Ма Лернер - Дорога без возврата

- Есть шанс, что от такого как ты станет только хуже, - показала снова она, - но возможно и обратное. Мы можем видеть будущее, но слишком близко и у него несколько вариантов. Ты не первый такой. Есть и другие и от одного пришла удача.

- Эльфы?

- А это ты узнавай сам. Вмешиваться мы не будем. Мы служим, а не командуем. Она улыбнулась и исчезла. Очередная демонстрация, что разговор окончен.

- Ха, - сообразил я. - Птицы поплыли, рыбы полетели и Солнце остановилось в зените. Никогда и ни от кого не приходилось слышать, чтобы домовые по собственной инициативе закатывали речи с такими интересными подробностями, да еще словами. Язык жестов в принципе можно приравнять к речи и никто меня теперь не убедит, что при желании они и по-русски заговорить не сумеют. Понимать, так точно понимают. Зое вполне до сих пор хватало передачи эмоций и образов. А тут явное желание точно донести мысль. И очень интересную мысль. Есть еще перевертыши кроме меня. Что Старик говорил, так это не одно столетие прошло, а намек был достаточно ясный. Он есть, а не был. Четко настоящее время. Но это ладно, попробуй такого найти, если он не захочет.

Она видит то, что называется тень оборотня и сразу вычислила меня. А у меня четкой тени нет, я-то знаю. Это раз. Значит, она, скорее всего, может и любого меченого вычислить и возможно знает, что именно он может. Мне бы так!

Они видят будущее. Это два. Что такое близко в их понимании неизвестно. Может день, а может год или десяток лет. Если вдруг она не захочет меня пускать в дом, значит, я стал опасен для жильцов. А вот сейчас нет. Не может быть, чтобы она не знала, о чем мы вчера вечером беседовали, тогда бы не стала разговаривать. Знает, и именно поэтому предупредила. Мы значит хищники и потенциально опасны. Кто бы сомневался, такие и есть. Зарубить себе на носу, если в доме есть домовой внимательно присмотреться к поведению. Если я опасен для хозяев, это еще не значит, что они первые не начнут. Домовому без разницы, его задача беречь, а здесь интересная тонкость.

Они много должны знать. Это три. Вот и еще одна задача на будущее собрать все, что известно о домовых людям. Скорее всего мизер. Даже Лена толком ничего не знает, одни слухи, но посоветоваться стоит. Кто бы мне еще пояснил, как она исчезает и почему я ее живозапаха не чувствую? Вполне себе живая, теплая и материальная, еще два года назад убедился. Значит, умеет закрываться от меня или вообще постоянно от всех. Очень любопытно. Нет уж. Не знаю, на что ты рассчитывала, но с племенем твоим я хочу познакомиться поближе.

Все уже собрались на кухне и завтракали остатками вчерашнего, включая и Красавицу, которая развалилась на пороге и ковырялась в специально поставленной для нее миске, выбирая куски повкуснее.

- Кто разрешил, - останавливаясь возле нее, спросил я.

- Лена, - торжествуя, мявкнула она.

- Хозяйка не знает наших законов, - пояснил я на языке Народа. - Она думает, что ты вроде большой домашней кошки. А ты не член их семьи. Так что встала и пошла во двор.

Она обиженно уставилась на меня: - Я ж не могу миску взять!

- Черепаха, - не повышая голос, сказал я, и когда она повернулась в мою сторону: - Ты только мне разъясняешь традиции и законы, других это не касается?

Черепаха молча встала и, взяв миску, вышла за дверь. Мави демонстративно отвернулась и пошла следом.

- Сурово ты, - с уважением сказал Рафик, - а что ты им сказал?

- То, что они и так прекрасно знают, - садясь за стол, ответил я. - Ей не место в доме. Есть определенный этикет. К родственникам можно заходить свободно, у друзей спрашивать разрешение, а если предлагают чужие спросить разрешение в семье.

- И где у нее родственники? - недовольно поинтересовалась Лена.

- Я у нее родственник. Опекун, отвечающий за поведение. Нарушение правил с ее стороны пачкает мою белоснежную репутацию. Вчера я ей ясно сказал - кушать на улице.

- То есть я не могу пригласить ее в свой дом?

Я посмотрел на нее внимательно.

- Ты можешь все что угодно, но есть определенные правила и выдумали их не из вредности. Это не симпатичный котенок, которого можно таскать за хвост. Впрочем, даже кошку не стоит раздражать - поцарапать может. А Мави гораздо опаснее.

При всем своем уме, в некоторых отношениях она остается опасным хищником, который может убить одним ударом. У нее работает сигнализация на свой-чужой, а вы не знаете что можно и что нельзя в общении с ней. Мы гости и только поэтому она еще не сломала что-то. В гостях положено вести себя прилично, если нет обратного указания. Но для своих она может быть очень назойливой и доставучей. Попробуй дать ей пинка и останешься без ноги. Пинки раздавать имею право только я.

- И за что тебе такая привилегия?

- За то, - сообщил я, намазывая хлеб маслом и вытаскивая с тарелки засохший кусок сыра, - что я спас ей жизнь. Были бы у нее другие кровные родственники, она бы могла уйти к ним, но она в семье последняя и добровольно признала меня Вожаком.

Если она захочет уйти - это ее право, но пока нет, будет подчиняться. Иерархия ребята, чтобы это понять мне понадобилось намного больше года. На тебя все время смотрят и оценивают. Мой учитель вбивал в меня послушание палкой. Это не шутка. Именно палкой. Я дал слово, не очень понимая, что это значит. Они - знают. За нарушение приказа можно и убить без всяких последствий.

- Вот за то, что не послушалась? - недоверчиво переспросила Лена.

- Ну не так буквально. Я Зверь, но я все-таки не зверь. Все зависит от поступка, но наказание будет обязательно. Тут главное не чтобы не столько больно было, сколько обидно. Каждый должен знать свое место в семье и верить, что вне ее старший встанет на твою защиту.

- Ты иногда как баран, - сердито сказала Койот. - Что в этом сложного? Транслировать во всеуслышание можешь, а обратиться к одному - нет. Представь себе мое лицо, сосредоточься и направляй только в мою сторону. Представить можно даже не видя, но на первый раз берешь за руку для лучшего контакта. Я сказала сосредоточиться, а не корчить идиотскую рожу!

- В чем дело? - резко спросил я, обращаясь к своим приемным сыновьям. Они вошли и, стараясь не обратить на себя внимания, попытались скользнуть вдоль стены. Не особо утруждаясь я окрестил их Первым и Вторым, пообещав дать новые имена при совершении заслуживающего такого действия поступка. Девочка естественно стала Третьей.

Сейчас оба имели изрядно помятый вид, а у Первого под глазом наливался красивый фингал.

- Сюда!

Они подошли и встали на колени. Внимательно разглядев детей, я заметил непорядок.

- Где нож? Я тебя спрашиваю, Первый!