Юрий Лукшиц - Другой мир

Она даже бровью не повела.

— У тебя с головой все в порядке? — наконец мрачно отреагировала девушка.

Я, опешив, посмотрел на нее, но ее лицо было предельно серьезным. Даже несколько сердитым.

— В каком…

— Знаешь, Фомин, если ты решил меня разыграть, то однозначно место этой шутки – на свалке. Вместе с тобой. Счастливо оставаться, — Екатерина развернулась и быстрым шагом направилась к авто.

— Эй-эй-эй. Стой, Кать, — в последнюю секунду я успел преградить ей дорогу. — Не уезжай. У меня на тебя последняя надежда. Я не уверен, что будет вообще какой-то толк от знакомств подобного рода с другими моими друзьями, поэтому мне нужно с тобой поговорить.

— Значит, мы теперь друзья? — в ее глазах проскользнула боль, которую мне вообще редко приходилось наблюдать в людях. — Да пошел ты знаешь куда, ублюдок!

Я еле успел перехватить ее руку. Прикосновение к ней было спонтанным. Вероятно, сыграл свою роль фактор защитного механизма. Иначе не избежать мне очередной пощечины за это утро.

— Катя, да что происходит? — я растерянно посмотрел на нее. Глаза девушки, моей подруги просто пылали яростью. — Зачем ты так?

Она не успела ответить. Потому что мое внимание привлекла ее рука.

— Ты вышла замуж? — потрясение от увиденного только развеяло мои последние сомнения. Это не игра. Не шутка, а реальность. Ее кольцо на безымянном пальце – самое яркое тому доказательство. — Когда успела? — тупо поинтересовался я.

Не удивительно, что ответ мне она чуть не прорычала:

— Да уже как шесть лет замужем! Я не хочу тебя видеть, Фомин! Точка, — Лемехова отстранилась, живо обошла авто и села в него с другой стороны.

Шесть лет? Это получается она вышла замуж в 17-летнем возрасте, практически сразу после школы? Полнейший бред. Но не для другой реальности.

— Стой, стой! Притормози! — колеса успели сдвинуться только на несколько сантиметров.

Девушка только сверкнула взглядом в мою сторону.

— Мне нужно с тобой поговорить, Катя. Очень и очень срочно. Я не разыгрываю тебя! — я постарался вложить в свои слова как можно больше искренности. — Дай мне десять минут, всего десять минут, чтобы доказать свою правоту…

Судьба решила посмеяться надо мной в очередной раз: небо громыхнуло, и снова зарядил проливной дождь, возвращая меня в состояние пингвина.

— Дерьмо! — моя ругань даже привлекла несколько прохожих, но они никак не отреагировали и прошли мимо меня, прикрываясь зонтами от непогоды. — Да что за день сегодня такой! — мой кулак приземлился на капот.

— Фомин, не ломай мне автомобиль!

Но меня уже понесло.

— Я не сойду с этого места, пока не поговорю с тобой! — процедил я сквозь зубы. — У меня нет времени на шутки!

— Тебе лучше бы уйти, — прозвучал ее напряженный голос.

— А не то что? — я не смог удержаться, чтобы не съязвить. — Переедешь меня? На виду у стольких свидетелей? Удели мне десять минут – большего я не прошу.

Несколько секунд Екатерина прожигала меня взглядом. Наконец она выключила двигатель и толкнула правую дверцу. Недолго думая, я нырнул в автомобиль.

— Вот, посмотри сюда. Это фотография, сделанная около двух месяцев назад на встрече выпускников 2004 года, — после повтора своей версии произошедшего я показал Лемеховой снимок. — Глянь…, да ну посмотри же ты сюда. Вот я на переднем крае, — мой палец чуть не впился в прозрачную поверхность. — А вот тут, сразу за моей спиной, расположилась ты.

Екатерина равнодушно посмотрела на фото. Положила руки на руль.

— И что дальше? — скептически заметила она. — На кой черт мне этот фотомонтаж?

— Блин, да при чем тут фотомонтаж? Этот снимок сделан совершенно недавно.

Голубые глаза девушки холодно посмотрели на меня.

— Значит, из-за этого – она кивнула в сторону снимка – я должна поверить в то, что ты у нас а-ля гость из параллельной реальности?

— Хорошо, хорошо. Понимаю твой скептицизм. Логически, так и должно быть. Ведь ты не моя Екатерина Лемехова, ты ее двойник, но в этой реальности.

Внезапно меня осенило.

— Я кое-что придумал. Оригинал и я все-таки можем отличаться. Физически.

Полувопросительный мрачный взгляд Лемеховой можно было и не переводить.

— Это значит, что определенная часть жизненного пути у нас одинакова, но в определенной точке времени его линия жизни отклонилась от моей, первоначальной, что создало новую реальность. Я понятно объясняю?

— Я постоянно слышала от тебя подобный бред, — сухо констатировала она.

Вот как! Хм. А почему в прошедшем времени?

— Другими словами, мы можем различаться физически. Например, шрамами. Я мог получить увечья, которых нет у него. Или наоборот: у него могут быть увечья, которые отсутствуют у меня. В общем, начнем с этого, — я подкатил рукав куртки. — В 1994 году я пережил перелом руки в результате одного несчастного случая.

Девушка отреагировала кратко:

— Мне это ничего не говорит.

— Хорошо, — я приблизился к ней. — Вот, посмотри на район виска. Здесь есть небольшой шрам.

— У твоего «двойника» – Екатерина специально выделила это слово, сделав на нем необходимое ударение, — также есть шрам в этом месте.

— Уверена?

— Бе-зу-слов-но! — девушка по отдельности назвала каждый слог. Еще и издевается.

А время-то бежит. Я тяжело вздохнул.

— Ну, о маленьком шраме на левой щеке тебе, вероятно, бесполезно говорить?

Хмурый взгляд собеседницы в комментировании не нуждался.

— Послушай, Фомин. Ты решил поиграть со мной? — внезапно обратилась ко мне. — Нахлынули воспоминания, да? Ностальгия… Вот что: можешь сколько угодно притворяться, но это не исправит твоих ошибок прошлого. Я тебя ненавижу…

Ага. Ну теперь хоть что-то становится ясно.

— Зачем ты снова влез в мою жизнь? Кто тебе дал такое право? И это после того, как ты уволил Петра! Абсолютно невиновного человека! — девушка распалялась все сильнее и сильнее. — Ты мне мстишь за что-то? Вот ответь мне прямо сейчас!!!..

Черт, если она так и продолжит галдеть, то возле нас скоро соберется толпа. Вряд ли ее авто звуконепроницаемо.

— К чему ты устроил весь этот балаган? Или у тебя в администрации мало забот? Какие-то «пришельцы», «параллельные миры»… У тебя только на это фантазии хватило? Почему ты издеваешься надо мной все эти годы?

Ну вот же хрень… Только слез ее не хватало! Сейчас разревется.

— Исчезни из моей жизни наконец-то! И прекрати этот цирк со шрамами. Ты еще мне заднюю часть бедра покажи! Я тебя сразу тогда в участок отвезу за домогательство! И не побоюсь, что ты наш мэр!