Резидент. Часть 6 - Никита Киров

— Александр Корнеев, глава компании «Корнеев Групп», найден мёртвым… — объявила дикторша.

И… ну здравствуйте!

Показали моё фото. Весь детдом охренеет, как и старый институт. Глянул в зеркало. Так, надо будет навести маскировку получше. Хорошо, что родители этого никак не увидят, а то бы не выдержали.

— Ты им для чего-то нужен, — задумался Верещагин. — Поэтому работают с двух направлений: и официально давят, и неофициально ищут. А для чего ты им сейчас?

— Я вчера забрал секретную разработку, — отозвался я.

— И что за разработка?

— Пока говорить не буду. Совершенно секретно. Да и объяснять долго.

— Нет, — он помотал головой и выключил ящик, — секретно так секретно. Насколько большая эта разработка? Физически?

— Чемодан, но он лежит пустой, — отозвался я. — Хотя они этого не знают, и за ним охотится Ланге. А вот планшет может заинтересовать ЦРУ.

— О, этих тут ещё не хватало, — старик поморщился.

Да, и они тут могут быть. Есть Ланге, которому нужен «Периметр». Есть «ОмниПалант», которому нужно то же самое. А вот ЦРУ просто хочет умыкнуть разработку ИИ. Ну и заодно понять, кто раскрыл агентов.

— Один агент точно попался, — сказал я. — Холодов взял по моей наводке.

— Про них молчок, — старик кивнул на телевизор. — Это же политика. Обменяют на кого-нибудь из наших втихушку. Так всегда было…

— С вами тоже? Или откуда эта нелюбовь к Епископу? — поинтересовался я.

— У меня друг был хороший, — Верещагин задумался. — Взяли мы с ним тогда Епископа в Италии… ты ещё не родился тогда. Это как раз тогда Ланге ушёл из МИ-6 и открыл свою шарашкину контору.

— И что тогда?

— А Ланге и Епископ сделали вид, что они перебежчики из МИ-6, хотят якобы в Союз бежать. И наша резидентура КГБ на это купилась, начала их покрывать. А когда Епископ Лёшку подставил, то его сразу в измене обвинили, что он якобы с девкой из ЦРУ якшается и сдаёт ей наших. А Лёша её вербанул тогда, и она ему своих сдавала… — он замолчал на несколько секунд. — Потом только поняли, что это всё клевета, но уже поздно было. Его в Москву вывезти силком хотели, а он позора не выдержал, застрелился. Молодой был, но способный. Такого человека загубили…

Старик поморщился сильнее, потом так и сидел без дела, предаваясь своим воспоминаниям. А я осторожно выглянул в окно. Вот оно, значит, что. А Епископ всё это запомнил, потому что тогда и правда был близок к провалу. И снимок Верещагина хранил.

— У вас есть способ связи с Холодовым? — спросил я.

— По старинке.

Верещагин пошёл в прихожую, где стоял стационарный телефон с радиотрубкой, и набрал номер.

— Алло! — громко сказал старый разведчик, когда там ответили. — Петька не забегал? Нет ещё? Передайте ему, что пятого числа приедет его брат… третьего, да… третьего! — прикрикнул он. — Да, девятого сентября, в Цивильск! В Цивильск…

Шифр несложный, и я его почти сразу разгадал.

— Кто такой Петя? — спросил я.

— Информатор Женьки Холодова, — отозвался Верещагин. — Старый, про него никто не знает. А код…

— Да тут просто. У нас дом 9, а квартира 25. То есть все цифры, которые вы сказали, надо возвести в квадрат. А Цивильск — улица Циолковского, тут просто было. По первым двум буквам. Да Холодов знает, куда я хожу. А эти болваны, надеюсь, ещё нет…

Туман такие шифры на раз-два ломал, и навык остался мне.

* * *

Холодов приехал через час, и сразу прошёл на кухню, внимательно слушая о тех людях, кто на нас напал, а потом сделал пару звонков, передавая распоряжения.

— Ильич, нам с ним поговорить надо, — бросил он Верещагину.

— Говорите, — старик снова вернулся к телевизору.

Мы сели на кухне напротив друг друга. Холодов поставил на стол спортивную сумку.

— Тебя ищу я, Вадим, — сказал он. — Потому что у начальства есть подозрение, что ты завербован ЦРУ.

— Это и хорошо, и плохо, — я усмехнулся.

Хорошо, что делом занят Холодов, а плохо тем, что меня ещё ищет ФСБ кроме ментов и остальных.

— Поэтому я приставил наружку к твоей старой квартире и к твоему другу Алексею, а то к нему тоже могут явиться и навредить.

— А Наташа где? И Глеба могут зацепить.

— Они в «Контуре», разбираются с ночными происшествиями, но… думаю… сможешь увидеться с девушкой уже скоро.

— Недоброе там творится?

— Именно. Я у тебя на съёмном жилье был. Там обыск, ничего не нашли.

Ещё бы, я хорошо всё спрятал, за пределами квартиры.

— Но эти вещи тебе пригодятся.

В сумке был мой ноутбук, который я использовал для работы. Мне его тогда Лёша помогал покупать, но я перенастроил его под себя. И было ещё кое-что. Это не шпионские гаджеты, а просто памятные вещи: часы отца и его складной нож с паучком. Жалко было бы, если бы потерялось, у меня мало что от него осталось.

— Мне нужен доступ к сети, — сказал я и показал планшет, который получил от Корнеева. — Но осторожно, чтобы эта штуковина меня не выдала.

— И что там может быть? — спросил Холодов.

— Откуда я знаю? По замыслу, это интересовало ЦРУ, и они должны были клюнуть. Но клюнули на другое…

Не стал добавлять, что клюнули из-за того, что этого хотел я и для этого всё и собрал. Холодов поверил, но это не значит, что его веру в меня стоит испытывать лишний раз.

А вот полезное что-то могло быть. Ведь для наживки нужна была настоящая версия системы. Конечно, удалённый доступ к системе могли отключить, но это будет только в том случае, если кто-то ещё знал, что Корнеев передал планшет мне.

— Организую тебе связь. Но… — он посмотрел на меня. — Надо бы этому Ланге крылышки прижать, Вадим.

— Да я почти всё использовал. Кроме одного.

— Чего? — Холодов напрягся.

— У Тумана были агенты. Три дракона. Белый, Зелёный и Красный… как в маджонге.

— Так, — он кивнул. — Красного убили давно…

— Белого завалили вы, а Зелёный