Земной Союз - Андрей Буревой
Грязно выругавшись ещё про себя, я таки справился с охватившими меня эмоциями. И, встряхнувшись, обратил уже более-менее осмысленный взгляд на сидящую напротив Лэйн, что на пару с одним паршивцем — опять забравшимся на стол!, пристально смотрели на меня. Ти-Ар — с сузившимися в каком-то подозрении анимированными глазками, а Эвелин, так и вовсе замершая с недоеденным бутером в руке. Это, впрочем, девушка быстро исправила — стоило мне только обратить на неё внимание, как она как ни в чём не бывало продолжила есть. Так, словно и не было ничего только что. Но я заметил, заметил эту странность поведения робототехники, никак не мотивированную, если она слышала только мою часть разговора с Бретонами и Баури!
— Только не говорите мне, что вы можете перехватывать связь между коммуникаторами… — озвучил я пришедшую на ум несколько нелепую догадку, с подозрением уставившись на эту шпионскую робототехнику.
Та и не сказала ничего! Лишь выразительно переглянувшись меж собой!
Я, закатив глаза, молча хлопнул себя раскрытой ладонью по лицу. И посидел так немного, пока не справился с собой. А потом… потом подумал что так даже лучше — не придётся Эвелин ничего объяснять.
— Значит, вы уже в курсе, что эти поганцы Брентоны в поисках моего грязного белья наткнулись на один мой неприятный секрет… грозящий самыми серьёзными последствиями, если выйдет наружу. И вздумали шантажировать меня… — вздохнул я, принимаясь за еду.
— Да, — лаконично подтвердила Эвелин, с тщательно ею скрываемым, но неослабевающим вниманием пристально наблюдая за мной. И Ти-Ар с ещё большим прищуром уставился на меня, словно подозревая в чём-то нехорошем!
— И выкрутиться из этого мне будет крайне непросто… — с досадой продолжил я. И сознался: — На самом деле пока даже не представляю как это сделать…
— Заплатить им?.. — после непродолжительной паузы внесла предложение наивная робототехника.
— Ага, а потом ещё и тебя отдать им поразвлечься! — с нескрываемым сарказмом высказался на это я. И категорично мотнул головой. — Нет. Никто не будет им ничего платить. Это путь в никуда. — После чего, проникновенно посмотрев на несколько напряжённую девушку, веско сказал. — А о включении в какую-либо плату тебя, в принципе не может быть речи. Я тебя никогда, никому и ни при каких условиях не отдам. Заруби это себе на носу.
На что она, помедлив, серьёзно кивнула — в моих расшалившихся чувствах как невесомым облаком окутавшись источаемым ею чувством признательности. И кажется, прониклась желанием сделать мне что-то приятное… Которое девушка, впрочем сдержала, ввиду некой неуместности подобного.
— Что же нам теперь делать?.. — спросила затем Эвелин, возвращаясь к еде.
— Сейчас?.. — вроде как уточнил я. А потом продолжил. — Сейчас — ровным счётом ничего. Время-то ещё есть… Да и в принципе нельзя принимать никаких решений сгоряча. — Ну и обрисовал парадигму дальнейших действий, преувеличенно бодро заявив: — Так что… Так что сейчас мы поедим, и банально завалимся спать! Как говорится — утро вечера мудренее и всё такое… Отдохнём, в общем, хорошенько после столь продолжительной поездки, придём в себя, а потом, уже на свежую голову будем искать пути решения этой проблемы. И сами, и со старшими товарищами ещё посоветуемся — можно они что путное подскажут на этот счёт…
И, как я сказал, так мы и сделали. Поели и отправились спать. Я ж реально умаялся и соображал с трудом. И даже вся эта выбивающая из колеи история с шантажом лишь ненадолго взвинтила-взбодрила меня. Ну или такая чистая совесть у меня… Но вырубился я практически мгновенно после того как упал в постель, факт!
Жаль хорошими сновидениями похвастаться я не мог. Какие-то жуткие нелепости всё снились, с гоняющимися по всей Базе за испуганными Брентонами какими-то огромными, круглыми бронестворками, желающими этих гадёнышей раздавить… Так что раздражающее обычно спросонья пиликанье позабытого комма было воспринято мной с определённым облегчением.
«- Да?..» — прохрипел я, не глядя принимая вызов. Только потом, продрав глаза, обнаружив что он поступил от Болдуина Глосса, возникшего на развернувшемся виртуальном окне.
«- Уайт, ты в конец охренел что ли⁈» — с непривычной для него экспрессией обратился ко мне отец Талли, явно пребывающий в полном бешенстве.
«— В смысле?..» — удивлённо хлопнув глазами, растерянно произнёс я.
«- В самом прямом смысле!» — зло припечатал высокопоставленный безопасник, явно находящийся в данный момент на службе, судя по надетому форменному мундиру и суетящимся вокруг подчинённым. И сместил фокус своего комма на остановку вокруг — какую-то богато обставленную комнату. Спальню. В которой, на монструозных размеров кровати, лежал раскинувший в стороны руки мёртвый чел. Мёртвый — потому что с простреленной башкой не живут!
«Это… Это ж Роберт Баури!» — мгновением спустя опознал я знакомого мне по вчерашнему разговору хлыща с пижонскими усиками.
И… И с меня моментально весь сон слетел! А когда в смещённый Болдуином Глоссом фокус попал небрежно брошенный на полу перед кроватью примечательный ствол — золочёный «Дезерт Игл», ещё и ледяным холодом пробрало…
Сказать, что я растерялся, это ничего не сказать. Некоторое время у меня просто не было ни одной связной мысли… Ведь такого я, хоть и питавший некие смутные опасения — проявившие себя даже в моих тревожных снах, касательно жизненные перспектив давешних шантажистов, зацепивших Лэйн, уж точно не ожидал. Что выльется это всё в натуральную подставу!
«- Да, Уайт, такого я от тебя не ожидал…» — процедил сквозь стиснутые зубы отец Талли.
«- Так… А я тут причём?..» — робко заикнулся я, пытаясь не столько съехать с темы, сколько разобраться, почему так сразу вышли на меня. Нет ли у них там ещё случайно и высококачественных съёмок с камер слежения, где я захожу в гостевой жилмодуль, занимаемый Робертом Баури, и нагло и цинично убиваю его…
«Хватит прикидываться дурачком, Уайт!» — гневно бросил Болдуин Глосс, отчего-то совсем обозлившись на меня. И катнув желваками, язвительно продолжил: «- Произошедшая с твоей матерью трагедия ни для кого здесь не является тайной! В