Александр Зорич - Пилот на войне

Зато ни один флуггер не догонит. Линкор умеет быть очень быстрым зверем.

Голос вестового:

— Товарищ капитан первого ранга?

— Ну?

Вот он, стоит под левую руку на почтительном удалении.

— Честное слово, вы бы шлем закрыли, ведь неровен час…

— Артиллерийский пост! Центральный вызывает! — бросил в рацию капитан, отмахнувшись от вестового.

— Здесь!

— Доклад по второй башне ГК.

— Поворотный механизм уже в строю. А вот откатник, я боюсь, накрылся.

— Сережа… — грозно зашипел капитан. — Ты меня знаешь… Башня должна стрелять!

— Так, Пал Ростиславич… товарищу инженер-капитану Уварову вопрос, его диагноз…

Лукашенко отрубил трансляцию и попытался вызвать инженера. Тот не откликался.

— Кто-нибудь! Где Уваров?! Найдите мне это дитя велосипеда и старой маршевой дюзы! — Снова трубку в зубы и клуб дыма в легкие.

Взгляд на панораму. Всё «по красоте». Сзади на дистанции двадцать дымит всеми трубами «Белоруссия». Между ними эскортный авианосец с превышением пять. Толку с такого эскорта… половина истребительных бортов потеряна!

А еще дальше красным-красно от вражеских меток. Боже, да сколько же кораблей у адмирала Шахрави! Как же они нам всыпали! Хорошо еще, что обе группы Второго Ударного флота умудрились выйти клонам в тыл.

Все-таки главком — мастер и виртуоз! Да, потеряны «Три Святителя», «Орел», «Бородино» и «Нахимов», но ведь выждал-таки Пантелеев! Надоело конкордианцам играть в прятки! Ломанулись всем скопом и получили по первое число.

То есть получили бы…

Умопомрачение нашло на вождя или как? Приказ: рассредоточить огонь по схеме один вымпел на один вымпел! Ударным флуггерам работать по схеме одна эскадрилья — один вымпел! Основная цель — ходовые части кораблей противника!

В результате у клонов в безвозвратных всего один линкор, да авианосец с тяжелыми повреждениями вышел из боя. Ну и фрегатов нащелкали. А толку?

Надо было по классике. Сосредоточенный огонь, три вымпела первого ранга на одном! Авиакрыло на один борт! Глядишь, и наколотили бы. А так, черт…

Подумаешь, половина флота Конкордии лишилась возможности уйти в X-матрицу, или хотя бы уйти в нее быстро? Это если верить бравурным докладам. Только незаметно, чтобы Шахрави стремился куда-то уходить!

И развернулись клоны им навстречу. И таких горячих навтыкали за тактическую глупость Пантелеева! Линкоры в строю, зато авианосцы… Флуггеров клоны сожгли немерено. И авианосцам, считай, кранты. Нет больше основы ударного могущества. Вот и драпаем теперь на орбиту. Линкоры… без прикрытия… черт…

Самое время запевать «Варяга»!

Тусклое боевое освещение ГКП. Головы в шлемах виднеются над спинками кресел. Пост в работе. Пилоты-навигаторы отдыхают — автоматика везет. Штурман строчит что-то на планшете, не иначе как прокладку запасных маршрутов отхода. Отходить придется, нет сомнений. Это если повезет. Клубы дыма тают у подволока, как боевая слава Второго Ударного флота полчаса назад. Мерцают голограммы. Родной, такой привычный запах синтетики главного командного поста.

На переборке в объятиях стальной спирали горшок с геранью. Герань понурая, опять вестовой забыл полить…

Какие же мысли лишние лезут в голову!

— Сеанс с «Белоруссией» мне, — пусть связист поработает.

— Есть.

— Алексей Петрович, дорогой! Прием!

Обладатель аристократической фамилии А. П. Шаховской носит бакенбарды и длинные волосы, собранные в завидный холеный хвост. Его в свое время перевели с авианосцев, а он в знак протеста не стал сбривать традиционную поросль.

— Слушаю тебя, Павел Ростиславович! — Голос искажен несильными помехами — клоны ведут инфоборьбу, да только дальность не та. Пока не та.

— Я вижу наш маневр так: берем «Пожарского» в коробочку. Ты с юта, я с бака. И удаление даем в сотню. Все-таки «Пожарский» теперь стационар — на нем две эскадрильи «Горынычей». Надо бы прикрыть.

— Нет возражений. — Шаховской помолчал. — Смотри, клоны разделяются. Видишь? Одна группа идет за нами, вторая к Интерфлоту.

— Вот пусть немцы с ниппонцами и разбираются. Не наша проблема.

— До поры. До поры не наша. Отбой.

Это точно. Как только Шахрави прорвет строй Интерфлота, на них навалятся флуггеры с двух сторон. А это — конец.

Нашли инженер-капитана Уварова. Он пропадал в реакторной, позабыв включиться в общекорабельную сеть. По его словам, откатники второй ГК накрылись мертво. Но обещал, что маневровые двигатели и гироскопы смогут компенсировать отдачу. То есть пилотам лишняя работа, но башня в строю. Что не может не радовать.

Бронированный утюг линкора «Кавказ» занял позицию на орбите.

Под брюхом лежала планета, рассеченная надвое линией терминатора.

Башни ГК, все четыре, развернулись в сторону приближавшейся армады. Открылись створки пусковых шахт, обнажая хищные морды многоцелевых ракет «Титанир».

Зашевелились турели ПКО. Носовые дюзы выдали серию тормозных импульсов, линкор сбросил скорость; по контрасту казалось — замер. Хотя, конечно, продолжил криволинейное движение по некоторой орбите вокруг С-801-7 в соответствии с законами небесной механики.

Темный и молчаливый. До поры, как верно заметил командир его «одноклассника» А. П. Шаховской.

Тяжелый авианосец «Римуш»,

военно-космический флот Великой Конкордии

Орбита планеты С-801-7, система С-801

Атака русских попортила нервы. Всем. Начиная с капитана Бехзада Эриуша Кавоса.

Хорошо было адмиралу Шахрави демонстрировать бодрость духа и говорить фразы для учебников истории. Он шел в центре построения на линкоре «Кавад». «Римуш» же находился в арьергарде третьей эскадры, прикрывая тыл.

Сперва его обстреляли тяжелыми ракетами с «Кавказа». Того самого «Кавказа», с которым плечом к плечу били джипсов на Наотаре. Того самого «Кавказа», который участвовал в подлом налете на Фелицию, когда погиб «Атур-Гушнасп». Новейший авианосец. Знаменитый «белый слон», на нем служил кузен Кавоса.

После появился авианосец «Три Святителя». Тоже старый знакомый и бывший товарищ. Это именно его флуггеры уничтожили «Атур-Гушнасп». А теперь — неожиданная атака на выгодном ракурсе. Всё ПКО в корме молчит — расстреляно «Муренами» с истребителей. Две торпеды. Одна в маршевую дюзу, вторая в борт. Вторичные осколки разрушили дьюар одного люксогенового двигателя и топливопровод второго.

Трубы сейчас ремонтируют, но полный ремонт займет не менее десяти часов. Капитан отдал приказ восстановить герметичность отсеков и прекратить работы. Зачем? Всё равно на одном маршевом двигателе не набрать скорости. Не уйти в X-матрицу.