Земной Союз - Андрей Буревой

— Уайт Фокс?.. — явно лишь проформы ради осведомился вышедший наконец на связь со мной подтянутый мужчина в строгом костюме — сидящий за настоящим письменным столом!, решительно перейдя сразу к своему представлению и, непосредственно, к делу: — Ричард Эдвард Майлз из агентства «Баркли, Борс и партнёры». Я ознакомился с делом вашей супруги, и готов к оказанию полной юридической поддержки по нему.

— Хорошо. Отлично, — кивнув, торопливо пробормотал я. — Первым делом я хотел бы узнать как можно освободить Эвелин. — Тут же попытавшись развить свою мысль — пусть вышло это немного путано. — Залог там внести или ещё как-то… Она ведь не какая-нибудь уголовная преступница, и вообще непонятно почему помещена под арест.

— Я вас понял, мистер Фокс, — сказал так же кивнувший — разве что спокойно, юрист и, сцепив перед собой пальцы ухоженных рук в замок, начал методично-размеренно пояснять: — Формально, под арест — в качестве обеспечительной меры, на самом деле помещена не ваша супруга как таковая, а её нейроимплант, на который заявила свои претензии корпорация «Биотек». Потому она может быть незамедлительно освобождена. При условии что сам нейроимплант «останется по арестом», так сказать. — Добавив после короткой паузы затем. — Это кстати является моей рекомендацией по вашим дальнейшим действиям… Процедуру извлечения нейроимпланта мы можем инициировать хоть сейчас.

Я, обнадёженный первыми словами юриста, не смог скрыть своего разочарования. Предложенный же вариант — совсем не вариант, в наших обстоятельствах…

— А без извлечения никак?.. — запуская обе руки в волосы, уточнил я. Поймав себя при этом на непроизвольно подпущенных в голос просительных нотках.

— Если вы действительно хотите быстро вытащить свою супругу — то нет, — разрушил все мои надежды отрицательно качнувший головой Майлз. И, помолчав, добавил: — Признаться, не понимаю вашего упорства в этом вопросе. Процедура установки и удаления нейроимплантов полностью безопасна и, ввиду вашей состоятельности, несомненно, будет проведена самыми квалифицированными специалистами.

Я заколебался, не зная можно ли раскрыть ему тайную сущность Эвелин. Не вызовет ли это новых проблем?.. Ну хотя бы с тем, что мы фактически обманули всех сделав ей человеческий АйДи.

— Мистер Фокс, вы можете совершенно безопасно поделиться со мной любой информацией, — заверил меня младший партнёр агентства «Баркли, Борс и партнёры», кажется уловив мои сомнения. Тонко усмехнувшись при этом: — Даже сознаться в совершении какого-либо преступления… Всё равно никакая полученная мной в рамках нашего юридического взаимодействия информация не может быть использована против вас и не будет принята во внимание судом.

— Проблема в том, что моя супруга является андроидом и на этом нейроимпланте находится её искусственная личность… — решившись, указал я на корень преткновения.

— Это… Это всё усложняет, — признал юрист ненадолго впадая в глубокую задумчивость — а скорее просто работая в виртуальной среде. А когда отмер, разочарованно покачал головой. И, обратив взгляд на меня, сказал: — Буду откровенен с вами, мистер Фрокс, выигрыш у «Биотек» данного дела — при всей его сомнительности, с возвратом вашей супруги — «как есть», не представляется возможным. Просто в силу «неравенства сил» — если можно так выразиться. Будь у вас семейный контракт не с полностью человекообразным элитным секс-андроидом, да ещё произведённым по технологии «фуллбио», как я понимаю, а хоть с несколько более экзотической робототехникой, то на нашу сторону можно было бы привлечь ту же «Лигу защиты инклюзивных семейных отношений» — имеющую глобальное влияние и продавливавшую и не такие дела!, и вот тогда… Как, к примеру, это было с частным иском некой Ээми Рю к корпорации «Хау-Берге», с обвинением оной в убийстве — посредством внепланового обновления прошивки, личности её любимого робоуборщика, с котором она состояла в законном браке. Там корпоративные техники, осуществлявшие данные манипуляции, были безоговорочно признаны судом виновными по статье «умышленное убийство совершённое группой лиц по предварительному сговору» и приговорены к максимальным срокам, предусмотренных данной статьёй. Да, при поддержке «Лиги защиты инклюзивных семейных отношений», перед которой пасуют и корпорации, у вас были бы серьёзные шансы на успех. А так… нет. Точно нет. — В заключение молвив: — Так что я настоятельно рекомендую вам рассмотреть возможность потери вашей супруги в текущем виде, мистер Фокс…

— Что, вообще ничего нельзя сделать?.. — переспросил я, выслушав всё это и прямо упав духом.

— Мистер Фокс, — вздохнул Майлз. — Я просто стараюсь не внушать клиентам ложных надежд… В данном случае — безотносительно юридической стороны вопроса, нужнео учитывать тот факт, что «Биотек» является крайне могущественной корпорацией. И если уж он столь явно выразил заинтересованность в завладении установленным вашей супруге бионическим нейрочипе, что инициировал коммерческий спор на столь, мягко говоря, спорных основаниях, то вряд ли отступится от своего… А борьба всего лишь частного лица — пусть обеспеченного, с таким мастодонтом обречена.

— А что это за основания такие, кстати? — торопливо перебил я его, вспомнив об одной крайне важной детали. — Данный имплант, если что, давно утрачен корпорацией и, так-то, подпадает под действие закона о невостребованном имуществе неопределённого владения, не имеющем, насколько я знаю, двоякого толкования.

— Вообще-то, именно к нему они и апеллируют, — заявил опять сцепивший кисти рук в замок Майлз. — Заявляя о нарушении в данном случае если не буквы, то духа закона, и указывая, на: имеющиеся ограничения в его применимости в отношении отдельных категорий «имущества» — в первую очередь научно-исследовательской техники, рассчитанной на автономную работу, и техники проходящей продолжительные натурные испытания в естественной среде — к последней из которой они почему-то относят и данный конкретный нейроимплант; и неисполнение вашей супругой установленного законного порядка обращения в свою собственность «имущества неопределённого владения» — что, по их словам, прямо указывает на то, что нейроимплант попал к вашей супруге незаконным путём, а последнее ещё и подтверждается имеющей место быть заменой подлинных идентификаторов нейроимпланта «Биотек» поддельными, так что он был выявлен лишь благодаря скрытым цифровым меткам, оставляемым им при подключении к финансовой системе.

«Покупая это своё платье Эвелин похоже и спалилась!» — мелькнула у меня сразу догадка. Но перебивать юриста я не стал, а он продолжил: — В обычном случае я бы тут сказал, что вторая сторона планирует долгую судебную тяжбу — без внятных перспектив, и имеющую целью лишь изматывание противника. Но так как речь идёт о корпорации «Биотек»… Боюсь всё куда серьёзней. — И помолчав,