Земной Союз - Андрей Буревой
А буквально минутой спустя — за которую желающие спуститься на планету заняли все доступные места, присев на них, «кабинка» мягко, но достаточно стремительно — так что мне пришлось сглотнуть неожиданно образовавшийся в горле ком!, скользнула вниз… и помчала к находящейся далеко-далеко внизу поверхности!
Ещё раз судорожно сглотнув, я подумал что мы немного погорячились со столь спешным стартом, сдуру ломанувшись следом за толпой. Не следовало нам так торопиться — нужно было подождать, успокоиться и свыкнуться с мыслью о таком экзотическом путешествии вниз. В «туристической»-то кабинке… Так-то совершенно обычной, напоминающей применяемые в высотных домах — только более крупной и для вящего комфорта оснащённой креслами из-за продолжительности «поездки». И… С идеально прозрачным панорамным остеклением! Из-за чего возникает ощущение, что мы несёмся вниз просто на открытой площадке с креслами… Не имеющей к тому же никакой зримой опоры! Не считать же за неё возникающие вокруг лёгкие светлые всполохи и же искажения пространства, проявляющей себя «магнитной трубы»?..
Мои запоздалые выводы подтвердил и тихий возглас одной из бандиток, оказавшей впечатлённой до невозможности таким началом поездки.
— Кажется я хочу пописать… — смущённо пролепетала вцепившаяся в подлокотники кресла Эстель.
— Теперь уже терпи! Гы-гы! — по обыкновению совершенно бессердечно отреагировали бандитки на проблемы возникшие у одной из них. Хотя, по-моему, сами боролись с неожиданно прорезавшимся желанием сходить по маленькому…
В общем, то ещё четверть часовое испытание силы воли и выдержки у нас вышло. По завершении которого — когда мы, первыми высыпав из кабинки, отошли чуть в сторонку, что бы прийти в себя после такого «захватывающего путешествия», я твёрдо пообещал себе что обратно мы отправимся в закрытой кабинке. Ибо спуск в «туристической» не доставил обещанного удовольствия. Это вообще для редких мазохистов развлечение. Неспроста же внизу, в холле орбитального лифта огромные указатели к туалетам…
Одну Лэйн этот скоростной спуск с орбиты никак не зацепил. Она единственная среди нас осталась совершенно невозмутимой. И даже более того — с откровенным непониманием посматривала на остальных, пока те очухались!
— Да это вам не лифты Кемпфеста… — произнесла находящаяся под неизгладимым впечатлением Икки.
— Ага, на этих мы точно кататься туда-сюда не будем! — постановила поддакнувшая ей младшая сестра.
Спустя ещё какое-то время мы выбрались со станции орбитального лифта на улицу. На улицу, находящуюся даже не в центре города! И… практически посреди ночи! И несмотря на это настолько многолюдную, что у нас захватило дух. А самые впечатлительные из бандиток даже вцепились в меня — не иначе опасаясь что их утащит с толпой!
— Ой, мамочки!.. — на разные голоса запричитали они, во все глаза потрясённо глядя на кипящую вокруг городскую жизнь.
Где бесчисленное количество прохожих наводняло тротуары; где широченная улица была буквально кишела бессчётными тысячами всевозможных мобилей; где разномастные флаеры сновали над всей этой суетой на поверхности аж по пяти воздушным уровням, повинуясь указаниям левитирующих в воздухе дорожным указателям! И всё это — меж циклопических башен из стекла и стали, вершины некоторых из которых реально терялись где-то в бесконечной высоте…
Свою лепту вносило и то, что вокруг царила ночь. А потому вид ночного города, освещённого сонмом огней и буквально вездесущей — зачастую занимающей целые стены зданий!, голографической рекламы, предстал пред нами совершенно фантастичный. Что мы даже чувство времени потеряли, стоя так — сбившись плотной группкой, и разинув рты, разглядывая всё вокруг.
— Вау, просто — Вау!.. — прорезался наконец голос у одной из бандиок, позволивший её выдать это восхищённо.
И мы все согласно закивали. Всё же десять миллиардов жителей, пролёживающих в ограниченном пространстве одного этого полиса это не хухры-мухры…
А потом я непроизвольно ухмыльнулся! Сумев наконец абстрагироваться от общей картинки, производящей неизгладимое впечатление, и начав уделять внимание отдельным деталям. В частности — ближайшему огромному голографическому «билборду», демонстрирующему соблазнительно изгибающихся девушек и парней в минималистичных нарядах. Это оказалась не реклама какого-то ночного клуба, как я поначалу решил. Так как изредка мелькающая меж завлекательных картинок текстовая полоса гласила:
«Надоел старый секс-андроид?.. Поменяй на нового с минимальной доплатой! Только в этом месяце — невероятное предложение от Дайсэн Роботикс!»
Меня реально улыбнула эта «завлекалочка». Только Эвелин неправильно всё это поняла. Впервые на моей памяти с неподдельным возмущением посмотрев на меня!
— Не бойся, я тебя ни на кого не променяю! — притянув к себе, уверил я её, поняв как это всё выглядит со стороны рободевушки, и уже откровенно рассмеявшись.
И ещё чуть погодя мы осторожно двинули вниз по улице — всё так же «дружной гурьбой», так как отцепляться от меня девчонки не спешили. Хотя уже пускали в ход свободные руки то и дело указывая, то на одно, то на другое. Как дикие, чесслово…
Хотя посмотреть действительно было на что… Глаза просто разбегались! Столько всего дивного… Робототехники той же в лице всевозможных дроидов-андроидов чуть ли не больше чем людей по тротуарам туда-сюда снуёт! А уж сколько вокруг разных фриков… Взгляд так и цепляется то за одного, то за другого! На орбите это было не так выражено — там народ боле-менее прилично одевался, а тут… полная свобода самовыражения, что называется! Одеты, раскрашены-украшены все — кто во что горазд! Зачастую откровенно выставляя себя напоказ. К примеру, пара проследовавших навстречу нам оживлённо переговаривающихся меж собой и словно не замечаемых толпой девчонок в платьицах из прозрачного пластика и в «нарисованном» нижнем белье, даже заставила наших бандиток потрясённо умолкнуть.
И… ровно ноль эмоций от прохожих на такой эпатаж!
— Нет. Просто нет, — категорично покачал я головой, когда радужногривые как по команде перевели взгляды на меня.
Ну на самом деле толпа не из одних только фриков состояла, просто за них легче всего было зацепиться взглядом. Хватало и «приличных людей», выдерживающих строгий дресскод или вовсе щеголяющих в униформе — наверное каких-то корпоративных служащих, спешащих с работы либо на неё…
Попадались так же и «стильные изюминки». Как одна примечательная особа, что вышагнула на тротуар из припарковавшегося у него роскошного мобиля — словно только сошедшего с конвейера! представительского класса.