Фантастика 2026-189 - Алекс Бредвик
Поручик, к слову, был не в том бараке, в смысле избушке, откуда фон Шпок приглашала на свою вечеринку командиров, поэтому-то я и не видел его ранее, в числе тех пятерых её… поздних гостей. Справедливости ради стоит сказать, что именно те гуляки и организовали побег, освобождение прочих командиров и политработников, а после захватили и поле с военнопленными. Так что, хоть я и зол на этих пятерых за нанесенные мне психологические травмы, так сказать, но к их чести стоит признать, что Родину эти красные командиры не предали, поэтому претворимся, что столь оригинальным образом они лишь усыпляли бдительность комендантши лагеря, в рамках мероприятий по подготовке восстания узников концлагеря. Мда.
Как можно понять, Соня уже успешно справилась со своей миссией. Ей удалось переговорить с организаторами и командирами восстания, разъяснить ситуацию и убедить их сложить оружие. Точнее временно опустить. В общем, конфликт был улажен, а взаимодействие эльфов с теперь уже союзными дроу — налажено.
И вот сейчас, когда представление и церемонии позади, предварительные соглашения достигнуты, все указания розданы и даже кое-кого успел подлечить, в том числе и из тех, кого сам едва не угробил, поэтому в ожидании кормёшка я и решил пройтись да подумать. Однако именно в этот момент и был остановлен, выскочившим откуда-то из толпы, товарищем гвардии поручиком, некогда командиром тяжелого бронехода 2-го взвода 1-ой роты нашего погибшего батальона.
— … да что я всё о себе да о себе. Как ты-то? А, Сань? — наконец прервался всё это время что-то рассказывавший и рассказывавший командир.
— Да-а… нормально. Не помню, вот только, ничего и никого… Похоже по башке мне крепко прилетело тогда, — виновато помявшись ответил я наконец, ошарашив друга, судя по тому, как тот отреагировал на беду боевого товарища.
— Да как же это… Саня? Ты хоть меня-то помнишь? — а получив неутешительный ответ, всмотрелся в мое лицо повнимательнее, похоже только сейчас заметив мои глаза, цвет которые не мог не помнить, и видимо что-то поняв, продолжил несвоим голосом. — Постой, так это… ты? Ну(сглотнув) тот самый… Патриарх, про которого полковой комиссар рассказывал?
А когда, теперь уж точно в прошлом, друг едва не упал на колени, в последний момент удержанный мною, я понял, что иного отношения от окружающих мне в этом мире уже ожидать и не стоит, поэтому поскорее распрощавшись и оставив ошарашенного поручика, я поспешил покинуть его, дабы и себя не терзать и че… эльфа не мучать.
Не привык я быть властителем и… символом, иконой, знаменем для масс. Не по душе мне это.
— А мне норм, — выдал вдруг отозвавшийся второй пассажир нашей одной на двоих тушки. — Я ж княжич. Меня воспитывали так.
Вот только, Сань, телом-то не ты рулишь, а я — Костя Салин рабоче-крестьянского происхождения и меня на князя не учили, да и от власти над другими я не тащусь, не упиваюсь ею, и она мне ничего не тешит, уж таков я.
— Привыкнешь. Делов-то.
Я б с удовольствием тебе предоставил эту честь(невесело).
После приема пищи, спустя почти три часа, было решено покинуть тылы теперь уже нашего общего с дроу врага, так как Гессенцы, это лишь малая часть в составе коалиции войск вторжения, большинство из которых составляют полурослики. То есть титульная раса Великой Португальской Империи.
Ага, такой же самой, как и у нас там была одна, над которой еще солнце не заходило. Тут же Империя пока еще обширна и могущественна, а ее колонии в жесткой узде и даже не помышляют ни о чем таком, даже заокеанские. Тут она поглотила множество территорий, а также привычных мне еще по Земле стран, что смиренно находятся ныне в лучшем случае в составе, а то и под пятой Великопортугалии, во главе с ее обожаемым монархом императором Криштиану XII «Солнцеликим».
Гессенские же дроу тут, это как какие-нибудь Венгры в Великую Отечественную у нас там. Пока что они с Португальцами, точнее против светлых эльфов, но теперь, с появление такой фигуры как я, то есть Патриарха, темными будут позабыты все противоречия со светлыми и однозначно грядет воссоединение с собратьями, а значит предстоит как-то очень продуманно и с максимальной выгодой осуществить их переход на сторону, теперь по-видимому, Эльфийского Альянса, ну или народа Первых. Уж не знаю, как там они решат.
И да, решать это не мне, так как я именно что фигура, а не игрок в этой партии. Как оказалось, никакой я не самодержец или абсолютный субъект власти. Как и упоминал, я — символ, икона, знамя. Как бы они тут на коленях передо мной не ползали, но если я попытаюсь рулить армиями, меня конечно не пошлют, но попросят посидеть в сторонке на своем золотом троне и не мешать, пока профессионалы делают мне лучше.
Облом? Не сказал бы. Хоть я и не уверен, что смог бы эффективно править, даже при непосредственной помощи моего «попутчика», и я наверное, с большим бы удовольствием с голой шашкой, да в атаку, чем вот это вот всё, но несмотря даже на то, что я являюсь ценной фигура, потеря которой чревата развалом ВСЕГО, ограничивать мою свободу и волю никто не собирается, так что, похоже, всё в этом плане будет зависеть от меня и моих стараний. Поясню: сколько власти и полномочий я унесу, столько и будет моими. Именно так, потому что взять их я без проблем могу уже сейчас, точнее их передо мной любезно «разложили», так сказать, и с готовностью взирают с открытыми ртами на мои «аппетиты».
В общем, пойти-то за мной пойдут, а вот насколько станут слушаться, зависит лишь от того, как покажу себя и поставлю. Выходит, всё в моих руках, и путь от фигуры к игроку, с такими-то стартовыми условиями, может оказаться вполне мне по силам. Мало кто вообще подобным в состоянии похвастаться. Ну а фули, Отец Нации, это вам не баран начхал. Так что, было бы желание.
Что ж, подкрепились, а теперь можно и…
— Имперцы! — отвлек меня от мыслей возглас примчавшего вестового, что прибыл от выставленного Западнее лагеря дозора. — Госпожа оберштурбаннфюрер, разрешите…
— Давай, — отставив несколько неуместный обстановке бокал, властно соизволила уже облаченная по форме дроу, что предпочла осуществить этот прием пищи по-простому, «с народом», то есть рядом со мной, за которым теперь постоянно и слонялась, а уж я, как Отец Нации, и воплощая политическую программу, решил быть ближе к этому самому народу, поэтому кашу