Андрей Стригин - Раса

Безмятежное спокойствие нарушает Йона и её брат. Они подходят к кромке воды. Зирд сверлит меня взглядом, у его сестры несколько пришибленный вид. Я встревожен и обозлён. Пришли! Не дают человеку расслабиться, видно новую пакость затеяли.

— Что надо? — как можно грубее оформляю мысль.

Зирд вздрагивает:- Знаешь тайный язык? Ну, да, конечно, из зубов шрага вырвался, из Пекельного мира вернулся. Ты могучий маг. Зачем ты здесь?

— Мне обязательно отвечать?

— Меня смущает то, что с тобой якшается Верховный властитель. И эта,… жрица Огня. Неужели все вы продались Другим?

— А ты откровенен, — с сочувствием замечаю я.

— Нет, просто стал сомневаться в правильности своих выводов. Мне кажется, мы были не правы. Но, зачем ты здесь? Ты чужой. Нет с нами ничего общего. Конечно, ты не демон, не с нижних уровней. Более того, предполагаю, ты вообще с мира под Солнцем.

— Это, что-то меняет?

— Я не знаю людей с поверхности, по преданиям, мы враги.

— Не сомневаюсь, так и было. Может, так будет в настоящем. Но, сейчас необычная ситуация, ведь ты не будешь отрицать, что Земля наш общий дом, и для нас, и для вас, и для демонов. У нас общий враг, хитрый, коварный и нужны ему помощники лишь для достижения своей цели, затем и их уничтожит. Он не нашей природы, воздух Земли ему ядовит, он начал менять атмосферу — это смерть для всех. Поэтому, хочешь ты этого или не хочешь, нам на роду написано быть союзниками.

— А почему я тебе должен верить?

— Во-первых, ты уже поверил. Иначе не пришёл бы просто так, а изобрёл другую пакость.

— Я пришёл лишь потому, что ты не сдал нас Гроз Гуру. Меня это сильно удивило, ведь мог, даже не шевельнув пальцем, избавиться от нас. Мы дважды нарушили закон. Во-первых, использовали ночь, во-вторых, ты был в гостях, а покушаться на жизнь гостя — сто процентная смерть.

— Не знал, не знал, — озадачено качаю головой.

— Не знал? Тогда ещё не поздно, — гордо встряхивает он головой, в глазах вспыхивает огненная лава.

— Да не стукач я, — сокрушённо качаю головой. — Ты конечно не прав, исподтишка напав на меня, я предпочитаю открытый бой. Поэтому и сейчас, мне не по совести, использовать сии моменты.

— Для врагов все средства хороши, — затравленно произносит Зирд, но я вижу, задел за живое.

— Заладил, враг, враг, — мне всё стало надоедать, да и в воде перегреваюсь. Всё удовольствие изгадил, нашёл место, где отношения выяснять. — Оставьте меня в покое, дайте человеку на берег выбраться, — я уже окончательно раздражён.

— Мы не можем, нам необходимо, что-то решить, — обескураживает он меня своей простотой.

— А пошли вы, — плюю и, в чём мать родила, лезу на берег.

Йона вскрикнув, шарахается назад. Ага, впервые видит настоящую мужскую красоту! Тешу себя мыслями и, не спеша лезу в штаны.

— У тебя знак Бога!? — вскричал Зирд, указывая на моё плечо. Йона лихорадочно кивает головой.

— Знаешь о нём?

— Я маг, мне необходимо знать все знаки. Теперь понятно, почему ты вырвался из лап шрага.

— Тебя это огорчает? — застёгивая рубашку, спрашиваю я.

— Не знаю. Вроде радоваться надо, ты наш спаситель. Но, в, то, же время, сплюнуть хочется.

— Не оправдал ваших ожиданий. Наверное, хотели видеть на моём месте родную зелёную рожу?

— Что-то типа того, — обескураживает он меня своей искренностью, — но, в, то, же время, хочу извиниться за причинённое беспокойство, — невозмутимо продолжает он.

— Хорошее беспокойство, — хмыкаю я, — все лапы пришлось повыдёргивать вашему, как его там, шрагу, — я не хочу раскрывать все карты.

— Я всегда догадывался, когда-то он меня подведёт. Да и сам всегда рисковал, когда выдёргивал его из Пекельного мира.

— Поищи, что ни будь попроще, — равнодушно советую я.

— Он, самый безобидный в их мире, с другими мне не совладать.

— Сочувствую. А вообще, ты не задумывался, что в созданную тобой "дверь", мог проскочить некто, с кем ты был бы бессилен?

— Ремесло мага полное опасностей, — соглашается Зирд, — в то же время, без риска, не был бы я магом. Ещё раз извиняюсь и, в знак примирения, возьми этот оберег. Думаю, даже такому как ты, не помешает дополнительная Сила, — он вкладывает в ладонь серебряный медальон, в центре которого, из мелких алмазов, сложен вихрь, напоминающий спиральную галактику. — Что чувствуешь? — заглядывает мне в глаза, его мысли, в напряжении дрожат, словно перетянутые струны.

— Хороший оберег, — соглашаюсь я, — тёплый и,… словно музыка в душе.

— Он принял тебя и не стал убивать, ты действительно тот, за кого выдаёшь, — Зирд смахивает обильный пот со лба.

— А от чего он защищает? — уже ни чему не удивляясь, спрашиваю я.

— От существ из Пекельного мира. В то же время, ты можешь на них влиять и вызывать для своих целей.

— Но это опасно.

— Кому как. Я с трудом владел им, балансировал на гране равновесия, в любой момент могла порваться нить. Для слабого — вообще смерть. Но для тебя, мне кажется, откроются такие возможности, которые не открывались мне никогда. Я, смутно догадываюсь, он может открывать "двери" не только в Пекельный мир.

— Тебе не жаль с ним расставаться?

— Безумно жаль! Но, в последнее время, мне стало казаться, при открытии "дверей", за мной кто-то наблюдает. Нехорошо это. Лучше бы напал сразу. Тогда понятно было бы. А так, мысли всякие нехорошие лезут в голову.

— Хороший оберег, — уже несколько иначе говорю я. — Но я не хочу быть в долгу. Принесёшь литровую баночку, отолью тебе эликсира Огня.

— У тебя есть Огненная смола?

— В лесу ходячих деревьев, мимоходом набрали несколько вёдер.

Зирд возбуждённо лает. Йона охнула, хватается за левую руку, и тут я понимаю, у неё пустой рукав. Женщина без сил опускается на землю, из закрытых глаз скатились две слезы.

— Ей в зрелом возрасте оторвали руку и изувечили левую грудь. Только эликсир Огня способен всё восстановить.

— Так, может, мало литра? Скажи сколько необходимо, я дам, — мне очень жаль эту женщину.

— Литром можно целый полк солдат излечить, — мягко улыбается Зирд.

— Тогда не станем терять время, пошли.

Йона, устало поднимается, робко подходит ко мне, быстро говорит. Едва сдерживаю смех, вспомнил, как когда-то, меня встречали мои любимые собаки, на даче. Я проникаю в её мысли, понимаю, она просит прощение. С сочувствием смотрю на, словно высеченное из куска нефрита, блестящее лицо.

— Буду рад, если всё получится. Неправильно, чтоб такая красивая женщина была не счастлива, — моя мысль полна сострадания. Она вскидывает на меня пылающий взгляд, долго смотрит, я выдерживаю эту атаку, уже привык. Я читаю её мысли, она говорит:- Ты переворачиваешь моё сознание и знаешь, я вижу в твоих глазах мудрость и силу зрелого мужа, а душа чиста и невинна как у ребёнка. Я не знала, что такое существует в природе, такой симбиоз. Как ты ещё жив в таком непростом мире? Что за загадка кроется в твоей душе? — Йона не требует ответа, огонь в глазах меркнет, на лице проступает нежность и словно мать глянула на меня. Вздрагиваю, отвожу взгляд.