Дэвид Вебер - Шторм из тени

– Мне следовало бы вернуться на Грейсон, миледи, – продолжил Лафолле, – и…

– Нет, Эндрю, не следовало бы, – прервала его Хонор, немного тверже взглянув на него. – По двум причинам, – продолжила она, – Во-первых, в следующем месяце родится мой сын. Во-вторых, бригадный генерал Хилл вполне способен подобрать на Грейсоне несколько кандидатов и прислать их нам на одобрение. Я знаю, что у тебя многое на уме и в этой ситуации есть моменты, которые тебе не совсем по нраву. Но этим следует заняться.

Он смотрел на нее несколько секунд, а затем вздохнул.

– Хорошо, миледи. Я отправлю сообщение бригадному генералу Хиллу утренним шаттлом.

– Спасибо, – сказала она, легко дотронувшись до его руки, а затем развернулась к Мишель.

– Думаю, что кое-кто еще ждет не дождется поздравить тебя с возвращением, – сказала она, и люк каюты распахнулся, открывая взору сияющее лицо Джеймса МакГинесса.

– Мак! – воскликнула Мишель, бросаясь вперед и схватив МакГинесса за руку. Затем, решив, что этого недостаточно, она сгребла его в почти столь же сокрушительные объятия, как и те, которым ее подвергла Хонор. Глаза пожилого мужчины широко распахнулись. Вообще-то, предположила Мишель, контр-адмиралам не полагается обниматься с простыми стюардами, но ей, честно говоря, было все равно. Она знала МакГинесса почти двадцать лет и он давным-давно стал членом обширной семьи Хонор – как и сама Мика. Кроме того, были «стюарды», а были «Стюарды», и в Джеймсе МакГинессе не было ничего от «просто» стюарда.

– Могу я сказать, адмирал, что этот момент – один из самых приятных моментов в моей жизни. Добро пожаловать домой! – произнес он, как только сила ее объятий немного ослабла и он отступил на пару сантиметров. – На самом деле, мне столь же приятно приветствовать Вас дома, как и кое-кого другого несколько лет назад.

– Интересно, кто бы это мог быть, Мак? – спросила Мишель, невинно округлив глаза.

Стюард усмехнулся, покачал головой и обратился к Хонор.

– Я взял на себя смелость приготовить немного закусок, Ваша Светлость, – сказал он ей. – Я сервировал их в Вашем кабинете. Если Вам что-нибудь еще понадобиться, просто позвоните.

– Мак, сейчас середина ночи, – заметила Хонор с нежным укором. – Я понимаю, что адмирал Хенке все еще живет по времени Нового Парижа, но мы то нет. Так что отправляйся в постель. И поспи немного!

– Просто позвоните, Ваша Светлость, – сказал он ей с легкой улыбкой и вышел.

Так же поступил и Лафолле, оставив Хонор и Мишель наедине, и Мишель приподняла бровь.

– Эндрю оставляет тебя со мной одну? – шутливо спросила Мика, когда они зашли в дневной кабинет Хонор и она опустилась в одно из комфортных кресел.

– Именно так, – подтвердила Хонор

– Ты уверена, что это мудро? – голос Мишель был предельно серьезен, и уже Хонор в свою очередь вопросительно изогнула бровь, усаживаясь в кресло лицом к ней. Нимиц сполз с ее плеча и скрутил в клубок своё длинное подвижное тело позади нее на роскошной спинке кресла.

– Я только что из хевенитского плена, – заметила Мишель, – и, хотя, я и не думаю, что их медики сделали что-то, кроме того, что действительно хорошо залатали меня и моих выживших людей, Хонор, но и Тим не подозревал ни о чем, пока не попытался тебя убить. И учитывая тот факт, что его на это практически наверняка запрограммировали хевы, хотя черт знает, как именно…

Ее голос затих, и ноздри Хонор вспыхнули. Ей удалось удержаться от фырканья, но и язык тела и выражение лица ясно дали понять что к чему.

– Во-первых, – сказала она, – ты не вооружена, если только не умудрилась запихать оружие внутрь себя, а сканеры на борту

«Андромеды» давно бы это выявили. И, со всем уважением, Мика, я глубоко сомневаюсь в твоей возможности убить меня голыми руками до того, как Эндрю ворвется сюда, чтоб меня спасти.

Несмотря на собственное подлинное беспокойство, губы Мишель дрогнули. В отличие от нее, Хонор Александер-Харрингтон в течение последних пятидесяти стандартных лет изучала coup de vitesse. Даже без пульсера, который, как знала Мишель, отец Хонор встроил в ее искусственную левую руку, для Хонор не составило бы никакого труда парировать любую атаку, которую могла бы предпринять Мишель не будучи вооруженной.

– А во-вторых, – продолжила Хонор, – и Нимиц и я теперь знаем, на что обращать внимание. Я очень уверена, что мы успеем распознать, если что-то начнется, столь же быстро, как это осознаешь и ты, и в этот раз, Мика, – Хонор посмотрела ей прямо в глаза, – я не собираюсь убивать еще одного друга, чтоб его остановить. И Эндрю не позволю. Так, что, если кто-то и ввел пару строк кода в твою голову на Хевене, я уверена, что чем быстрее это вылезет наружу – тем лучше.

– Кроме того, – она внезапно усмехнулась, разрушив напряженность момента, – я не думаю, что в Республике есть сумасшедшие настолько, чтоб преднамеренно отправить по мою душу еще одного запрограммированного убийцу, выпустив его для этого из своей тюрьмы и снабдив транспортом до дома. Уверена, что там прекрасно представляют возможную реакцию Елизаветы.

– Уверена? – спросила Мишель.

– Уверена! – твердо произнесла Хонор и потянулась за кофейником на подносе, приготовленном МакГинессом. Она наполнила чашку кофе для Мишель, из второго графина налила себе горячего дымящегося какао и откинулась в кресле.

Пару минут они не говорили ни слова. Просто сидели, потягивали напитки, Хонор, пользуясь возможностью подпитать свой генно-модифицированный метаболизм, лениво грызла бутерброд, протянув Нимицу веточку сельдерея. Коим кот блаженно – и притом совершенно не заботясь сохранять приличия – зачавкал, и хрумкающий звук его жевания звучал ненатурально громко в тишине каюты.

У Мишель возникло странное чувство. Она подумала, что большинство людей в их положении постарались бы заполнить тишину легким разговором, вновь и вновь повторяя то, как они рады видеть друг друга. Но ни она, ни Хонор не нуждались в этом. В конце концов, они знали друг друга слишком давно, чтоб поддерживать разговор только чтоб не сидеть в тишине.

Кроме того, внутренне развеселилась Мишель, мы это уже проходили, правда роли были иными. Мы уже ученые!

– Итак, Мика, – наконец произнесла Хонор, – что же побудило хевенитов отправить тебя домой?

– Интересный вопрос, – произнесла Мишель, обхватив чашку обеими руками и смотря на Хонор поверх нее. – Я думаю, в основном, потому, что я кузина Бет. Они полагают, что меня она выслушает. И, думается мне, они рассчитывают склонить ее отнестись к их словам всерьез, вернув меня.

– И эти слова…? Или это закрытая информация, которой ты со мной поделиться не можешь?