться на твёрдой земле.

Сдалека показалось, что на берегу кто-то был. Какие-то маленькие размытые фигуры сумбурно перемещались около ФАПа. Приблизившись ближе, я услышал лай Бильбо. А оказавшись у пристани, удалось разглядеть владельцев этих фигур.

Это были братья. Они гоняли моего щенка, кидая ему палку, и очень этому веселились. Бильбо прыгал между ними, вилял хвостом и звонко лаял. Мальчишки хохотали, перекидывая палку друг другу. Без меня они явно не скучали.

Невольно губы растянулись в улыбку.

Причалил к пристани я очень грубо и шумно. Треск был такой силы, будто лодка разломилась на две части и готова пойти ко дну. Абсолютно точно ни капитаном, ни штурманом мне не быть.

Ребята услышали шум и обернулись к пристани.

— Доктор! — заметил меня Тёма.

Дима замахал палкой. Бильбо поднял правую лапу, принюхался и тут же бросился ко мне. Пёсель нёсся со всех ног и не собирался останавливаться. Я понял, что сейчас придётся ловить неразумную собаку.

Так и случилось: Бильбо прыгнул мне на руки прямо с пристани. Я с трудом поймал щенка, а лодка опять стала дрейфовать от берега.

Мучиться с мотором больше не хотелось, я попробовал вытащить вёсла. Поддалось только одно. Кое-как, перебирая веслом то с правого борта, то с левого, я подгрёб к пристани и с трудом пришвартовался.

— Ничего себе! Сколько у вас вещей! — восхищённо прошептал Димка. — Вы к нам переезжаете?

— Не совсем, — смутился я. По какой-то причине мне стало немного стыдно. Я мечтал вернуться к своей жизни, к ЦРБ, к будущему стационару. А дети уже ко мне привязывались и связывали своё будущее со мной. Неужели я обману их ожидания? — Это не для меня. Тут всё для хутора. Для пациентов. Для ФАПа. — Я кивнул в сторону своего нового дома. — Тут и для вас кое-что есть!

В Посёлке я нашёл для детей пару книг в надежде, что их заинтересует чтение. Они как раз были у меня под боком. Я