Резидент. Часть 6 - Никита Киров

— Ты прав, старина, — Ланге кивнул. — Не подумал об этом. Тогда сворачиваю…

— И наш русский друг, если он догадался, может отправить за ним своих людей, — напомнил Епископ. — Чтобы захватить его. Он же тоже им понадобится, а не только прототип.

— У него не выйдет. А мы своих агентов не бросаем, даже когда они в такой ситуации.

Но когда доктор отошёл, то незаметно открыл смартфон и нажал кнопку «Отправить».

* * *

— Папа, я не понимаю, — выпалил Давид, влетая в кабинет. — Откуда он взялся?

— Ты о чём? — спросил Корнеев, сидя в коляске.

— Твой сын! Вадик этот! Всюду его таскаешь, со всеми знакомишь? Даже на презентацию его позвал, а меня доступов лишил. Да что я не так сделал?

— Ты ещё спрашиваешь? — Корнеев поднялся, опираясь на поручни кресла, и встал прямо. Коляска чуть проехала назад. — Ты ещё спрашиваешь, Давид? Да ты издеваешься? Мне принесли доказательства!

— Какие ещё доказательства? — Давид напрягся.

— Что ты связался с ЦРУ и хотел продать им мою разработку.

— Да ты о чём вообще?

— Вот о чём! Думаешь, я не знаю?

Корнеев бросил на стол распечатки.

— Ведёшь с ними переговоры, просишь у них деньги, будто тебе мало того, что ты зарабатываешь… Ты не понимаешь, что они хотят тебя кинуть? В итоге ты получишь срок, а мою фирму, скорее всего, разгромят, и наше дело закончится навсегда. Без результата!

— А оно тебе будто нравится, это дело, — огрызнулся Давид.

— Это то, чем я занимаюсь всю жизнь! — Корнеев подошёл ближе. — А ты должен был вести разработку дальше, если бы меня не стало. А ты что делал? Гнул пальцы перед девками, строил из себя англичанина… да какой из тебя англичанин, у тебя морда рязанская! И ещё пытался меня подставить! — взревел он громче.

— Да всё не так, папа…

— Сначала я думал, пусть будет как идёт, — произнёс Корнеев спокойнее. — Веди себя, как хочешь, а я бы продолжил без тебя. Отправил бы куда-нибудь подальше… а теперь думаю: вот не будет меня, что с тобой станет? Кому-то без меня нужен? Я пытался тебя поднять, научить, да всё бестолку! Как был болваном, так и остался.

Он замолчал, глядя на него.

— Нет, всё бесполезно с тобой, — проговорил старший Корнеев. — Бывают минуты слабости и сомнений, но… придётся взять дело в свои руки. Иначе не выйдет. Где телефон? — спросил он и начал шарить по карманам. — Мне нужен Сикорский. Пока парень думает, что я ему помогу, мы…

— Да я всё делал, чтобы тебе угодить! — вскричал Давид со злостью за его спиной. — Думаешь, оно мне самому надо? Да я пытался разобраться во всей этой херне с этими нейросетями, лишь бы ты доволен был! Людей кидал, конкурентов душил, лишь бы ты получил лучших сотрудников и никто тебе не мешал! А ты меня так кинул! И сынка на стороне ещё нажил! Хоть мама не видит этого…

— Вот ты болван!

Корнеев отвесил ему хлёсткую пощёчину.

— Ты ещё не понял? — спросил он, подходя ближе. — Ты совсем идиот? До тебя не дошло, что это был…

Давид охнул, потёр щёку, вспылил и изо всех сил оттолкнул отца. Тот отошёл, опираясь на свою коляску, но она отъехала. Корнеев потерял равновесие и упал, ударившись головой о журнальный столик.

— Да иди ты уже нахер со своим делом! — Давид пошёл к выходу, не замечая этого. — И нахер со своими разработками! Нахрен мне это всё не нужно было! Из-за тебя только…

Он отошёл к двери, но остановился. Корнеев-старший так и лежал на ковре, не двигаясь. Давид обернулся.

— Папа? — с тревогой спросил Давид и подошёл ближе.

Давид сел у него, и тут же брезгливо бросился назад, когда опёрся рукой обо что-то мокрое на полу, натёкшее с головы.

— Кто-нибудь! — крикнул он. — Сюда!

Дверь открылась, вошёл охранник Гена.

— Ого, — протянул он. — Вот ё-моё. Вот же… да ты как… пацан… да ему же конец пришёл, — Гена проверил тело, подержав пальцы на шее. — Ты чего натворил, Давидка? И так рано, — шепнул он.

— Да ты же сам сказал, чтобы я ему высказал, иначе… — начал оправдываться Давид.

— Ну ты задал жару, парень, — Гена отошёл. — О таком-то тебя никто не просил.

— Скорую надо, — протянул Давид.

— И полицию, — сказал охранник. — Оба уедете. Один в морг, другой — в ментовку. Умысел тут видно. Ну ты косячник, конечно, — и шепнул себе под нос: — Усложнил мне задачку. Хотя… к этому ведь всё и шло.

Гена отошёл, достал из кармана складной телефон без кнопок и экрана, раскрыл и прижал к уху, пока Давид был в трансе, глядя на тело.

— Старик мёртв, — шепнул Гена. — Сынок постарался сам, без тебя и твоей схемы.

— Кто-то ещё видел? — спросил собеседник.

— Нет.

— Ускорил он события, — сказал его собеседник. — Зато появился крючок. Тогда давай сделаем так…

Гена выслушал указания и закрыл устройство.

— Давай сделаем так, Давидка, — объявил он, — если ты, конечно, не хочешь провести ближайшие годы на зоне. Кому ты докажешь, что это несчастный случай? Да никому. А оно надо? Его уже не вернёшь, но он был бы зол, если бы я допустил, чтобы ты сел. Кому-то же надо возглавить фирму.

Давид поднял голову.

— Так что скажем правду. Ты пришёл и увидел его лежащим здесь, — продолжил Гена. — Руки только помой. Там кровь.

— Но все же видели…

— Все видели, как к нему входил Вадим Лебедев через главный вход, а ты припёрся через запасной, — сказал охранник. — И на камерах будет только то, что надо. Лебедев заходил последним, а ты вошёл после него и увидел дело. Так что, Давид… ты всё понял?

— Да, понял, — часто закивал Давид.

— Для тебя же стараюсь, помни об этом. И вот теперь, — Гена выдержал паузу, — зови на помощь.

Отель, несколько минут спустя…