Одиночка. Том 9 - Дмитрий Лим

— Мария Евгеньевна, — мой голос прозвучал ровно, без капли волнения. — Меня зовут Владимир Войнов. Мы, к сожалению, незнакомы. Но я тот человек, который сейчас спас вашу жизнь.

— Кто? Что за… Войнов? Я не знаю никакого Войнова! — в её голосе прорезалась сталь. Так говорят люди, привыкшие к тому, что их время стоит денег. — Что за дурацкие шутки? Если это реклама, я заблокирую ваш номер и…

— Никаких шуток, Мария Евгеньевна, — я перебил её, не давая перейти на кислый тон. — Посмотрите в окно вашей машины. Вы сейчас на трассе, едете из Питера, верно? Километр сто двадцать. Объездная дорога. Через сорок минут вы должны свернуть на старое шоссе, где вас будет ждать засада. Пятеро наёмников с автоматами и магическими клинками. Их командир — Бивис. Цель — устранить вашего водителя, а затем — ваше похищение.

Звуки в трубке стали глухими. Я слышал, как Маша тяжело дышит. Слышал шорох ткани — она, видимо, дёрнулась, проверяя водителя, или, может, схватилась за руль. Дорога требовала концентрации, а я только что вбил клинок страха в её спокойный вечер.

— Откуда вы… — голос её дрогнул, утратив всю свою аристократическую надменность. Страх перед неизвестным всегда бьёт сильнее страха перед физической угрозой. Если у тебя враг, ты можешь подготовиться. Но когда незнакомец знает твой маршрут до минуты — это пахнет чем-то потусторонним.

— Мария Евгеньевна, — я снова перебил её, не давая панике захлестнуть её разум. — Я не только знаю об этом. У меня есть доказательства. Я скидываю вам на планшет файл. Внутри — фотографии переписки Бивиса, командира отряда, с вашим конкурентом, бароном Барановым. Там же — маршрут вашего перемещения, данные вашего водителя, имена всех пятерых наёмников и конкретные инструкции, что с вами делать после захвата. Спойлер: рано или поздно вас бы выкинули на обочину, инсценировав ДТП.

Я сбросил вызов, быстро переключился на мессенджер и отправил скриншоты, которые Тишина заботливо вытащил из памяти трофейного телефона. Зашифрованные каналы Бивиса были вскрыты моим внутренним системным браком за пару минут. Барановы, оказывается, не жалели денег на наёмников, но экономили на криптографии, используя стандартные протоколы ОГО. Идиоты.

Через минуту телефон завибрировал. Входящий вызов.

— Вы читали? — спросил я, приняв звонок.

— Господи… — голос Маши дрожал. Её самоуверенность испарилась, оставив после себя лишь испуганную девушку, которая осознала, насколько близка была к краю пропасти. — Это… это подписи Баранова. Схемы моих земель. Но кто вы⁈ Вы из контрразведки? Из Управления?

— Я — тот, кто только что убил пятерых вооружённых людей, чтобы вы могли спокойно доехать до дома, — я позволил себе лёгкую, едва заметную усмешку в голосе. Кости Чогота за спиной тихо звякнули, словно соглашаясь с моими словами. — Не спрашивайте, кто я. Спрашивайте, что вам делать. Не сворачивайте на старое шоссе. Двигайтесь в объезд, через посёлок Углич. Дорога паршивая, но безопасная. Свяжитесь с отцом. Поднимайте клан по тревоге. Барановы готовят рейдерский захват. Они хотят ослабить Романовых, оттяпать ваши разломы.

— Но… они же не посмеют атаковать открыто! Закон о родах… Совет запретит…

— Закон о родах, Мария Евгеньевна, — я сплюнул на мокрый асфальт, разглядывая труп Бивиса, — это бумажка, которой подтираются после драки. Перекрывайте дороги. Оцепите свою усадьбу. И готовьте ловушку для людей Баранова, пока они не приехали к вам домой с визитом. Если будете ждать совета — завтра ваши земли будут оформлены на Баранова, а вы будете числиться в розыске как без вести пропавшая.

Она что-то ещё пробормотала, сбивчиво благодарила, её голос срывался на слёзы. Но я уже сбросил звонок. Выполнил свою часть сделки. Создал первый очаг хаоса. Теперь Романовы поднимут свою безопасность, начнут обрывать телефоны Самойловым и Барановым. В Новгороде начнётся аристократическая грызня, которая неизбежно приведёт к применению силы и магии. Город содрогнётся от энергетических всплесков, сканеры ОГО захлебнутся, а я растворюсь в этом хаосе, как капля яда в кружке с пивом.

Я повернулся к Чоготу. Фамильяр стоял неподвижно, его синее пламя едва тлело, сливаясь с вечерними сумерками.

— Погнали, — скомандовал я, убирая телефон. — Возвращаемся в родовое гнездо.

Евгений Васильевич Романов

Кабинет в особняке Романовых, обычно пропитанный запахом дорогого табака и старой кожи, вмиг наполнился кислым запахом чужого пота и адреналина. Евгений Васильевич стоял у массивного дубового стола, вцепившись в край так, что побелели костяшки пальцев. Его глаза, обычно спокойные и оценивающие, сейчас горели лихорадочным огнём.

Маша ворвалась в кабинет, скинув на ходу промокшее пальто, и швырнула на стол планшет. Экран светился в полутёмной комнате, освещая её бледное лицо и трясущиеся руки.

— Папа, — её голос дрожал, но в нём звенела сталь, свойственная всем Романовым. — У нас утечка. Нас хотят взять в оборот. Барановы готовят налёт.

Евгений Васильевич перевёл взгляд на экран. Фотографии, схемы, переписка. Бивис. Баранов. Имена, суммы, маршруты. Он узнавал почерк конкурента. Баранов всегда был питбулем, который нападал, когда жертва теряла бдительность. Но масштаб…

— Откуда это? — хрипло спросил он, не отрывая глаз от экрана. Его голос звучал чуждо, словно скрежетал ржавыми шестерёнками.

— Звонил какой-то Войнов. Представился медиком. Сказал, что убил пятерых. Спас меня от засады на трассе.

Романов-старший оторвался от экрана. Его лицо исказилось гримасой, в которой смешались недоверие и ярость. Он был главой рода, он отвечал за сотни жизней, и какая-то девчонка, пусть и его дочь, приносит ему данные от неизвестного «медика»?

— Медик? Убил пятерых наёмников? И ты ему поверила? — он выпрямился, расправляя плечи. — Кто-то тянет время, Маша. Это провокация. Барановы могли сфабриковать эти переписки, чтобы выманить нашу охрану из усадьбы.

— Я видела схемы, папа! — Маша ударила ладонью по столу, заставив планшет подпрыгнуть. — Он знал, где я сверну. Он знал, во сколько я приеду. Он знал имена людей Баранова! Он прислал мне их фото! Посмотри на это! — она ткнула пальцем в экран. — Это печать Баранова. Подделать её невозможно, ты сам знаешь!

Евгений Васильевич замолчал. Маша никогда не была истеричкой. Если она говорит, что это серьёзно, значит, так оно и есть. Он изучал данные, и его лицо каменело с каждой секундой. Маршрут, точка перехвата, состав группы. Всё было расписано с педантичностью военной операции. Барановы готовили не просто налёт, они готовились отрезать голову их роду.

Он