Белый кот старейшины Цунчжэ. Том 1 - Юй Сы

– Да ты, верно, реагируешь на стрелу! О Владыка, это моя вина! – И Чэнь поддержал его за плечо, когда Цин Юйдунь покачнулся. – Что мне сделать, скажи?

– Учитель! – раздался звонкий мальчишеский голос. Цин Юйдунь поднял глаза и увидел, что к нему во весь опор мчится А-Цю, а за ним прыгает меховой шарик, который изначально был его котенком.

Несмотря на всю серьезность ситуации, И Чэнь, не видевший духовного зверя полгода, открыл рот от удивления, заметив большого толстого кота.

– Это… тот котенок? – недоверчиво спросил он.

– Ага, это Маомао, – скривился А-Цю, пытаясь незаметно пнуть белого зверя. Тот увернулся от сапога юноши и, подбежав к Цин Юйдуню, замер в чжане от него. Кот повел носом, большими голубыми глазами глядя на красный наряд хозяина.

– Мяу, – резко выдал он и фыркнул. От хозяина пахло другим человеком.

А-Цю тоже завис, разглядывая красное одеяние Учителя, и только затем почтительно поклонился.

– Учитель, вы наконец-то вернулись. Дядя сказал, что вы были ранены, – выпалил он. У него чесались руки подбежать к мужчине и обнять его, но он знал, что старейшина не любит прикосновения.

– Все в порядке, – отозвался тот. В его голосе уже не было прежнего равнодушия. – Всего лишь небольшое ранение.

– Мяу? – встревоженно отозвался кот. Он сделал несколько шагов вперед, передними лапами наступил на сапоги Цин Юйдуня и поднял морду вверх. Тот вздохнул, пытаясь успокоить ци.

– Где же в порядке?! – воскликнул И Чэнь. – Тебе необходимо срочно взять под контроль потоки энергии. Даже отсюда я чувствую, как нестабильно она движется.

– Да, госпожа У сказала, что мне придется уйти в уединенную медитацию, – обыденным голосом сказал Цин Юйдунь, стряхивая кота с ноги и направляясь к своему дому. Остальные поспешили за ним.

– Надолго? – спросил А-Цю, подпрыгивающий от нетерпения показать Учителю все, что он изучил за неделю.

– Вероятно, на год, – отозвался тот. В его голосе звучало спокойствие, которое резко контрастировало с удивленными воскликами его спутников.

– На год?! – в один голос спросили А-Цю и И Чэнь, и глава секты смущенно кашлянул. Кот трусил за ними, присоединяясь возмущенным мяуканьем.

– Это же так долго! – негодовал А-Цю, когда они зашли в резиденцию. Журавли приветственно замахали крыльями. – Учитель, как же я буду обучаться без вашей помощи?

– Вероятно, дольше, – задумчиво протянул Цин Юйдунь, переводя взгляд с ученика на главу секты. – Шисюн, может быть…

– Нет, – отрезал И Чэнь, понимая, к чему старейшина клонит. – Моя техника не сочетается с твоей. А-Цю может получить отклонение ци.

– Учитель! – возмущенно захлопал ртом Чэнь Цю, понимая, что Учитель только что предложил главе секты забрать его к себе. – Это ничего, если вы не сможете меня обучать. Я сам научусь, вы только покажите мне движения! – тут же затараторил он, хватая Цин Юйдуня за рукав. От рывка в груди мужчины снова заболело, и он еле заметно нахмурился.

– А-Цю, ты прилежный ученик, и этот Учитель рад твоему рвению. – Он высвободил свой рукав и похлопал юношу по плечу. – Я покажу тебе еще десять шагов. Я рассчитывал, что ты будешь осваивать их постепенно, но другого выхода нет: придется тебе запомнить их сейчас. – Он прошел в свой кабинет и приблизился к шкафу. Изящная бледная рука взяла с полки нефритовый свиток. – Это вторая ступень Нефритового меча.

Глаза А-Цю загорелись: оказывается, столь жаждаемая им вторая ступень пылилась на полке! Он вытянул руку, но Цин Юйдунь неожиданно передал свиток И Чэню.

– Шисюн, прошу, отдай этот свиток А-Цю через полгода, – спокойно сказал он, не глядя на разочарованного юношу.

– Учитель, я могу и сам сохранить его! – встрял он, голодными глазами глядя на свиток в руках И Чэня.

– Нет, ты недостаточно сдержан, – отказал Цин Юйдунь, не оставляя места для возражений. – Что касается движений… – Он как будто задумался.

Глава секты скользил глазами по его бледному лицу, отмечая градины пота на лбу и висках. Цин Юйдунь, хоть и казался равнодушным, как обычно, но явно чувствовал себя очень плохо.

– Мяу! – громко привлек к себе внимание кот, опираясь передними лапами на ноги старейшины.

С некоторым трудом наклонившись, Цин Юйдунь поднял его на руки.

– Маомао, – рассеянно сказал он, держа кота. Тот дернулся, стремясь прижаться к груди хозяина, но Цин Юйдунь держал его на расстоянии, чтобы не тревожить бинты. Маомао чихнул, забавно шевеля усами. Его голубые глаза неотрывно следили за малейшими изменениями в лице хозяина.

– Я позабочусь о Маомао, – спохватился А-Цю, понимая, что его Учитель в затруднении. – К тому же он все равно почти ничего не ест, кроме ци. Вся эта рыба ему без надобности. В духовном камне еще много осталось. Ему хватит на сто лет. – Юноша с неприязнью посмотрел на толстое белое тело. – Если он не будет таким прожорливым, – добавил он себе под нос.

– Прекрасно, – сказал Цин Юйдунь, без тени сомнений передавая ошалевшего от такого известия кота А-Цю. Тот сжал его в своих объятьях, и кот тут же недовольно зашипел, начал вырываться и цапнул руку противного мальчишки, оставляя кровавые царапины. Тот вскрикнул, Маомао вырвался и бросился на улицу, высоко задирая хвосты.

– Кажется, твой кот обиделся, – усмехнулся И Чэнь. – Цзисюань…

– А-Цю, идем. Я должен показать тебе движения, – прервал главу клана тот, выходя на улицу. А-Цю поспешил за ним.

Тяжело вздохнув, И Чэнь посмотрел на нефритовый свиток в руках – бесценное сокровище, которое пылилось в беспорядке кабинета Цзисюаня… За этот свиток многие были готовы убить. Снова вздохнув, он спрятал его в рукав и направился за шиди.

Обойдя резиденцию, Цин Юйдунь вышел на поляну посреди бамбуковой рощи. Сложив перед собой руки в печать, он извлек духовное оружие из золотого ядра. Это действие отозвалось ломотой во всем теле: ци разрывала его меридианы, ее поток хлынул в средний даньтянь, больно обжигая.

– Смотри внимательно. – Побледневший Цин Юйдунь и виду не подал. Он поднял меч и принял стойку. – Тебе придется запомнить все с первого раза, – добавил он, но умолчал, что это не потому, что он строгий Учитель, а потому, что на большее у него не хватит сил.

– Да, Учитель! – звонкий голос разнесся по поляне, и Цин Юйдунь сделал выпад.

Движения его меча были элегантны и плавны – чтобы А-Цю смог разглядеть все. Но, несмотря на это, каждое движение доносило до трех зрителей – притаившись на дереве, смотрел и обиженный кот – ударную волну ци.

– И следующие десять, – неожиданно выдохнул Цин Юйдунь, не опуская меч, а делая им резкий взмах. Бинжэнь сверкнул на солнце, разрезая воздух. Лед, покрывавший клинок, сиял, как серебро.

Чэнь Цю расширил глаза, стараясь