Трон галактики будет моим! Книга 12 — Тысяча гигатонн - Андрей Валерьевич Скоробогатов

— Я рада вас видеть, господин главнокомандующий, — сказала она.

— Как успехи по возвращению обратно, с тёмной стороны? — вопросил я.

— Более чем успешно. Я поняла, насколько мелочны были все политические дрязги, что на Орхидее, что в Лунном Дворце. Здесь я нашла себя, обрела покой и умиротворение от слияния с Бесконечно-вечным…

— Эк её мощно приложило, — прокомментировал Макс. — Совсем испортили девку.

— А ещё я улучшила свои способности, лучше открылась Энергии Большого Взрыва… — проговорила она, проигнорировав высказывание Макса.

Подняла с земли небольшой мячик для жонглирования, ощутимо напряглась и заставила мячик левитировать несколько секунд.

— Ранее мне были доступны только иллюзии… — пояснила она.

— Похвально, похвально! — я картинно поаплодировал. — А то негоже суперадминистратору без способности физического спектра разгуливать. Кстати, о твоих обязанностях. Ты же теперь, надеюсь, всецело за порядок и безопасность в Империи? И против беспорядка и криминала?

— Я выше этого, господин главнокомандующий, — блаженно улыбаясь, отвечала Лидия. — Всё происходящее в галактике меня не волнует, моё будущее — здесь, на Сансаре…

Действительно, мощно её приложило. Это уже перебор.

— Ну, раз не волнует — тогда ты с лёгкостью расскажешь мне, как всё было организовано и как именно Хольмдом управляет всем этим бардаком на Орхидее.

— Каким бардаком? — нахмурилась Лидия.

— Ты прикалываешься?

— Я не читаю новостей! — с уже знакомой проклюнувшейся надменностью заявила Лидия. — Внешний мир меня не интересует.

— Ах не интересует! — оскалился я, чувствуя, что начинаю слегка закипать. — А знаешь что! Давай-ка собирай вещички. Полетишь с нами на Орхидею. И сама там будешь со всем разбираться! Как-никак, твоя родная планета, если я ничего не путаю.

— Я не хочу на Орхидею! — поменяв тон на испуганный, сообщила Лидия.

— Это не предложение, а приказ. Меня, как главнокомандующего, и как старшего в иерархии суперадминистраторов. Ты, возможно, хочешь, чтобы я кинуть тебя гиперброском? Учти, что я кидаю не очень метко, могу ошибиться на пару десятков километров над уровнем моря, и что-то не вижу на тебе тяжёлого десантного скафандра.

Лидия молча поднялась, коротко кивнула.

— Мне нужно несколько часов.

— У тебя есть сутки, — несколько смягчившись, сказал я. — Челнок заберёт тебя завтра. Но про Хольмдома всё-таки расскажи прямо сейчас.

— Я не знаю, что особенно рассказывать. Большую часть вы и так знаете. Есть Сотня Извергнутых. Есть Тёмная Бригада, она же Бригада Отщепенцев. Один или два, я точно не знаю, из Сотни Извергнутых — находится на Орхидее. Или, как минимум, был там. Мне дважды сообщали об этом, что скоро на планете появится «очень важный и очень сильный гость».

— Как их звали?

— Извергнутых? Я не знаю.

— А кто их встречал? Кто ещё был шестёркой у Хольмдома?

— Прокудин, — несколько неохотно сообщила Лидия. — Если вы не помните, по вашему распоряжению его лишили графского титула.

И точно. Был такой товарищ, и был такой факт в моей биографии.

Когда во время атаки орды умер князь Игорь Неронов, отец Иннокентия, графы Прокудин и Смирнов устроили заговор против княжичей и заказали бригаду наёмников, планируя их убить.

Уже по дороге домой я запросил у Октавии сводку по ним двоим.

Смирнова регентский совет во главе с Егерем, Погуляевым и мной велел посадить в тюремную станцию строгого режима. Прокудин ограничился годом каторжных работ, лишением вассалитета и большей части имущества. Малый Курортный поделили княжичи граф Зивертов, все дворцы, особняки и доли в предприятиях ушли с молотка, осталась пара апартаментов на двух материках и личный челнок.

На котором он весьма часто наведовался на орбиту.

После Прокудин не отсвечивал — не выступал в СМИ, не вёл никакой бизнес, проедая накопления и ренту с облигаций. Очень, очень подозрительно, подумалось мне. Я хорошо запомнил его — эдакий франт-клоун, типичный нарцисс, помощнее меня даже нарцисс, с чувством собственной важности и манией величия. Такому очень сложно держать язык за зубами.

Но он держал. Значит, было почему, значит, было чем заниматься и где себя реализовать.

Значит, недоглядели. А я же говорил егерю об этом!

Дома я позвал к себе Иоланту и попросил активировать её фамильную способность.

— Найди-ка мне этого парня, — попросил я.

И она нашла — всё верно, находился он в том самом, охваченным беспорядками Баженове.

И примерный план у меня уже выкристализовался.

Но перед полётом было ещё одно мероприятие, которое я никак не мог пропустить.

Я собрал герберскую дворянскую ассамблею, пригасив туда, помимо имеющих дворянский титул, Октавию, церемонеймейстера и Илью.

Церемония прошла примерно тогда же, как тогда у меня. Если не считать покушения и выстрела — на этот раз обошлось.

Когда вручали регалии, Илья несколько удивлённо всмотрелся в металлический инструмент, который протянул ему цереймонемейстер.

— А это что такое?

— Это знаменитый полярно-герберский ледоруб. По преданию, ещё в первые века колонизации планетв, один малоизвестный художник убил им предателя, скрывавшегося на Гербере и готовившего заговор против Великого Князя. За что затем художнику тому был дарован баронский титул.

— Что-то припоминаю, — сказал Илья. — У художника, случайно, не Меркадер фамилия была?

— Она самая!

— Я не знал, что он был бароном. По семейному преданию — это мой пра-пра… ещё с десяток пра-дедушка со стороны матушки, — сообщил Илья.

— О, так значит, что у нас тут восстановление исторической справедливости! — воскликнул церемониймейстер.

— Ну, технически, конечно, родственная связь не доказана… — проворчал барон Васильев. — Всё равно это то же самое, что дать баронский титул человеку с улицы.

— Ах, с улицы! — оскалился я. — Ваше благородие, а вы не хотели бы обсудить с уважаемым бароном Полярно-герберским статус строительства ваших жилых комплексов в Александрии? И инвестиции в городскую инфраструктуру.

Старый барон тут же голову в плечи втянул.

— Ваше сиятельство… так я же не против… но не в рамках же этого заседания.

— Ну вот и отлично. А мне пора собираться. Не шалите тут у меня! — сказал я и пальчиком погрозил.

Далее был приятный вечер с семьёй — Даша, конечно, хоть и тревожилась, но уже куда меньше, чем ранее. Обсудили волнения на Орхидее и предстоящую поездку.

— Ты не спрашивал у Виктории? — неожиданно вспомнила Даша. — У неё же есть на Орхидее какая-то подруга, Анна Рязанская. Может, она что-то знает про беспорядки?

— Ты думаешь, сарафанное радио сработает лучше, чем агентура Андрона и мои засланные агенты?

— Что такое «сарафанное радио»? — не поняла Даша.

Да что же такое! Уже три года, как вылез из Пантеона, а фразочки из той эпохи всё равно употребляю.

Но я подумал, что Даша может быть права права. Виктория давно была вхожа в Орхидейские элиты.