Александр Афанасьев - Ответный удар

— Мы… будем жить… а ты… сдохнешь.

Я опять попытался ударить Аль-Малика. Но опять безуспешно. А потом… потом я ничего не помню. Ни хрена…

Следующий раз — я вынырнул из забытья на следующий день… наверное. Потому что было светло, я из этого делаю такое заключение. Было светло, и я был в гостиной… сидел на диване. А напротив меня, у двери — стоял Павел Константинович, и кто-то из прилетевших офицеров. Из Москвы, прилетевших. Он даже не потрудился сменить костюм на местный прикид, так и ходил в том, в чем прилетел…

— Господа… — я попытался встать, но получилось не очень хорошо.

— И этого наркомана вы предлагаете привлечь к обеспечению безопасности саммита?

Я это слышал — но звуки расплывались, как в пустой огромной комнате. В зале.

— Это очень опытный офицер, просто…

— Не нужно. Пусть и дальше курит дурь.

Москвич повернулся и вышел. Павел Константинович посмотрел на меня, хотел что-то сказать. Но ничего не сказал — повернулся и тоже вышел.

— Да пошли вы на…! — крикнул я им вслед. И упал на диван.

Проснулся я…

Нет, это слово совсем не подходящее. Я не проснулся, я — очнулся. Так будет точнее…

Я очнулся на полу, на котором скорчился, как бродячая собака на люке, пытаясь сохранить хоть немного тепла. На полу было что-то… мерзкое, я даже не хотел понимать, что это такое. В голове — была какая-то пустота… но пустота совсем не приятная. Это как понимание того, что где-то было что-то, что и должно там быть, и теперь этого нет. Как будто украли что-то важное. Что-то- без чего нельзя не обойтись.

Пустота доставляла беспокойство.

Было холодно. И зубы мои — стучали как кастаньеты…

Я не сразу понял, где я нахожусь. Не сразу понял, что со мной. Потом — вдруг пришло в голову: Ирак. Междуречье. Я в Ираке.

Почему я здесь? Что я нахрен тут делаю.

Я работаю. Это — моя работа…

Так мне что, получается — надо на работу?

Часы были там, где им и положено быть. Я посмотрел на часы — чуть больше семи часов. Отдернул плотную штору — так и есть. Солнце. Такое яркое — что я сощурился, заболели глаза.

Я опоздал…

Я поплелся в ванную — и стоя на коленях — попытался, пардон, проблеваться. Сначала не получалось… но потом из меня хлынул такой зловонный поток, что право — он был ничем не лучше нечистот…

Б…

Блевал я долго. Потом встал, попытался как то умыться. Ужаснулся тому, что вижу в зеркале. Это — я? Это — на самом деле — я?

О, Аллах, в таком виде… точно нельзя.

Что произошло?

Сознание постепенно возвращалось. Война… саммит. Господи, саммит.

Я побрел обратно. Наткнулся на телефон… СИМка была приклеена сзади, для удобства. Я не с первого раза вставил СИМку, набрал номер…

— Слушаю.

— Я… Павел Константинович, я опоздал немного…

— Сейчас…

Были слышны какие-то шумы. Потом — послышался звук самолета — и я понял, что шеф в аэропорту. Характерный очень звук.

— Я подъеду…

Голос шефа не обещал ничего хорошего.

— Ты не опоздал… Ты ох…л в конец.

— То есть? — не понял я

— То и есть! — выкрикнул шеф в трубку — ты что, не помнишь ни хрена?!

— Вообще-то плохо помню — признался я

— Так вспоминай, б… Мне из-за тебя так вчера вмандюрили! Чтобы ты знал — со вчерашнего дня от работы ты отстранен. И на твоем месте — я бы начинал искать другую.

— Не понял.

— Поймешь! Б… с ними как с людьми, а они… Все, отбой.

В трубке — раздались гудки.

Я никак не мог понять — какого хрена я в конце концов натворил. За что меня так? Ну да…

Б… Неужели…

Из плинтуса — я высвободил проводок, подключил к коммуникатору. Потыкал на ускоренную перемотку… п…ц полный. Если сюда приходили и видели меня в таком виде… то это полный… За это и впрямь вышибут.

Но на экране — а это была система скрытого видеонаблюдения в доме, можно было просмотреть информацию по сотовому — было такое, от чего я перестал дышать. Меня бросило в жар… и я начал стремительно трезветь. Пот тек по спине…

На экране был я. И был Аль-Малик. И он — сидел напротив меня, а я — напротив него. И мы курили и разговаривали…

О, Аллах…

То, что мыслилось сном, наркотическим бредом — оказалось ужасающей реальностью.

Аль-Малик был здесь! В моем доме! Он был не в моей голове, не в моем бреду — он был в моем доме!

А потом — я бросил телефон и, спотыкаясь и падая — бросился в комнату, в которой было… был тайник. Ругаясь на двух языках сразу, с трудом отодвинул шкаф совершенно совкового вида, за ним — едва заметная, была дверь. Она вела в тщательно скрытую в стене нишу, в которой было…

Ни хрена не было!

Снайперская винтовка, та самая, которую изъяли на границе, которую я купил по дешевке и с которой выжил в болота близ Басры. Та самая, конструкции Лобаева, с баллистическим вычислителем, глушителем, тяжелым стволом, из которой можно попасть в человека с двух километров… ее не было. Не было ни пистолета, ни автомата, ни пакета документов, ни двух пачек денег, которые я положил сюда на всякий случай. Ничего не было.

И я знал — у кого все это. Аль-Малик был здесь. У аль-Малика — было теперь мое оружие. Документы, по которым он может пройти посты. Очень хорошие документы.

Скорее всего — это было его оружие. Я сам — привез его в Багдад…

Бросился в комнату, которую занимала Амани. Ее самой нет, койка аккуратно заправлена — она и не спала почти на ней, она спала со мной. Рванул дверцу шкафа… все на месте… почти. Я не мог понять чего — но чего-то не хватает…

Побежал в гараж. Моего внедорожника, того самого, со спецномерами миннефти Ирака и особым пропуском — нет! Машины Амани — тоже нет. Ничего нет. Пусто.

Я остановился. В голове у меня было… черт знает, что у меня там были. Мысли вились, как стая ворон, постоянно возвращаясь к одному и тому же — кому доверился Вован? Какого черта он поехал в Мансур? К кому он мог повернуться спиной. Как его вообще — завели в этот гребаный переулок?

Кому он мог довериться? Если не мне… то может быть, тому, кого он постоянно видел рядом со мной?

Телефон. Надо позвонить. Надо все это остановить. Аль-Малик… он пройдет блок-посты. Амани ему в этом поможет. Где телефон?!!!

Телефон я нашел в коридоре, вопреки моему обыкновению — СИМкарта была в нем. Торопливо, трясущимися руками — я натыкал номер Павла Константиновича

— Я занят, перезвони… — не здороваясь, сказал он

— Послушайте! — заорал я — Аль-Малик был у меня дома! Я его видел! Он пройдет посты, слышите! Остановите мероприятие! Он пройдет посты, у него…