Дубликат - Леонид Жилеев
— А, это ты. Заходи.
Женя постепенно отходила от вчерашнего приступа чёрной меланхолии и встретила Лену почти приветливо.
— Я почитаю тут?
— Библиотека публичная, — Женя фыркнула на слове «публичная» и пожала плечами. — Читай.
Лена так и сделала — ну, почти так. Выбрала книгу побольше форматом, устроилась за одним из читательских столов так, чтобы Женя оказалась в нужном ракурсе, и, спрятав в раскрытой книге лист бумаги, начала делать зарисовки, стараясь поймать эмоции. Женя читала что-то своё, время от времени бросая взгляды за окно и на входную дверь, хмурилась, коротко поджимала губы и переворачивала страницу. А после очередной страницы проскрипела, не глядя на Лену:
— Между прочим, можешь не прятаться. А если бы спросила разрешения, то и совсем хорошо было бы.
— Ой. — Лена покраснела.
— Рисуй, если хочешь. Но я не понимаю… — Женя не договорила и, всё так же не глядя на Лену, пожала плечами. — И спасибо, что посидела тут вместо меня.
Ещё на полчаса девочки погрузились в молчание, прерываемое шелестом бумаги и редкими вздохами. Да иногда снаружи доносились голоса пионеров: по плану мероприятий у среднего отряда было сейчас свободное время, чем они и пользовались, устроив беготню по всему лагерю. «А ведь она ждёт, что Сергей заглянет, — подумала Лена. — А тот боится и где-то прячется. Зря девочки посадили Сергея на моё место, и зря я на это согласилась. Нужно бы сейчас всё рассказать, но Женя не поверит — решит, что я Сергея выгораживаю. С её-то точки зрения всё было так, как она увидела».
— Лена. А что за рукопись ты вчера у меня забыла? — опять проскрипела Женя.
— Это, — Лена задумалась, как не соврать так, чтобы Женя не стала потом крутить пальцем у виска. — Это девочка одна, знакомая нашего физрука, сказку написала. И Семён попросил, чтобы я к ней иллюстрации сделала. — И, отвечая на висящий в воздухе вопрос, добавила: — Можешь взять почитать. Заходи вечером. Я Саше скажу, если меня не будет.
* * *
Женя действительно ждала Сыроежкина. Даже самой себе не сознавалась в этом, но ждала. Провожала взглядом пробегающих за окнами пионеров, прислушивалась, когда казалось, что кто-то топчется на крыльце, вздрогнула, когда вдруг повернулась дверная ручка. «Он!» — ёкнуло внутри. Но, к счастью, это оказалась Лена. Или, может быть, к сожалению, это оказалась Лена. Этого Женя даже под гипнозом не сказала бы. Лену Женя уже отнесла к числу безопасных, подвоха от неё не ждала, поэтому выгонять из библиотеки не стала, а разрешила остаться и посидеть почитать. В общем-то, каждый любитель посидеть почитать был понятен Жене и не вызывал у ней ни агрессии, ни испуга. И даже то, что Лена вместо чтения занялась рисованием, Женю особо не раздражало. Так только — дала понять, что заметила, и всё. Только поначалу неприятно немного было оказаться в фокусе чужого внимания. Под конец даже разговорились немного, обсуждая разное:
— Женя, в субботу сбор отряда будет.
— Я не приду.
— Я, может, тоже. Я не об этом. Будем решать, принимать новенького или нет. В… — Лена чуть не ляпнула: «Вместо Ульяны». — Вот того, который горнист, Максима.
— Да мне как-то всё равно. Если нужен мой голос, можешь передать, что я — за.
— Я передам.
Лена закончила рисовать и ушла; Женя ждала, что ей покажут результат, но Лена просто попрощалась, собрала бумагу и ушла. «Ну, значит, не больно-то и хотелось, значит, мне и не нужно это видеть».
После ухода Лены Женя ещё раз обвела глазами библиотеку, увидела журналы на полке с прочитанной и возвращённой литературой. «Интересно, кто брал?» — подумала как хозяйка. Глянула в ящик с читательскими формулярами. Сверху, на коротенькой шеренге формуляров, стоящих в ящике друг за другом в алфавитном порядке, лежал свежий. «Родионов Максим, 14 лет, средний отряд». Над зачёркнутым словом «средний» рукой Лены было написано «старший».
— Любит ли читать, я ещё не знаю, но умеет — это точно, — проскрипела вслух заведующая библиотекой, чуть улыбаясь и пристраивая формуляр в общую шеренгу, между Персуновым Семёном и Тихоновой Еленой. Теперь осталось только вернуть журналы на место и можно запирать библиотеку на перерыв. Или не запирать — идти всё равно некуда.
Женя взяла журналы, подержала их в руках и положила обратно на полку. Потом взяла самый верхний и быстро пролистала его. Нет, всё верно, вон и библиотечный штамп на месте. Но всё же. Женя подошла к каталогу, выдвинула несколько ящичков и умело пробежалась по картотеке, потом проделала это ещё раз, читая каждую карточку, вынимая карточки из ящичков и проверяя, не завалилась ли какая-нибудь карточка, выпав из общего ряда. Потом проделала то же самое уже с каждым ящичком, а не только с теми, где была периодика и издания на букву «З». Ничего нового, никаких поступлений, но в фондах библиотеки «Совёнка» не числилось ни одного номера журнала «Знание — сила». Несмотря на библиотечный штамп на этих самых журналах. Женя вернулась к журналам, взяла с полки самый верхний, посмотрела на первую страницу обложки, потом перевернула и посмотрела на типографские данные: «Сдано в набор 06.09.1991». Девушка глянула на календарик, притаившийся под оргстеклом, покрывающим её стол. Согласно календарику, на дворе стоял июнь 1987 года.
«Кажется, придётся прийти на сбор отряда. Кажется, придётся спросить у новенького, где он берёт журналы. Может, он и книг хороших оттуда же натаскает?»
* * *
Саша, чуть-чуть разминувшаяся с Леной, сейчас сидела у себя в домике и с огромным удовольствием читала ту самую пионерскую сказку. Читала, возвращалась к началу, закрывала глаза и как живых представляла себе героинь: Анфису, Ларису, Жанну, Машу.