Дэн Абнетт - Крестовый поход на миры Саббат: Омнибус

Через миг после того, как Дапрокк это заметил, изображение изменилось. Тей обвел отбитую часть красной рамкой для большей заметности и наложил на нее быстрый набросок того, что там находилось до того, как это украли партизаны.

— Золотая аквила, — сказал магос с удовлетворением, которое Дапрокку совершенно не хотелось разделять. — Это нам кое о чем говорит.

И вот тогда по манифольду прошла рябь — трансляция, у которой не было точного органического аналога. Гневный вопль, ликующий крик, красное марево в глазах, волна дерганого, насыщенного адреналином возбуждения, проходящая сквозь живот и поднимающаяся по позвоночнику. Кодированный клич скитария, идущего в бой.

Сервочереп повернулся лицом к земле и рухнул как камень. Его слуховые сенсоры были слишком грубы, чтобы уловить выстрелы на таком расстоянии, да еще сквозь шум ветра. Но глаза обладали потрясающим зрением — их создали по самым сложным шаблонам, какими только располагала его родная кузня — и без проблем различили клубы пыли из-под бегущих ног, дульные вспышки, мелькающие размытые пятна инфракрасного излучения от лазерных лучей, раскаляющих воздух.

Череп снова включил суспензорное поле, замедлил падение и изменил траекторию, устремившись к месту пересечения трех троп, вьющихся между кучами старых боевых машин. По одной дорожке скачками мчалось красно-бирюзовое пятно — штандарт на спине бегущего скитария. Что-то шевелилось и лязгало в закоулке меж двух разбитых танковых корпусов, между двумя другими тропами — его добыча, мужчина и женщина, что забились в свои укрытия и целились в приближающегося врага. Тропа за спиной скитария была усеяна трупами, укрытыми саванами из серого тряпья и серой пыли.

Череп резко затормозил, по-прежнему глядя вниз, и завис в десятке метров над тропой. Скитарий, чьи органические торс и голова бугрились мышцами, закутанными в флак-ткань, скакал на изогнутых назад аугметических ногах из амортизированной стали и сжимал в обеих руках по короткому, но смертоносно тяжелому гладию. Второй воин Механикус, следующий за ним, поднял короткоствольный гранатомет на дорсальном дендрите, напоминающем скорпионий хвост, и метнул поверх головы своего товарища светошумовой снаряд. Выстрел автоматически послал предупреждение в локальный манифольд, и череп на миг снизил оптическую чувствительность, а под ним вспыхнула бело-голубая сверхновая.

(И все равно свет был таким ярким, что даже на расстоянии десяти метров, отделенный кучей мусора и дорожкой, Галхолин Тей пробормотал: «Вот это мощь», наблюдая за вспышкой глазами сервочерепа. В это время его инфопотоки анализировали спектр света, и мимо него проносились нити данных о строении гранаты и ее происхождении, характеристики гранатомета, ссылки на тактические трактаты о сенсорном вооружении, профили скитариев, известных подвигами в рукопашной, и многое другое).

Первый скитарий не замедлил шаг: его глаза захлопнулись от ноэтического предупреждения, и он рассчитал свой бросок к намеченным целям исключительно по ментальной карте, сделанной за миг до фотонной вспышки. Он был хорош в своем деле. К тому времени, как оптическая связь черепа с магосом Теем возобновилась, она показывала дергающиеся и истекающие кровью тела двоих партизан. Убийца поднял их в воздух на клинках, пронзивших каждого сквозь грудину.

Этот жест был частично театральной жестокостью, частично тактическим приемом. Тела приняли на себя большую часть автоганной очереди, выпущенной третьим партизаном — невысоким человечком с темными волосами, который прижался к стене из мусора в четырех метрах от скитария — а остальные пули остановила флак-ткань. Скитарий с ревом раскинул руки, расшвырял в стороны трупы, заполнил собой проход, и это зрелище приковало последнего стрелка к месту. Он дрожал, сжимая в потных руках автоган и даже не пытаясь его перезарядить, пока вторая граната — реактивный взрывчатый снаряд — не попала в цель и завершила дело.

К тому времени, как эхо взрыва затихло вдали, череп встроился в манифольд кладбища, и оба скитария подняли головы, заметив его своими машинными чувствами. У одного было неприкрытое человеческое лицо, оскаленное и налитое кровью, у другого — кожаная маска с намалеванными на ней молотом и шестеренкой. Долгий миг они пристально смотрели на сервочереп, затем система распознавания союзника преодолела боевые настройки, и оба воина коротко отсалютовали ему, а затем повернулись и побежали прочь.

Сервочереп Тея снова вышел из манифольда и начал взбираться обратно на большую высоту, оставив своего хозяина и его дурное настроение на земле.

— Я должен был действовать быстрее, — вслух вокализировал Тей Бочонку, не особо заботясь о том, слышит его Дапрокк или нет. — Не катаклизм, конечно, но все-таки. Попасть врасплох из-за таких событий. Не подобает.

— Магос, я думаю, что…

— Техновидец, я не могу представить, что вы не слышали, чем закончилась стычка. Эта конкретная группа злоумышленников, которые, как вы думали, собирались предать вас ужасной судьбе, погибла. Я увидел, как это произошло. Моего слова вам должно быть достаточно.

— Магос Тей…

Эти слова послышались одновременно из ротовой решетки Дапрокка и от трансмеханика Адджи по манифольду кладбища.

— По одному за раз, пожалуйста, — Тей резко повернулся и пошел прочь по дорожке между грудами обломков. — Трансмеханик, сначала вы.

— Манифольд принял сервочереп, подчиненный вашему собственному ноэтическому присутствию, магос, как и те два, которые, как вы сообщили, прибыли с вами. Теперь он разрегистрировался, — в поле зрения Тея обвиняюще вспыхнула переданная от Адджи запись лога, констатирующая краткое официальное существование дрона. — Магос, я — трансмеханик храма и надзираю за его манифольдом. Со всем уважением к вашему рангу, я должна настоять на том, чтобы о любом устройстве от первого до третьего порядка, которое состоит в вашей свите и намерено двигаться по манифольду, извещалось…

— Спасибо, трансмеханик, я понимаю ваше беспокойство и не забуду. Техновидец Дапрокк?

— Мы не туда идем, магос.

— Неужели?

— Я имею в виду, сэр, что направление нашего движения противоречит тому, что я полагаю нашей целью здесь. Если мы намерены изучить точки конфликта, сопутствующие основному вторжению партизан, нацеленному на Каменных Королей, то самые важные места уже остались позади. Если же наши цели изменились, то я убедительно прошу передать мне соответствующие данные, чтобы я мог пересмотреть собственные планы активности и продолжить предоставлять вам всю поддержку, на которую я способен.