Демон из средней школы. Повесть вторая - Фил Шрайбер

— Обычный вкус. Кукурузный, — сказал Хига, попробовав суп из своей банки.

— А мне всё железом отдаёт. — Она поставила банку на пол, но Хига попросил держать в руках: разольётся. Араи послушно подняла её обратно.

Четвёртую банку он понёс Оте. Постучал костяшкой в стекло; Ота резко повернулся к нему, задев плечом дверь. Опустил стекло не сразу.

— Это я, Ота-сан. Суп принёс.

— Не надо стучать. Я вас вижу.

— Извините, Ота-сан. Возьмите суп, он ещё горячий.

— Я не буду. Унесите, — сказал Ота, посмотрев на банку, потом на руку Хиги.

Хига хотел попроситься посидеть у него, но Ота уже поднимал стекло. Пришлось возвращаться к женщинам.

В первой машине работала печка. Араи снова тёрла окно рукавом; расчищенный круг запотевал, едва она убирала руку. За ним были дорога, забор и калитка. Она проверяла это каждый раз. Фудзисава сверяла номера пломб в описи. Хига видел, как её палец дошёл до конца строки, вернулся к началу и пошёл по цифрам снова.

— Фудзисава-сан, вы уже проверяли эти номера, — сказал он.

— Я сбилась.

— Там четыре номера. Они все совпадают.

— Дайте мне закончить проверку.

Он сел и зажал оставшуюся банку между коленями. Некоторое время слушал, как Араи водит рукавом по стеклу. Потом достал блокнот с адресами.

— У вокзала есть рамэнная, работает до трёх ночи. Я хотел туда сходить. Бульон свиной с куриным, и лука много, на фотографиях он почти всю миску закрывает.

— Вы сейчас правда можете думать про рамэн? — спросила Араи, повернув к нему голову.

— Я не о еде говорю, — сказал Хига, посмотрев на страницу. — Там светло, люди сидят. Можно было бы после спуска зайти всем вместе.

— Нам ещё нужно закончить опись, — сказала Фудзисава.

— Возьмём бумаги с собой. Сядем за стол и спокойно всё допишем. Я угощаю.

Араи начала было отвечать, но отвернулась и прижала рукав ко рту. Хига ждал. Фудзисава тоже перестала считать.

— Только не обещайте, что через час всё закончится, — сказала Араи, убрав руку. — Вы не знаете.

— Я не обещаю. Я просто хочу потом сидеть где-нибудь с вами. Можно ведь этого хотеть?

— Можно, — сказала Фудзисава.

— До этой рамэнной далеко от вокзала? — спросила Араи, подвинув свою банку и освободив ему место для блокнота.

Он стал объяснять дорогу. На втором повороте запутался, начал сначала; никто его не поправил. Блокнот так и остался открытым на коленях.

Позже Хига достал сахар с Окинавы и положил пакетик на панель. Фудзисава взяла кусочек, потом второй. Он хотел сказать, что это сахар, но она разглядывала третий кусочек так внимательно, что он промолчал. На бумаге рядом с её пальцами расплылось мокрое пятно: суп она всё-таки открыла, пролила и не заметила.

Около полуночи Хига попросил разрешения задержаться у ворот перед входом.

— Я спрошу, можно ли нам это унести. Как в первый день спрашивал, можно ли войти.

— А если вам ответят? — спросила Араи, зажав банку между ладонями.

Хига молчал.

— Вы об этом подумали? — Голос у неё начал подниматься. — Что мы будем делать, если оттуда кто-нибудь ответит?

— Если скажут, что нельзя, мы не пойдём.

— А если скажут, что можно? Вы поверите? После всего, что мы сегодня видели?

Фудзисава положила ладонь на край планшета Араи, удерживая его: та уже почти столкнула бумаги на пол.

— Не надо сейчас спорить.

— Я не спорю! Я прошу его больше ничего оттуда не звать!

Хига закрыл блокнот.

— Хорошо, Араи-сан. Я не буду спрашивать разрешения. Только не кричите, пожалуйста.

Фудзисава ждала, пока Араи опустит банку.

— Поднимемся, упакуем и спустимся вместе. Нам нужно закончить до шести.

— Вы это уже говорили, — сказала Араи.

— Я знаю.

Фудзисава посмотрела на часы и ещё раз прочла третий пункт указания. Потом убрала лист, но почти сразу достала обратно.

В половине второго проверили связь. Услышав ответ поста, Араи наклонилась к рации.

— Пост, скажите ещё что-нибудь.

— Что именно?

— Не знаю. Что у вас там сейчас происходит?

— Приборы работают. Ота-сан к дороге пошёл. Собака лает.

Собаку было слышно и без рации. Араи кивнула, хотя оператор не мог этого видеть, и отпустила кнопку.

Ота вернулся от дороги, подошёл к открытой двери первой машины. Хига поднял на него глаза.

— Ота-сан, там кто-нибудь есть?

— Никого. Дорогу смотрел.

Фудзисава спросила, во сколько рассветёт.

— В шесть двадцать, — ответил Ота.

— Значит, успеваем.

Араи закрыла глаза. До утра оставалось меньше пяти часов. Вместо того чтобы переждать их в машине, они собирались снова идти наверх. Она открыла рот, но Фудзисава уже убирала бумаги в файл, и Араи стала помогать ей собирать листы.

Перед выходом Фудзисава велела сложить всё на сиденье, чтобы ещё раз проверить. Араи стала вытаскивать пакеты из сумки. Фудзисава тут же спросила, зачем она их вытаскивает: пора идти.

— Вы сказали выложить всё на сиденье.

— Я сказала проверить, всё ли взяли.

Араи посмотрела на неё, потом на пакеты у себя в руках. Спорить не стала. Один пакет никак не входил обратно; она смяла его, запихнула глубже и с силой дёрнула молнию.

— Араи-сан, опись не сомните, — сказала Фудзисава.

— Она у вас. Вы её забрали.

Фудзисава нашла файл под контейнером и протянула Араи. Несколько секунд обе держались за него, пока Араи не сказала:

— Отпустите файл, Фудзисава-сан. Я его держу.

Контейнер Фудзисава оставила себе, пакеты и опись — Араи. Оба фонаря отдала Хиге. Ота стоял у двери и ждал, когда они освободят проход.

— Я дойду до второй сосны. Буду ждать у Т2, потом помогу донести контейнер до машины.

— Ота-сан, вы с нами не подниметесь? — спросила Араи.

— В зал не пойду. Я говорил.

— Вы хотя бы у двери постойте.

Ота качнул головой. Араи отвернулась к сиденью и стала проверять сумку, которую только что застегнула.

— Давайте уже решим, кто что делает, — сказала она. — Я снимаю ткань. Дальше кто берёт нож?

— Я, — сказала Фудзисава. — Вы записываете и помогаете с упаковкой.

— А кто возьмёт руку?

— Там посмотрим, — ответила Фудзисава, поправив ремень контейнера.

— Мы уже смотрели. Я весь день на неё смотрела.