Испытание воли - Владимир Александрович Сухинин

* * *

Утром выглянуло местное солнышко, пригрело лес и болото, по воде потянулся туман, укрыв серым росистым одеялом болото и лес. Но вскоре солнечные лучи растопили его ненасытную утробу, и туман истаял.

Антон встал с лежака, размял мышцы и приготовил себе полевую кашу с «тушенкой». Тушенку он стал делать по образцу индейцев. Это была не тушенка в обычном понимании, но Антону привычнее было так называть получившийся продукт. Он многое вспомнил из того, что случайно узнал в прошлой жизни, и эта память сослужила ему добрую службу. Он заставил сушить и вялить на воздухе мясо коров, чем заслужил отзыв старого Флапия о дурости молодого лорда, который по глубине недомыслия превзошел своего отца. А тот, по его словам, был известный всем глупец. Получив скалкой по спине от жены Франси, Флапий забился в угол свинарника и там изливал душу и свои мысли свиньям. До вечера просидел в хлеву, боялся показаться жене на глаза. Антона слова старика лишь рассмешили. Тот был неисправим в своем ворчании и судил о том, чего не мог понять, а чего не мог понять, то считал дуростью, и это из него уже невозможно было выбить.

— Оставь его, Франси, — рассмеялся Антон и ушел.

Затем вяленое соленое мясо резали на мелкие кусочки, топили жир и этим жиром заливали. Антон не помнил, как этот продукт называли индейцы, но помнил, что это было сытно и хорошо восполняло калории.

Налив воды в котелок, он положил полбрикета смеси из застывшего жира и мяса, растопил его и засыпал крупу, похожую на перловку. Подождал полчаса и стал есть горячую разваренную кашу. Не забыл посыпать зеленью, которую приучил есть всю челядь. Спасибо аптекарю, который нашел такие растения в горах. Там росла также черемша, и Артем велел ее солить и мариновать. Запил взваром из ягод и меда и, присев у края родничка, стал мыть серебряную тарелку. Остатки каши подвесил под потолком хижины.

У него был впереди целый день, и он не хотел тратить впустую время. Антон отправился к клочку суши примерно в ста метрах от острова и там, под чахлым кривым деревом, закопал амулет и наконечники, наполненные магией света. Для Изы и Франси было бы невыносимо находиться рядом с ними, и Антон это хорошо понимал. Оставил лишь крестик как амулет Заката. Но и его придется снять и убрать, если он будет использовать стрелы с серебряными наконечниками и амулет для защиты от колдуна.

Болото не поле, по которому можно пройти в любую сторону. На болоте есть тропки и разведанные пути, где можно пройти и не утонуть. Их надо хорошо знать. Таких путей не так много, и Антон потратил день на запоминание пути до края болота и обратно. Он прошел трижды тремя маршрутами, вымок, выбился из сил. Когда уставал, просил помощи у креста, и тот наполнял его силами.

Вечером он сидел рядом с избушкой у костра, разложенного в вырытой яме, обложенной камнями, в одном исподнем, укутавшись в полушубок. На ветках над костром сушилась его одежда.

Приближение людей он почувствовал издалека. Как это у него получилось, он не понял, но осознал, что это сработал сканер, который он давно не использовал. Отметки появились на расстоянии метров ста от него, хотя ранее он мог видеть не далее тридцати. Значит, догадался Антон, его возможности растут, и был этому обрадован. Он дождался Франси и Изы в сопровождении разведчика Эрлая. И встретил их, плотнее кутаясь в полушубок и в сменных солдатских сапогах.

— Добрались, — удовлетворенно произнес он и спросил: — Где слуга?

— На охране остался там, — неопределенно махнула рукой королева-мать, — когда надо будет, я его позову.

— Хорошо, — не стал спорить Антон, — устраивайтесь в избушке. Франси, садись ужинать, и ты, Эрлай, садись. Верно, устал.

— Устал, — кивнул разведчик, — поем, отдохну и вернусь домой. Я так понимаю, что тут я вам не нужен.

— Не нужен, Эрлай, сами справимся. Справимся, Франси? — с улыбкой спросил Антон женщину, та устало кивнула. Зашла в избушку и вскоре вышла оттуда с корзиной.

— Тут пироги и настойка, милорд, чтобы не заболеть, сало и жареная утка.

— Хорошо, я проголодался, — ответил Антон. — А я поделюсь полевой кашей, ее на всех хватит. Хотя, так понимаю, Изе наша пища не подойдет.

— Не подойдет, — раздался голос из избушки, — я просто посижу рядом.

Ели молча и даже с жадностью, доели кулеш, запили настойкой и заели пирогами. От утки остались лишь кости, которые Франси выбросила в воду болота. Эрлай распрощался и ушел, уводя лошадей.

Когда остались одни, Антон обратился к матери-королеве:

— Ну, Иза, рассказывай, где наш колдун.

— Он не наш, он слуга князя Маразмирала, — хмуро ответила вампирша, — скоро подойдет к границам ваших земель, хозяин. Утром надо ждать его на болоте. А как вы?.. Сумели вызвать служителей Рассвета?

— Думаю, что сумел. По крайней мере, они узнали, где находится то, что они ищут не одно столетие.

— И что же это? — не сумев скрыть любопытство, спросила Иза.

Антон опустил глаза в костер, подбросил ветки и усмехнулся:

— Эта тайна может стоить жизни, Иза. Пусть она останется со мной.

— Пусть. Это разумно, — ответила мать-королева. — Знать чужие тайны бывает очень опасно. Вы сильно рискуете.

— Да, Иза, сильно, но и выхода нет, поэтому мне и нужен колдун… — Он помолчал и произнес: — Живым.

— Я понимаю, — кивнула Иза. — Чем могу помогу.

— И я помогу, — добавила Франси.

— От тебя, Франси, нужна защита разума, — ответил Антон. — Я вот все думаю, почему нет амулетов, которые защищали бы разум?

— Потому что тех, кто владеет этим даром, убивают в первую очередь, милорд, их считают опасными… И закатные, и рассветные, и просто неграмотные, темные люди… Но амулет сделать можно, если его зарядить темной энергией.

— Да-а-а? — удивился Антон и с интересом посмотрел на Франси. — А почему именно темной?

— Не знаю… но знаю, что с помощью темной силы можно защитить разум.

— Разве силы бывают темные или светлые? — спросил Антон. — Сила — она и есть сила. Только тех, кто поклоняется Матери Ночи, или вампиров, — Антон кивнул в