Knigi-for.me

"Фантастика 2026-221". Компиляция. Книги 1-29 - Юлия Григорова

Тут можно читать бесплатно "Фантастика 2026-221". Компиляция. Книги 1-29 - Юлия Григорова. Жанр: Боевая фантастика издательство , год . Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте knigi-for.me (knigi for me) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
которой учил пополнение и держал когда-то с Калужским «палочный совет». Палка была длинная, крепкая, сучковатая, и сучок пришёлся точно под руку, которая торчала из мха.

Рука бросила коробку и схватилась за палку.

Вятка потянул. Сопел, багровел, упирался здоровой ногой в жердь, но тянул ровно, без рывков, как вытаскивают ведро из колодца, чтобы не расплескать. Из мха показалась голова, белая, облепленная тиной, с открытым ртом. Потом плечи. Потом белобрысого перехватили Клюев и Шилов и выволокли на гать.

Белобрысый лежал, кашлял чёрной водой и смотрел в небо.

— Ну, — Вятка опёрся на палку и отдышался. — Вот это как не надо.

Коробку с лентами выудили потом жердью. Белобрысый первым делом проверил, не намокли ли ленты. Намокли. Он чуть не заплакал.

— Высушим, — Клюев хлопнул его по плечу. — Ты сам вон высох.

Гринюк молча достал из сидора маленькие гусиные мокроступы, которые взял на всякий случай, и привязал их белобрысому поверх больших, к носкам. Для плавучести. Пахом смотрел на это с соседней кочки. С осуждением.

К полудню мы вышли к немецким постам.

Пост стоял на сухом острове посреди болота, на бугре с тремя соснами. Окоп, накат, пулемёт. Стволом на восток, туда, где кончалась старая гать и куда, по немецкой логике, только и мог кто-то выйти. А мы вышли с юга, из камыша, где никакой гати не было, и до острова оставалось метров двести мха и воды.

Ремез посмотрел на остров. Посмотрел на мох между нами и островом. Посмотрел на меня.

На болоте пулемёт не поставишь. Станок уходит в мох по самый щиток, сошки тонут, лечь некуда: ляжешь — и через минуту лежишь в воде. В той жизни нас учили выбирать огневую позицию: сухо, твёрдо, обзор, укрытие. Здесь не было ни сухо, ни твёрдо.

Зато была лодка.

— Клюев. Не снимай.

Клюев понял. Лёг за пулемёт прямо в волокуше, не снимая её с лямок. Волокуша осела в мох, качнулась и встала, плоская, широкая, как плот. Гринюк делал её под пулемёт, не под стрельбу. Но держала она одинаково.

— Тяните тихо. Вон к той кочке.

Волокушу потащили по мху ползком, Соломин и белобрысый, по-собачьи, за лямки. Метров сто. Кочка была высокая, с кривой берёзкой, и из-за неё остров был виден сбоку, весь: окоп, накат, спина пулемётчика, котелок на бруствере. Немец пил что-то из котелка и смотрел на восток.

Фомичёв со своей волокушей ушёл влево, к другой кочке.

— Чик-чик, — Фомичёв шепнул это сам себе, укладываясь, как напоминание.

Ремез поднял руку. Опустил.

Два пулемёта ударили по острову с двух сторон, сбоку и сзади. Котелок слетел с бруствера. Немецкий пулемёт дёрнулся, начал поворачиваться, но поворачиваться ему было трудно: окоп был вырыт на восток, и стенка мешала. Пехота пошла по мху, проваливаясь, падая, вставая, в мокроступах, с винтовками над головой.

Через пять минут на острове подняли руки.

Немецкий пулемётчик, пожилой, с усами щёточкой, стоял у своего окопа и смотрел, как из болота выходят люди в корзинках на ногах, мокрые, грязные по грудь, с пулемётами в лодках. Смотрел долго. Мне кажется, он решил, что это не мы. Что это болото.

Калужский подошёл к немецкому указателю у тропинки, на столбике, фанерному, со стрелкой. Прочёл вслух, медленно, по-немецки, как читают вывески в чужом городе:

— Bobruisk. Пятьдесят два.

Я посмотрел на стрелку. Пятьдесят два километра. И от Бобруйска ещё двадцать. Я посчитал в уме раньше, чем успел себе запретить.

* * *

Абонент пропала на третий день наступления.

Мы шли уже по сухому, по лесным дорогам, на северо-запад, а впереди, говорили, немцы бросали всё: машины, пушки, обозы. На одной лесной дороге стояла немецкая колонна, брошенная целиком. Подводы, кухня, штабной автобус, лошади, выпряженные и привязанные к деревьям. Лошади ржали. Абонент посмотрела на колонну, посмотрела на меня и убежала туда, в обоз, не дожидаясь разрешения.

Я её не звал. Знал, куда она ходит. Немецкий обоз, немецкие подводы, немецкие запахи. Хексе. Ведьма. Она пропала у них прошлой весной с донесением, и, может, теперь искала своих. Может, кого-то из своих.

К вечеру она вернулась. Не одна.

Рядом с ней шёл пёс. Немецкая овчарка, кобель, крупный, чёрный с рыжим, с обрывком ремня на шее и с выражением на морде, как у новичка в чужой роте: всем кивает и никому не верит. Абонент подвела его к кухне. Посмотрела на Степаныча. Степаныч посмотрел на пса. Пёс посмотрел на котёл.

— Это ещё кто?

Абонент села рядом с кобелём. Плечом к плечу. Это был ответ.

Степаныч вздохнул и отрезал два куска хлеба. Абонент свой взяла сразу. Кобель свой не взял. Подождал, пока Абонент съест свой, посмотрел на неё, получил, видимо, разрешение и только тогда взял.

— Воспитанный, — Степаныч кивнул. — Не то что наши.

Калужский открыл опись. Карандаш завис.

— Принадлежность подвижная. Одна. — Он подумал. — Трофейная. В сопровождении.

— В чьём сопровождении?

— Абонента.

Чистяков, узнав, пришёл на следующее утро с папкой. Смотрел на кобеля долго. Кобель лежал рядом с Абонентом и при виде папки зарычал тихо, без злобы, скорее для порядка.

— Категорию уточню, — Чистяков закрыл папку. — Потом.

Уточнял он, по-моему, до конца войны.

* * *

Двадцать седьмого вечером ветер принёс дым с востока.

Дымом пахло весь день. Бобруйск горел, и сам город, и всё вокруг. Позади нас, к востоку, в кольце, сидели немцы, говорили, несколько дивизий, и весь день над ними висели наши самолёты: шли волнами, по сорок, по пятьдесят, и сыпали, и уходили, и возвращались. Земля дрожала с утра до вечера.

Наш батальон стоял на северо-западной дороге из Бобруйска, у леса, на опушке. Это была дорога, по которой немцы могли выйти из кольца. Больше дорог у них почти не осталось.

— Сюда пойдут, — Ремез стоял у карты. — Ночью.

— Пойдут.

Ремез посмотрел на меня. Он всегда смотрел так, когда я соглашался раньше, чем он закончил. Ничего не записал.

Бобруйск. От Бобруйска до Заболотья было двадцать километров. Я это знал не из Википедии. Это было у Довнара в документах, в карточке, в каждой анкете, которую он заполнял до войны: Заболотье, Бобруйского района. Я заполнял их тоже, его почерком, его фамилией. Двадцать километров. Полдня пешком. Час на машине. Там, в двадцати километрах, его мать прожила три года под немцем. Жива или нет, я не знал.

Я никому


Юлия Григорова читать все книги автора по порядку

Юлия Григорова - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки kniga-for.me.

Все материалы на сайте размещаются его пользователями.
Администратор сайта не несёт ответственности за действия пользователей сайта..
Вы можете направить вашу жалобу на почту knigi.for.me@yandex.ru или заполнить форму обратной связи.