Владимир Аренев - Комендант мертвой крепости

Как и договаривались, Клоп явился туда через полчаса; словно бы между делом заглянул.

Отчитался.

Сиврим выслушал всё с тем же равнодушным видом.

— Завтра, — сказал, — пойдём в город. Искать алаксарские побрякушки.

Клоп пожал плечами:

— Честно говоря, вряд ли мы здесь чего-то найдём. Всё уже другие повыгребли, зуб даю.

— Оставь при себе, пригодится, чтобы язык за зубами держать. Досгридр велел тебе выполнять мои указания или снабжать меня бесплатными советами?

Клоп второй раз ту же ошибку не совершил и ушёл молча, только отвесил лёгкий поклон. Сиврим проводил солдата взглядом и холодно усмехнулся.

За несколько дней, проведённых в Шэквир вис-Умрахол, он повзрослел на несколько лет. И быстро учился, очень быстро.

Чем дальше в город, тем больше встречалось разрушенных домов и тем сложнее было пробираться между ними. Вечерело. Они остановились перекусить на мосту, сели в тени одного из рыбоящеров, казалось, только что взобравшихся на парапет и с угрозой щеривших пасти. Под мостом вместо реки шелестел песок и лежали белёсые разбитые лодки.

— Останешься здесь, — сказал Сиврим Клопу. — Если кто-нибудь придёт, спросишь, не видели ли меня, мол, мы с тобой разминулись на одном из перекрёстков и теперь не знаешь, где я. Что, кстати, будет чистой правдой: вон перекрёсток перед мостом.

— И сколько ждать? — хмуро уточнил Клоп.

— Пока не вернусь. Или пока не появится кто-нибудь и не спросит… ну, ты понял.

Клоп подумал.

— Это должен быть определённый кто-нибудь или кто-нибудь вообще?

— Неважно.

Сиврим пошёл по мосту, огибая завалы. Впереди уже виднелись шпили библиотеки. Арбалет висел под плащом и тыкался в позвоночник: не больно — раздражающе.

Сиврим ещё ничего не решил. Даже если бы и решил… «Как? Досгридр требует невозможного».

Однако правда заключалась в том, что с некоторых пор Сиврим и сам очень хотел этого невозможного.

Он подошёл к библиотеке с северо-востока. Забрался в один из ближайших домов — не на крышу, на верхний этаж. Отсюда был отлично виден вход: огромные кованые двери, распахнутые настежь и вросшие в груды песка. Всё здесь дышало величием, надменностью и какой-то болезненной силой. Библиотека напоминала беременную самку тычника: снизу стены расширялись, чтобы потом, у верхних этажей, снова сойтись, прорастая шпилями; шпилями же и иглами они топорщились на остальных этажах. Кое-где висели обрывки тряпья, сломанные ветки и прочий мусор. Когда ветер дул сильнее, ветки царапали по кирпичам, издавая звуки, от которых Сивриму становилось не по себе.

В двух-трёх окнах горел свет, изредка мелькали тени. Слишком далеко, чтобы хоть что-нибудь разобрать, но, оглядев ближайшие дома, Сиврим убедился: он выбрал лучшую позицию из возможных. Теперь — только ждать.

Ждал. Небо окончательно почернело, замерцали первые, самые крупные звёзды, выплыла сочная громоздкая луна. Тени в окнах теперь почти не появлялись. Где-то далеко и неожиданно громко прозвучал полувздох-полувскрик, похожий на восторженное «Ух ты!». Наверное, песок пришёл в движение и, перемещаясь, издал такие странные звуки. Сивриму больше досаждало царапанье веток по стене.

Наконец во всех окнах, кроме одного, свет погас. Ещё через какое-то время в дверях библиотеки появилась одинокая тень. Андэлни постоял на ступенях, оглянулся на чёрный зев входа. Передёрнул плечами, словно почувствовал особенно холодный порыв ветра, и зашагал куда-то на север.

Прихрамывая.

Конечно, это могло быть ловушкой, но если даже и так — что оставалось Сивриму? Он уже в ловушке.

Он решил не торопиться. Раскрыть глаза пошире, думать и сопоставлять.

Алаксар уходил всё дальше на север — и вот уже ночное небо впереди поменяло оттенок, став более мутным, словно кто-то приблизил исполинские уста к стеклу над небосводом и дохнул так, что стекло запотело. С запозданием Сиврим догадался, куда именно идёт Хромой.

Во время катастрофы линия разлома пролегла через Шэквир вис-Умрахол, разрезав город надвое. По северной его части сейчас и шагал алаксар (с крадущимся позади Сивримом); что случилось с южной — никто не знал. Вместо домов, мостовых, аллей и башен теперь там колыхалась плотная пелена чернил, смертоносный ким-стэгат. Именно его кляксы во время сезона ветров долетали до Горелого Шандала и дальше, до самих Врат Пыли.

Что было в чернилах и за чернилами, тоже никто не знал.

Или… кое-кто всё-таки догадывался?

Дома здесь стояли далеко друг от друга, между ними из барханов торчали добела обглоданные ветром и песком ветви деревьев. Похоже, Сиврим и Хромой оказались в районе, который принадлежал высшему жречеству, — слишком уж часто на фасадах, помимо чудовищных барельефов, виднелись символы Алтэрэ Проницающего.

Бывшая аллея выходила к площади, за которой Хромой свернул направо, — и Сиврим, последовав за ним, обнаружил, что дальше дороги нет. Улица обрывалась неожиданно, резко — впереди колыхался ким-стэгат.

Алаксар стоял в пяти шагах от стены чернил.

Сиврим поспешно отступил в одну из подворотен, в густую тень, откуда ему было видно, как Хромой опускается на колени и что-то кладёт на песок перед собой.

Беззвучно, не скрипнув ни единым ремешком, Сиврим достал из-за спины арбалет. «Так даже лучше. Один выстрел — и тело сбросить в чернила. Никто не найдёт, даже не заподозрит. Будут, конечно, искать — а толку?»

Стрелки лежали в футляре, подвешенном к поясу. Расстегнув футляр, Сиврим достал одну и зарядил арбалет.

Выглянул. Хромой снова стоял в полный рост, но теперь в руках у него было нечто странное. Эта штуковина больше всего напоминала короткую удочку или треногу, причём и основное удилище, и отходящие от него дополнительные палки были из какого-то неизвестного Сивриму тёмно-синего сплава. На конце устройства, поддерживаемая двумя придатками, находилась узкогорлая бутылка.

Хромой поднял всю эту конструкцию и, вытянув перед собой, медленно придвигался к стене чернил.

Руки у него дрожали.

«Что за?!..» — Сиврим позабыл и про арбалет, и про приказ Досгридра. Никто и никогда, сколько он себя помнил, добровольно не приближался к ким-стэгату ближе чем на полсотню шагов. Если раньше ещё можно было подумать, что Хромой просто заблудился, не ожидал увидеть здесь чернила и медлил, решая, как же поступить, то теперь Сиврим не сомневался: алаксар пришёл сюда, точно зная, что именно найдёт. За этим и пришёл.

Бутылка на конце удилища в который раз дрогнула, внутри покачнулось что-то вязкое, стукнулось о стенку. Чернила рядом с ней вдруг ожили — всколыхнулись, будто по ту сторону поднялось и двинулось навстречу Хромому одно из тех чудовищ, что изображены на фасадах Шэквир вис-Умрахол. Плотная струйка-щупальце ким-стэгата вытянулась и обхватила бутылку.