Иван Мак - Голубая Сфера
− Она внутри меня.
Дирак рассмеялся.
− Да она все разыграла!
В аудиторию зашел Норрин. Он взглянул на студентов и подошел к ним и молча сел рядом.
− И что прикажешь мне с тобой делать, Ирмариса? − Спросил он.
− Сбросьте меня с четырнадцатого этажа. − Ответила Ирмариса. − Что-то не так?
− Разумеется. Вы выставили в дураках не только меня, но и Оррана Старшего. − Он вытащил газету и положил ее пред Ирмарисой. − Что это такое?
Ирмариса взяла газету, нашла статью и прочитала ее. В ней корреспондент расписал как руководство школы пыталось не принять Ирмарису Ливийскую, сдавшую все экзамены лучше всех.
− Я думаю, это ваша вина. − Сказала Ирмариса.
− Почему?
− Потому что вы сами выставили себя в дураках. Вы думали, что я как овца промолчу, когда вы зачитаете список принятых, в котором не будет меня? Или вы думали, что никто из корреспондентов, присутствовавших там, не спросит вас обо мне?
− Идите за мной. − Сказал Норрин, поднимаясь.
Ирмариса прошла за ним и через несколько минут они вошли в кабинет директора школы.
− Очень хорошо. − Сказал Оран Старший. − Садитесь, пожалуйста. − Он показал на место напротив себя и Ирмариса села в кресло. − Надеюсь, вы понимаете, что нам не нужны ни скандалы ни скандалисты? − Спросил он.
− Да, я это понимаю. − Ответила Ирмариса.
− И как вы думаете учиться у нас дальше?
− Давайте, не будем задавать друг другу ребусы. − Сказала Ирмариса. − На повестке дня стоит один вопрос. Нужна я вам или нет. Если нет, то я уйду без всяких разговоров.
− Как это понимать? − Спросил Оран.
− Очень просто. Я не хочу что бы на меня смотрели как на прокаженную.
− На вас никто не смотрит как на прокаженную. − Сказал Норрин.
− Но вы же решили, что я виновата в появлении этой статьи. − Ответила Ирмариса. − А все дело лишь в том, что вы совершили ошибку. Обыкновенную ошибку, какую может совершить каждый.
− Какую это ошибку? − Спросил Оран.
− Давайте не будем юлить. − Сказала Ирмариса. − Я малость погорячилась, когда пришла на шесть дней позже. У нас с Норриным был разговор, в котором он прямо мне заявил, что меня никто не примет. Он, конечно, не знал, как я сдам вступительные экзамены. Но он прекрасно это знал, когда составлялись списки поступивших. Он прекрасно знал, что я имею желание поступить. А вот все остальное произошло либо от непонимания, либо из упрямства. Было совершенно ясно, что люди не поймут вас, если вы не примете меня. И все же в объявлении принятых моего имени не было. Ожидать, что после этого я ничего не скажу, было слишком наивно.
− Что же по вашему я должен был сделать?
− Поймать меня перед собранием и договориться обо всем. В начале вы мне показали, что инициатива наказуема. Я вам теперь показала, что ее отсутствие так же наказуемо.
− Вы не похожи на простую девчонку.
− А я и не простая. Я перед школой служила в полиции и за два дня до того как появилась перед Норриным поймала одного полицейского-преступника. И за это я получила звание лейтенанта и рекомендацию для поступления в вашу школу. Вы помните что и как я сказала вчера. Я вполне могла сказать и по другому, но мне, как и вам, не нужны скандалы. Я знала, что сдам все экзамены. Поэтому я и настаивала на этом тогда. Я пришла сюда что бы учиться. Поэтому вчера на собрании я сказала все так что бы не было серьезных проблем.
− Значит, вы считаете, что эта статья не проблема? − Спросил Орин Старший.
− Я считаю, что эта статья не такая большая проблема, как может показаться. Более того, я могу предложить вам решение этой проблемы, которое устроит и вас и меня.
− И какое это решение?
− Все очень просто. Вы не должны на нее реагировать, а я сама отправлюсь туда и сделаю все что нужно. И, надеюсь, на этом наш маленький конфликт будет исчерпан.
− Хорошо. − Сказал Оран, взглянув Норрина. − Когда вы пойдете туда?
− Думаю, прямо сейчас.
− Тогда, вы можете быть свободны.
Ирмариса ушла и тут же отправилась в редакцию газеты. Она буквально ворвалась туда, не послушав охранника, и уже была в кабинете редактора, когда охранник схватил ее за руку.
− Что это значит?! − Воскликнул редактор.
− Это значит, что я возмущена вашей статьей! − Ответила Ирмариса. − Я Ирмариса Ливийская!
− Ах!.. − Воскликнул редактор. − Оставьте нас. − Сказал он охраннику и тот ушел. − Садитесь, пожалуйста. Я не совсем понял чем вы возмущены?
− Вот этим! − Ответила Ирмариса, показав статью. − И я требую, что бы вы принесли публичные извинения за эту грязную ложь!
− Вы? − Удивился редактор. − Сдесь же нет ничего против вас?
− Вы так думаете? − Удивилась Ирмариса. − Я студентка первого курса Школы Орана и вы считаете, что в этой статье нет ничего против меня? − Ирмариса встала. − Она направлена против моей школы, а значит, против меня! Так вот, господин редактор. Вы либо напечатаете извинения за эту ложь, либо я оболью вашу газету такой грязью, от которой вы не никогда отмоетесь!
− Я думаю, госпожа Ливийская, вы переходите все границы дозволенного! У нас свободная газета и мы имеем полное право печатать то что мы думаем! А теперь… − Он нажал кнопку и в кабинете появился охранник. − Выпроводите ее за дверь, пожалуйста. − Сказал редактор.
Ирмарису выпроводили и она оказалась на улице. Через минуту рядом появился редактор.
− Вы еще поплатитесь за это вторжение! − Прокричал он.
− Ладно. Посмотрим, кто из нас поплатится. − Ответила Ирмариса. У нее появился план действий, и она поймала такси.
− На городскую биржу. − Сказала она шоферу.
Через полчаса Ирмариса уже находилась среди брокеров. Она выложила все сбережения и начала действие…
Сделки, договоры, обязательства, снова сделки… Оплата, прием денег, купля, продажа…
К концу дня Ирмариса получила чек на сумму в сорок тысяч.
− Удачный день? − Спросил кассир.
− Да. − Ответила Ирмариса. − Хорошо поработала.
Следующее утро началось с новой биржи. Теперь Ирмариса оказалась на бирже ценных бумаг.
И вновь сделки, договоры, купля, продажа… К вечеру сумма, находившаяся в руках Ирмарисы увеличилась в десять раз. Иного и не могло быть, когда она слышала мысли людей, а те не подозревали о них. Ирмариса легко определяла стоящие сделки и легко добилась своего.
Вечером она подошла к одному из окошек брокерских фирм, торговавших акциями.