Белый кот старейшины Цунчжэ. Том 1 - Юй Сы

– Это я, – подтвердил он.

– Приветствую старейшину Цунчжэ! – звонко отозвался Чэнь Цю, обхватывая кулак ладонью и кланяясь.

– А-Цю, что ты… – нахмурился глава клана Дракона, чувствуя, что следующие слова этого безобразника обязательно принесут ему головную боль.

– Вы же придумали технику Нефритового меча? – прямо спросил А-Цю.

Цин Юйдунь слегка нахмурил брови, в недоумении оглядываясь на шисюна. Губы И Чэня дернулись: он знал, что шиди совершенно не умеет разговаривать с детьми. Однако помогать не стал – вопрос был простой, это знали все, и благодаря этому Цин Юйдунь вошел в десятку сильнейших.

– Да, придумал, – отозвался он, не понимая, к чему ведет юноша.

– И у вас нет ни одного ученика, правда? – спросил Чэнь Цю, сверкая глазами.

Цин Юйдунь кивнул. Чэнь Канлун начал догадываться, к чему все это, но прежде, чем он успел заткнуть племяннику рот, этот негодный мальчишка сделал еще маленький шажок вперед.

– Если я выиграю состязания, вы возьмете меня в ученики?

– Неслыханная наглость! – взорвался глава клана Дракона, хватая юношу за ухо. – Что ты несешь, А-Цю? Откуда в тебе столько самоуверенности? Как ты можешь стать первым учеником Цзис… старейшины Цунчжэ? И кто ты такой, чтобы ставить условия?!

– Глава клана, глава клана, успокойтесь! А-Цю просто импульсивный! – вмешался И Чэнь, пытаясь подавить рвущийся смех, на который его пробрало из-за ошеломленного вида шиди. С подобной наглостью он еще не сталкивался.

– Что за идиот, – тихо пробормотала Сы Куй, закатывая глаза и тут же получая от матери предупреждающий взгляд. Она выпрямила спину и сделала равнодушное лицо: клан Змеи должен уметь сохранять достоинство и хладнокровие в любой ситуации.

Остальные старейшины Юньхэ тоже навострили уши: Цин Юйдуня постоянно терроризировали потенциальные ученики, но еще ни один из них не был молодым духом Дракона и ни один не был настолько дерзким.

– Цзисюань, прости этого негодника, – быстро проговорил Чэнь Канлун, виновато глядя на Цин Юйдуня, который все еще пребывал в ступоре. – У него в голове помутилось от радости, что я позволил ему прилететь со мной. Сопляк впервые за пределами клана и все время грезит о том, что станет лучшим мечником мира. Я никогда бы не подумал, что он…

– А вот и стану! – обиженно воскликнул Чэнь Цю, которого дядя оттеснил за спину. – Что неправильного я сказал… – пробормотал он, потирая ухо, и в этот момент выглядел как самый настоящий ребенок.

– Что за невоспитанный юнец! – взорвался Чэнь Канлун. – Твоя мать…

– Я возьму, – неожиданно прервал их перепалку Цин Юйдунь.

– Что? – Все присутствующие на помосте обернулись к нему, не веря своим ушам.

– Что ты сказал? – переспросил глава клана Дракона, часто моргая от удивления.

– Я сказал, что приму этого мальчика в ученики, если он выполнит то, о чем заявил, – спокойно произнес Цин Юйдунь.

И Чэнь подавился чаем, чуть не уронив челюсть на пол. Его! Шиди! Мог выбрать любого ученика, а решил взять Дракона! Духа-хранителя! Неслыханно! Впрочем, все остальные тоже были потрясены – мало того что духи-животные почти никогда не поступали в ученики в человеческие секты, так еще и всегда холодный, равнодушный, недостижимый, как сами горы Тайшань, старейшина Цунчжэ согласился взять ученика.

– Н-н-но… – наконец обрел голос Чэнь Канлун.

– Да! – воскликнул Чэнь Цю, ударяя кулаком в воздух.

– Но только если ты победишь в состязаниях, – напомнил ему Цин Юйдунь и, слегка поклонившись всем присутствующим, направился к своему месту, где под многочисленными взглядами невозмутимо уселся на подушку, налил себе в пиалу чая и немного отпил. После этого он спокойно посмотрел на И Чэня.

– Ах, верно, – спохватился глава секты, наконец вспоминая. Он сложил руки в печать, усиливая свой голос с помощью ци, и громогласно произнес: – Господа, прошу занять свои места, Конференция Юньхэ объявляется открытой!

Пока глава Юньхэ объявлял правила состязаний, Чэнь Канлун, занявший свое место на помосте, снова выкрутил ухо племяннику.

– Только посмей опозорить клан Дракона и не выиграть, – сказал он, но в его голосе не было злости.

Причиной прошлой вспышки ярости стала неожиданность и удивление. Теперь же он чувствовал некоторую гордость за племянника – тот не побоялся бросить вызов всей секте Юньхэ и попроситься в ученики к самому неприступному старейшине. А если Цзисюань согласился, значит, что-то да разглядел в его племяннике. Это заставило Дракона раздуться от гордости. Но вместе с тем где-то на задворках сознания он думал: «Что же я скажу сестре…»

– А то твоя матушка с нас обоих чешую сдерет, – замогильным голосом добавил Чэнь Канлун и тут же пожалел о своих предыдущих словах. Его племяннику лучше всего проиграть! Проиграть всем и каждому, благополучно вернуться домой и получить заслуженную порку!

Чэнь Цю невозмутимо фыркнул и повернулся к арене, на которую выходили первые сражающиеся. Конференция Юньхэ официально началась.

Дабы сражения проходили максимально честно, все желающие принять участие делились по стадии своего совершенствования. На арену не допускались молодые люди уровня Конденсации ци – хотя это и считалось первой ступенью совершенствования, на самом деле то была лишь подготовительная стадия: те, кто собирался заниматься постижением Дао, должны были прежде всего научиться собирать ци в свои даньтяни, отделять нужное от ненужного и направлять потоки энергии по меридианам. Для заклинателя стадии Цин Юйдуня это было так же просто, как дышать, однако для новичка – совсем нет. На это уходили годы практики, прежде чем совершенствующий мог заложить основание и начать формировать золотое ядро.

В Конференции Юньхэ могли участвовать те, кто достиг стадии Возведения основания и выше. Сражались обычным оружием, не духовным, поскольку хранить его нужно было в золотом ядре, и это требовало огромных затрат энергии. Разница между духовным и обычным оружием была очевидна: духовное оружие, по сути, имело контракт с заклинателем и было тесно связано с его золотым ядром, впитывая ци хозяина. В зависимости от техники, которую изучал совершенствующийся, его меч, лук, кнут, сабля или что-то другое приобретало уникальные характеристики, и известных заклинателей мигом узнавали по их духовному оружию. Не сказать, что обычный меч или кнут вообще не обладали духовными силами: практически что угодно можно было усовершенствовать до духовного, если напитать его своей ци и приложить немало усилий для очищения. Но не любой меч становился знаменитым.

Поскольку духовное оружие, связанное контрактом, подчинялось только хозяину, проще всего забрать его себе было, убив владельца. Могущественное божественное оружие привлекало невероятное внимание на аукционах. Заклинатель мог и отказаться от своего оружия, разорвав контракт. Так, меч Цин