Хищные мужья для невезучей. Академия Псиоников - Кира Иствуд

Я тут же одёрнула пси, едва соприкоснувшись с незваным гостем.

За дверью в пси-спектре что-то бурлило. Что-то мощное, горячее, будто бурный лавовый поток. Такой снесёт, поглотит — даже не успеешь крикнуть! Много агрессии, или нет... страсти?

Неужели это… Нет! Не хочу знать!

Может это не ко мне?! Дверь перепутали?

Ведь два часа ночи!

Ладони у меня похолодели. В горле пересохло.

Я бросила лихорадочный взгляд на задвижку: едва ли она выдержит, если, то, что за дверью захочет внутрь! И точно в ответ на мою мысль, задвижка крутанулась и резко отщёлкнулась сама собой!

А дверь начала медленно открываться внутрь.

Её явно двигало чужое пси!

Я отшатнулась.

Похолодела.

Уже собиралась крикнуть, чтобы позвать на помощь… Да так и замерла, вцепившись в своё полотенце, с открытым ртом и широко распахнутыми глазами.

На пороге моей комнаты стояли шиарийцы.

— Виана, — хрипло шепнул Оберон, описав чёрным хвостом дугу.

— Почем же вы ещё не спите? — в тон брату подхватил Сайрос. — Мы ведь вас ждём.

Ждут?!

Куда ждут?!

Я так опешила, что просто замерла.

Маршалы открыли дверь и по очереди протиснулись в мою комнату. Такие крупные широкоплечие мужчины просто не могли вдвоём войти в дверной проём.

Но теперь они здесь, и моя комнатка кажется ещё меньше, чем была.

А дверь закрывается и защёлкивается за задвижку вновь, очевидно, под воздействием пси одного из маршалов. И вот моя комната снова заперта. Только теперь оба шиарийца внутри…

Я чувствую себя как мышь в клетке с двумя львами! Всё что мне остаётся — таращить на них глаза, и переводить взгляд с одного на другого. А ещё — придерживать полотенце у груди.

Маршалы окидывают меня долгими взглядами. И по телу невольно разливается плавкое тепло. Они так смотрят, как будто прикасаются. И я невольно начинаю дышать чаще.

— П-почему вы… ночь ведь… вианы… — наконец, удаётся выдавить мне.

— Верно, ночь. Так почему вы не спите, виана — адептка? — усмехается уголком рта светловолосый Сайрос.

— Теперь ты пахнешь намного интереснее, Майя, — почти мурлыкнул Оберон, прерывисто втягивая носом воздух.

Черноволосый маршал сделал шаг ко мне. А я — отступила на два.

— Вианы, — пискнула, в уме молниеносно высчитывая примерную концентрацию мимикрии в моей крови. Сколько часов назад последняя доза? Скорость выведения? Погрешность на ускорение распада при стрессе?.. Мамочки!!!

Я вжалась в стену, осознавая тот факт, что я на волоске. И если отпереться ещё можно, то придётся очень… ОЧЕНЬ постараться.

Оберон двинулся на меня. Я сжалась.

Но маршал прошёл мимо.

Я недоумённо наблюдала, как он к чему-то принюхивается, перемещаясь вглубь моей комнаты.

— Что происходит? — произнесла одними губами и уставилась на Сайроса с отчаянной мольбой.

— Тебе нечего бояться, Майя, — улыбнулся светловолосый шиариец и шагнул ко мне, упёр ладони в стену с двух сторон от моей головы. Серебряный хвост Сайроса описал в воздухе мягкую дружелюбную дугу, а я сжалась в комочек как мышонок!

— Любопытно, — хмыкнул Оберон, и я быстро перевела взгляд на него! ТВОЮ Ж МАТЬ!

Черноволосый шиариец без зазрения совести вытягивал из верхнего ящика моего комода... ту самую алую сорочку!

— А вот это и вовсе великолепно пахнет, виана-адептка, — хищно улыбнулся мне Оберон и коротко прижал алую ткань к своему лицу, жадно втягивая запах. — И пахнет тобой, Майя.

— Мы ждали тебя для разговора во сне… — мурлыкнул Сайрос, наклоняясь ко мне ниже, — но ты в настроении бодрствовать. Мы не против. Мы уважаем твоё желание…

— Так даже лучше, — подхватил Оберон. Приближаясь ко мне, он перекинул алую сорочку брату, и теперь второй шиариец коротко прижал ткань к лицу, рвано вдыхая.

— Идеально, — протянул Сайрос, — ты — идеальна, Майя. Давай всё-таки поговорим. Дальше откладывать не стоит.

Сердце у меня отбивало чечётку. Щёки горели.

Я опустилась на край своей педантично застеленной кровати, стремительно накидывая на плечи поданный Обероном халат. Мне было не по себе сидеть вот так перед двумя альфа-самцами почти голой. Я чувствовала себя совершенно беззащитной. Пойманной на неопровержимом доказательстве.

Если сорочку ещё можно как-то объяснить, то вот запах — нет.

А если маршалы сейчас получше обыщут комнату, то найдут и мимикрию.

Они ждали меня во сне… Значит, я бы снова попала к ним, если бы заснула. Получается — они уже уверены в том, кто я, и дальше смысла отпираться нет.

— Я не хотела ничего плохого, вианы, — пробормотала я, виновато опустив голову, — клянусь, это была случайность! Я не шпионка! И ничего такого не хотела!.. Просто… это ошибка.

Шиарийцы замерли в паре шагов от меня. Высокие хищные… прекрасные. Даже сквозь страх, я невольно залюбовалась их по-мужски красивыми суровыми лицами. Хотя мне бы не любоваться сейчас! А думать, как спастись!

— Почему ты так боишься нас, Майя? — сощурил золотистые глаза Оберон, скрещивая руки на груди, — разве мы дали тебе повод?

Сайрос молчал. Просто смотрел на меня. Да так, что мне было жарко от одного взгляда.

Я поёрзала на кровати. Открыла и молча закрыла рот.

Потому что вы шиарийцы. Потому что назвали шпионкой. Потому что вы… жуткая раса, жестокая и безумная! Но это же неправда… Я теперь это знаю. Тогда почему боюсь? Как будто по привычке. Но ведь в глубине души знаю — мне с ними безопаснее, чем с кем-либо ещё.

— Неужели мы страшные, Майя? — улыбнулся Оберон. И братья-маршалы синхронно присели на мою кровать с двух сторон от меня. Чёрный хвост ласково оплёл мою щиколотку, а серебряный — бедро.

Маршалы мягко взяли меня за руки. Сайрос за одну. Оберон за другую. Халат, который я так и не успела завязать на пояс, распахнулся. А шиарийцы вдруг поднесли мои ладони к своим губам. И начали покрывать обжигающими и нежными короткими поцелуями.

И мои мысли тут же разбежались. Я поплыла…

Мамочки, что происходит?!

— Тебя никто не обидит, Майя, — шептал Оберон между поцелуями, — никогда. Мы защитим.

— Ты наша девочка, — вторил ему Сайрос, — ты поедешь с нами в Шиарию… Получишь всё, что пожелаешь… Лабораторию. Дом. Научный центр. Родишь нам много мальчиков-близнецов…

На последней фразе Сайроса я подавилась воздухом

— Но девочкам мы будем не менее рады, — подхватил Оберон, бросив на брата укоризненный взгляд.

Он явно как-то не так истолковал мою реакцию!

— Ч-что вы такое говорите?! — наконец, у меня проклюнулся голос, — у... у людей так не бывает. Я вас едва знаю. Как это? А свидания? А… какие дети так сразу?!