"Фантастика 2026-221". Компиляция. Книги 1-29 - Юлия Григорова
– Они не смогли стереть из моей памяти ритуал посвящения из-за того, что мой мозг не предназначен для члена совета и тем более лидера. Если сделать это, то я умру, боги не позволят мне жить с памятью о том, что там произошло. Лайсер позвал вас, чтобы я попрощалась, – голос не слушался, язык заплетался, красивых фраз не получалось, она не знала, как правильно сформулировать ситуацию, и не выдать того, о чем ее просил бог жизни. Первые несколько минут Венториэль прокручивал услышанное в голове, пытаясь понять весь смысл сказанного, убедить себя, что он ошибся, но дело обстояло именно так, как сказала Миа, никак иначе.
– И он не предложил никакой другой альтернативы? – по отрицательному кивку, тот сразу понял ответ, – значит вот оно что, – обняв свободной рукой Миаленику, парень крепче прижал ее к себе и положил подбородок на голову. Действительность казалась одним страшным сном, сперва Джорах с его планом, теперь это. Мир словно медленно сходил с ума, а боги вместо того, чтобы решать реальные проблемы зациклились на каком-то ритуале посвящения нового лидера совета. Ну подумаешь, будет она помнить о нем и что там произошло, в чем проблема? Проведя пальцами по вышитому имени совершенно неосознанно, он задумался. Неожиданно в голове родился план, но тот шел наперерез всему, во что когда-либо верил Венториэль. Повернув к себе лицо собеседницы, и заглянув в каре-зеленые глаза, парень всмотрелся в них, ища где-то в глубине души, желание продолжать жить. Вот только он его так и не нашел. Миаленика снова смотрела на него с восхищением, с трудом пытаясь не плакать и сдерживая слезы, ей хотелось все последние минуты жизни провести рядом с ним и умереть со спокойной совестью, что мечта сбылась. Снова поцеловав ее, Вент надеялся, что это придаст девушке сил и он сможет добиться от нее того, чего ждет, но даже когда его губы отстранились и глаза снова встретились, ничего в них не изменилось. Дочь герцога по прежнему оставалась грустной, без малейшей тяги к спасению, скорее всего, смирилась с неизбежным.
– На что вы готовы пойти ради того, чтобы выжить? – наконец поинтересовался парень, и сразу обрадовался перемене в ее лице. На нем появилось недоумение, ведь лидерша совета считала, что раз боги вынесли вердикт, то никто никак не сможет это изменить. Внезапно Миа поняла, что задумал собеседник, и глаза ее загорелись, – Выход есть, если вы готовы бороться до последнего, чего бы это ни стоило, – отпустив ладонь девушки, он подвинул к себе сумку и поспешно скинул со стены. Та пролетела все четыре с половиной метра и с глухим звуком упала на землю возле остальных вещей. Проследив за ней взглядом, она поняла, на что намекает возлюбленный и сглотнула ком в горле. Такой поступок казался не правильным, ведь это, по сути, прямое исполнение строчки из легенды. Истинный бог нарушает правило, ради ее жизни. Противиться воле высших сил. Неожиданно возникшая мысль о том, что раз он так поступает, то может уже влюбился в нее, как говорится в сказке? Тогда нельзя закончить дело Алиста и дать Венту испытать эту боль потери.
– Мне уже нечего терять, кроме вас и своей жизни, – прошептала Миаленика, следя за тем, как лидер совета вытащил из карманов перчатки и натянул их на руки.
– Если они хотят лишить вас жизни, пусть придут в Апатию и разберутся во всем сами, – встав на ноги, Венториэль протянул ладонь девушке и помог подняться. Обняв Мию за талию и крепко прижав, он проследил за тем, чтобы дочь герцога как можно крепче схватилась за него. Нащупав ногой крепление веревки, мужчина спокойно сделал шаг в пустоту, и они полетели со стены. Свободной рукой схватившись за канат, Вент с его помощью затормозил, предотвращая возможное опасное столкновение с землей. Теперь они спокойно скатятся и мягко приземлятся.
«Простите меня, Лайсер, я только обрела счастье, и готова бороться за него до последнего» – честно извинилась Миаленика перед богом, в надежде, что тот услышит ее, или прочитает мысли. Хотя наверно если бы он постоянно делал это, то не допустил такого побега, но тот все прекрасно знал и слышал каждое их слово. Однако он все же ее услышал, но вслух ничего не произнёс, лишь подумав:
«А иначе и быть не могло, другого я от вас и не ждал.»
Глава 18.
Микалис стоял в дверях лазарета и смотрел на заполненные кровати. Царил хаос, люди бегали туда сюда, с больными помогали даже те, кто в жизни этим не занимался. Они еще не понимали, с чем столкнулись, а парень уже знал – это конец. Неделю назад, в день посвящения Миаленики двери божественного зала оставались закрытыми до вечера. По правилам она сама должна была выйти оттуда, а советники встать на одно колено встречая нового законного лидера. Все ждали, Флор в том числе, но в сторонке, стараясь не привлекать внимания. Когда из дверей вышел едва живой Андраник, которого стошнило прямо под ноги управляющего замком, советники обомлели. Брата короля доставили в лазарет с жаром и лихорадкой, он метался, бредил. Мию нашли в собственной комнате, девушка лежала в постели, переодетая и без сознания, время от времени приходила в себя, но ни жара, ни температуры у нее не оказалось. За лидера никто не переживал, ее кормили в моменты прозрения, и ухаживали в случаях надобности. Все основное напряжение сейчас творилось здесь, в лазарете.
Это был огромный светлый зал с окнами от пола до потолка, шикарными люстрами с множеством свечей. Света всегда достаточно для любых медицинских процедур. Кровати по обе стороны ковровой дорожки с дубовыми каркасами, добротными матрацами и некогда свежим бельем. Сейчас все они заняты больными, следующих класть некуда. С краю, первым в ряду лежал привязанный Андраник. Мужчина постоянно пытался вскочить, суетился, вырывался, мешая что-либо с собой сделать. Его язык покрылся белым налетом и стал заметно толще. Первыми заболели те, кто помогал отнести его в лазарет в тот день, за ними уже все остальные.
«Чума вырежет весь замок» – подумал Микалис и прикусил губу, сомнений быть просто не могло. Он сам вероятно уже заражен,