Последний бой - Герман Иванович Романов
Маршал недоговорил, но в словах прозвучала открытая угроза — недовольство явственно прорвалось наружу. Но Кулик тут же обуздал эмоции, которые никогда не помогали, а только мешали делу. И перевел разговор на другое, то, что касалось ему главным.
— Будущее за реактивной авиацией, поршневые машины в этой войне спели свою «лебединую песню». Все бедность наша в технологиях и производственной базе. Тот двигатель, над которым сейчас Климов «колдует», обеспечит огромный рывок. Англичане его уже в серию запускают, эти образцы я снова вытяну у Черчилля — сделаю предложение, от которого тот не откажется. Это хорошо, что работы над планером мы начали заблаговременно, и теперь не будем тыкаться в тупиковые направления. Нам будет нужно налаживать собственное производство этого «нина» как можно быстрее, и как только он пойдет уже у нас в серию, свернуть производство основных поршневых двигателей, оставив только отработанные и надежные моторы для пассажирских самолетов — развитие гражданской авиации после войны станет приоритетной задачей. Тот же ИЛ-12 уже доводится до приемлемого образца, «дугласы» хороши, но этот самолет ничем не хуже. Однако работы над турбовинтовыми движками требуется вести энергично — для пассажирских и транспортных самолетов они подходят лучше всего.
Маршал в задумчивости прошелся по кабинету, посмотрел на курящего главкома ВВС Смушкевича, который сидел за столом. А ведь вместе с десятками других генералов, офицеров и конструкторов его должны были расстрелять два года тому назад, вот только сама история пошла по другому пути, и те, кто должны были умереть, сейчас живые, и приносят немалую пользу. Так что ошибки нужно исправлять, но лучше их не совершать…
Использование доработанного двигателя ВК-1, позаимствованного у английской фирмы «Ролс-Ройс» без всякой на то лицензии и дезавуированных в одностороннем порядке договоренностей, позволило создать истребитель МИГ-15, прекрасно показавшего себя в боях в небе Кореи. С появлением этого самолета даже «суперкрепости» В-29 начали нести неоправданно высокие потери, так что сама возможность применения ими атомных бомб над городами СССР попала под вопрос о самой возможности проведения и целесообразности таких налетов…
Глава 4
— «Тирпиц» потопить невозможно — фюрер сказал, что это символ Германии, и пусть имя несет постоянную угрозу ее врагам!
Гросс-адмирал Редер говорил с апломбом, хотя красные глаза выдавали чудовищное напряжение, с которым последние дни жил главнокомандующий кригсмарине. Теперь он перебрался в Рим, с существованием каких-либо «союзных» флотов на Средиземном море поставлена жирная точка — вслед за французским флотом прекратил существование и итальянский. Потомки древних латинян передали рейху остатки своего «былого морского величия», хотя ведь могли подорвать или хотя бы затопить свои корабли. Но струсили при виде СС, и обещания рейхсфюрера в случае проведения диверсий отправить не только семьи моряков, но их родных и близких в концлагерь без всякого суда и следствия, и ни на что не взирая. Такими обещания Гиммлер никогда не разбрасывался — пылкие итальянцы сразу же притихли, корабли передали, никаких актов саботажа или вредительства не произошло. Более того — удалось из них отобрать и экипажи — половина офицеров и четверть унтер-офицеров и матросов добровольно остались на своих кораблях, чтобы верой и правдой служить «объединенной Европе».
— Надеюсь, Оскар, что у вас достаточно опыта и знаний, чтобы не просто добиться победы над врагом, но впечатляющего успеха!
— Мы победим, экселенц, хотя на войне обойтись без потерь невозможно. Но у нас есть флот, который противнику ни в чем не уступает, и хватит решимости, чтобы сражаться с врагом как подобает. Жаль только, что изменники сдали часть своих кораблей русским, но это только несколько ослабило наши главные силы, но отнюдь не лишило возможностей.
Командующий Средиземноморской военно-морской группой «Зюйд» генерал-адмирал Оскар Кюмметц был недавно переведен из Норвегии, где после потери всех трех линкоров, два из которых получили попадания чудовищными бомбами «толлбой», и единственного авианосца Граф Цеппелин', силы кригсмарине сократились до минимума. Всего два оставшихся тяжелых крейсера «Адмирал Хиппер» и «Принц Ойген» могли только демонстрировать угрозу нападения на конвои, но не проводить их в реальности. Англичане и американцы отправляли в сопровождение каждого от четырех до шести своих «вашингтонских» крейсеров с 203 мм орудиями, связываться с которыми при таком численном перевесе было очень рискованной затеей. Усилить эскадру нечем — из шести легких крейсеров четыре потоплены, пятый еле ползает на пятнадцати узлах, превращенный в учебный корабль, который поддерживает пару оставшихся на Балтике старых броненосцев времен Цусимы с 28 см артиллерией. «Эмден», перевооруженный на 128 мм зенитные пушки придан им в качестве крейсера ПВО. Всего четыре больших корабля и десяток эсминцев против шведско-финского и русского флотов, где имеется шесть больших броненосцев береговой обороны и два первоклассных легких крейсера со 180 мм пушками.
Ситуация с военно-морской группой «Норд» крайне паршивая, и сейчас Редером принято решение уводить тяжелые крейсера поближе к Осло-фьорду — южную Норвегию вермахт удержал, вторжение шведов было отбито. В оккупированной Голландии спустили на воду и спешно достраивали легкий крейсер, заложенный еще до войны, второй такой корабль готовили к спуску. И это, как знал Кюмметц, было все — на стапелях находились исключительно субмарины, число которых исчислялось сотнями, несколько эсминцев и пара десятков миноносцев и больших тральщиков. Все остальные строящиеся корабли были водоизмещением меньше одной тысячи тонн.
Зато на Средиземном море ситуация стала совершенно иной — итальянцы передали новый быстроходный линкор «Витторио Винето», название которого было сразу изменено — нечего гордится победой над австрийцами в прошлой войне. Теперь к «Гинденбургу» добавились «Тирпиц», второму линкору дали имя первого императора — «Карл дер Гроссе». В том была политическая необходимость — Священная римская империя германской нации берет начало со времен Карла Великого, и с созданием «объединенной Европы» потребовалось провести прямую историческую аналогию.
Три мощных линкора с девятью 380 мм орудиями на каждом, способные выдать ход в тридцать узлов являлись грозной силой при наличии германских экипажей, которые имелись в наличии, ведь с «Тирпица» спасли практически всю команду. В усиление к лету добавится бывший французский линкор «Прованс», захваченный фельдмаршалом Гудерианом в Тулоне, и формально переданный туркам в обмен на «Явуз», построенный при кайзере линейный крейсер «Гебен». Оба этих корабля были сразу поставлены на капитальный ремонт на итальянских верфях, где начались работы по модернизации,