Великий диктатор 1-5 - Alex Berest

Лукас, как и прежде, работал на радио, которое за прошедшие годы охватило уже три уезда. Но и в других губерниях мы тоже расширяли свою сеть проводного радиовещания. И Лукасу приходилось время от времени ездить в разные города и проводить обучение радиоведущих и журналистов. Петер же так и не забросил своей идеи стать летчиком и исследовать Север. В свободное время, он посещал лётную школу Тома Рунеберга где набирался опыта управления самолётами различных типов. Довезли они меня прямо до проходной нашего оружейного завода, быстро попрощались и поспешили в лицей.

— Здравствуйте, господин барон, — поздоровался со мной штабс-капитан Артемьев, представитель главного военно-технического управления военного министерства, состоявший при наших заводах в качестве главного приёмщика оружия и техники.

— Утро доброе, Владимир Андреевич. А что вы около проходной делаете? Никак меня ждёте?

— Именно так, господин барон. Вчера мне о вашем приезде сообщил господин Шмайссер, и я взял на себя смелость встретится с вами первым и кое о чём переговорить.

— Что-то серьёзное? На производстве? Брак? Несоблюдения технологий? — сразу подобрался я и засыпал штабс-капитана вопросами.

— Никак нет, господин барон. Извините, если ввёл вас в заблуждение своими словами. Я просто хотел вам предложить одну собственную разработку…

— Так. Стоп. Давайте об этом не на улице. Пойдёмте-ка, Владимир Андреевич на территорию завода и там спокойно поговорим. И зовите меня по имени отчеству, пожалуйста.

В итоге, мы с Артемьевым разместились в заводском кафетерии, которое по причине рабочего дня было пустынно, если не считать парнишки-баристы, который, сделав нам кофе, был выпровожен моей охраной на улицу.

— Я вас внимательно слушаю, Владимир Андреевич, — произнёс я и отхлебнул кофе.

— Понимаете, Матвей Матвеевич, я ещё в бытность службы при Брест-Литовской крепости, занимался усовершенствованием осветительных ракет. Но, столкнувшись здесь с выпускаемой у вас на заводе линейкой замечательных сигнальных и осветительных ракет, кое-что спроектировал, что может вас заинтересовать…

— Это мой оружейный учитель, Александр Бьярнов, придумал эти ракеты, — похвастался я и тут же повинился. — Извините, что перебил.

— Нет, нет, всё нормально, Матвей Матвеевич. Я знаю о работах господина Бьярнова. Я прочитал все его наставления в заводской библиотеки. Ваш учитель был великим инженером. И, благодаря его разработкам, я придумал вот это, — и штабс-капитан положил передо мной простую картонную папку с тряпочными завязками. — Общаясь с вашим инженером Францем Францевичем Лендером, я узнал, что вам срочно, для добровольческой дивизии, необходимы артиллерийские системы. И разработал вот это, — он раскрыл папку и придвинул ко мне.

Развернув папку к себе, я принялся просматривать технические рисунки и с удивлением узнал в нарисованном реактивную систему залпового огня.

— Ракетные снаряды на направляющих для стрельбы по большим площадям?

— Да! Да! Именно! Я знал, что вы поймёте мои рисунки, даже не читая сопроводительные записки! Вы и вправду гений, Матвей Матвеевич!

— Полноте вам, Владимир Андреевич. Ракеты используются в армиях всего мира. Я про это знал, поэтому и сразу узнал, что у вас изображено. Другое дело, что их никогда и никто не предлагал запускать пачками с одного станка. И только вы до этого додумались. Я так понял, что вы хотите получить от меня финансирование для вашего проекта и доступ к испытательному полигону?

— Хотелось бы, — штабс-капитан скромно потупил свой горящий взор.

— Вы же ещё не испытывали ваши изделия? Это только теоретические выкладки? — похлопал я рукой по папке.

— Нет, — смутился офицер. — Я уже проводил испытания на авиационном полигоне по согласованию с господином Рунебергом.

— И как успехи?

— Все три реактивных снаряда, собранных мною, взлетели и вполне успешно пролетели более двух вёрст.

— Обнадёживающие результаты, господин Артемьев, — согласился я с ракетчиком. — А какова себестоимость такого снаряда?

— Ну, — несколько растерялся тот. — Примерно десять рублей. Мне пришлось нанимать токаря и литейщика со стороны, так как я не хотел отвлекать ваших рабочих.

— Это похвально. Давайте так. Я с вами заключу контракт на разработку и доводку этого типа вооружения. Договорюсь в военном министерстве, чтобы вас прикомандировали к моей компании. И прислали взамен кого-нибудь другого на приемку. А также выделю вам две с половиной тысячи рублей на постройку и испытания. Взамен вы должны избавить ваши снаряды от всех детских болезней.

— Простите, это как? От каких болезней?

— Извините. Это у нас в компании среди инженеров так называют небольшие технические или технологические ошибки, допущенные при проектировании, — пояснил я Артемьеву. — Вот и вы, постепенно избавьтесь от всех недочётов, которые могут возникнуть при испытаниях. Надеюсь, двухсот ракет вам хватит, чтобы создать не идеальное, но хорошее изделие?

— Я постараюсь, господин Хухта! — искренне заверил меня изобретатель.

— Я в вас верю. Кроме испытаний на земле, пообщайтесь с господином Рунебергом и продумайте, как можно использовать ваши ракеты в воздухе. Для борьбы против наземных и воздушных целей.

— В воздухе? — вновь растерялся штабс-капитан.

— Это не в приоритете, — успокоил я его. — Пока что доведите до совершенства то, что придумали. А там видно будет. А я, со своей стороны, поищу вам какого-нибудь помощника-энтузиаста-ракетчика.

…..

Ставка Верховного главнокомандующего Вооружёнными силами России. Могилёв. Декабрь 1915 года.

— Михаил Васильевич, помнится, я поручал вам проработать план французского посланника Поля Думера. У вас есть что доложить по этому вопросу? — первым делом поинтересовался Николай II у генерала Алексеева на совещании после второго завтрака.

— Так точно, ваше императорское величество, есть!

— Прошу вас, озвучьте его, — пробурчал царь, ещё не отошедший после прочтения утренней сводки с фронтов.

Ситуация на фронтах складывалась тяжелая. Под ударами германцев русская армия пятилась, постоянно оставляя позиции. Царство Польское было почти потеряно, что создавало угрозу армиям, находящимся в захваченной Пруссии. И как бы ни хотелось, но, похоже, её придётся оставить. Немного грели душу новости с Кавказского фронта, где авиаторы успешно применили новые химические боеприпасы, изготовленные на заводах Хухты, против османов в городе Хоросан. Что позволило корпусу генерала Калитина прорвать линию обороны и, разгромив противника, прямо с марша овладеть городом Эрзерум.

А тут ещё из Парижа принесло Поля Думера, специального посланника президента Франции Раймона Пуанкаре, с предложением об отправке русских войск на новый — итальянский фронт, в обмен на поставки снарядов. Со снарядами было совсем плохо. Промышленность не справлялась с заказами военного ведомства. Дошло даже до того, что часть боеприпасов пришлось изымать с арсеналов флота.

«Кстати, надо будет не забыть наградить Матвея Хухту за своевременный выпуск не только химических шашек, но и за поставки трёхдюймовых снарядов», — подумал император и тут же, записав свою мысль в рабочий блокнот, поднял взгляд на генерала